Музыка из радио кажется сейчас тихим писком по сравнению с криками моей студентки. Пронзительными, истеричными. Вот-вот она заплачет, а я не могу допустить этого. Потом подумают, что я свою девушку довел до слез и заставил приехать на небольшую встречу с коллегами.
Но разве не это сейчас происходит? Разве я не заставляю свою студентку пойти наперекор собственным желаниям? Она ведь должна действовать по указу своего преподавателя. Так надо. Мне. А ей?
— Выпустите меня!
— Нет.
— Феликс Владимирович, я хочу вернуться к своему парню. Немедленно.
Останавливаюсь у обочины, но снимать блокировку с дверей не спешу. Оглядываю насупившуюся Орлову. Большие светлые глаза, из которых вот-вот польются слезы, дрожащую нижнюю губу, маленький носик, крылья которого то увеличиваются, то уменьшаются. Маленькие ладошки тоже места не находят, то в замок складываются, то просто на коленях лежат. Видимо, дела обстоят куда хуже, чем я предполагал.
— Яна, прости, что выкрал тебя и ставлю в неудобное положение, но мне действительно нужна твоя помощь, — начинаю свою блистательную речь. Только сейчас понимаю, что впервые в жизни назвал девушку по имени, а не по фамилии, как обычно.
— Вы можете попросить кого-то другого?
— Если бы мог, то не обратился бы к тебе.
— Но…
— Просто помоги мне еще раз.
Куда делся приказной тон? Куда пропала строгость? Почему сейчас девчонка меняется в лице и смотрит уже не вражбдебно и ненавистно, а… А почему она вообще так на меня смотрит? Как на парах в последнее время. Слишком долго задерживается на глазах, на губах, разглядывает мои руки.
Я не останавливаю ее ни на секунду, сам занимаю тем же самым, только по отношению к ней.
— Хорошо.
Нет, Орлова, все очень плохо. И если это «плохо» продолжится, то нам не поздоровится.
Завожу машину и еду к ресторану неподалеку, где Ульяна устраивает «празднование своего назначения». Надо вжиться в роль не только мне, но и Орловой. Девчонка, кстати, времени зря не теряет: достает из маленькой сумки салфетки, по-хозяйски опускает козырек над головой, где спрятано зеркало, и смывает небольшие подтеки от туши. Хотя зря, наверное. Она почти не плакала, так, только нос немного покраснел.
— В этот раз, пожалуйста, дай слово мне, — даю инструкцию, пока паркуюсь возле ресторана.
— Если вы и дальше будете вести себя, как амеба, то молчать я не стану.
Нет, я не пребываю в шоке от слов собственной студентки. Я просто в бешенстве! Она еще будет указания давать, как мне вести себя с бывшей? Серьезно?
— В смысле?
— В прямом. Если вы будете и дальше молчать, то все продолжится по-новой. Толку от меня, если вы будете и дальше ей потакать?
Что-то подобное она уже говорила. Еще в понедельник, когда не последовала моему плану. И чего мы этим добились? Ничего. Но чего я добьюсь, если продолжу морочить Ульяне голову?
— Посмотрим, — бросаю слово, прежде чем выйти из машины. Дождь моросить начинает, надеюсь, не пойдет ливень.
Орлова выходит следом, хватает меня за руку и заходим в ресторан следом за мной. Послушная какая. Помнит, что наши руки не должны размыкаться. Но сейчас ладонь моей студентки ощущается в моей большой иначе, чем в прошлый раз. Она теплая, крохотная и холодная. Уже замерзнуть успела? Может, ей перчатки дать, когда мы будем уходить?
— Феликс Владимирович, наконец-то! — кричит с конца зала моя помощница Людочка. — А мы вас заждались. Ульяна Андреевна хотела уже вам звонить!
— Не стоит. Я просто ждал свою девушку, — обнимаю при этом сжавшуюся Орлову. Расслабься, эти гиены тебя не тронут, пока ты рядом со мной, даже Ульяна. Помогаю снять пальто и отодвигаю стул. Орлова аккуратно помещает себя в этом обтягивающем красном платье. Хорошо сидит, кстати, хорошо подчеркивает плавную девичью фигурку и открывает длинные ноги. Так, что-то я не туда смотрю.
А вот, кстати, и наша звезда. Только-только мы располагаемся за столиком вместе с моей ступницей, сразу же глава парада отшагивает туфлями на шпильках по кафелю ресторанного пола. Ну что, начинаем спектакль, Яна. Не подведи.
И снова я называю ее по имени.
— О, Феликс Владимирович. Не думала, что вы придете со своей очаровательной девушкой, — язвительно произносит бывшая и окидывает Орлову оценивающим взглядом. Та тут же задирает подбородок, не дает повода придраться. Молодец. Так держать.
Не думала она, называется. Сама же предлагала ее пригласить. Женщины — коварные существа, до сих пор ощущаю это на собственной шкуре. И нет, речь сейчас идет не только об Ульяне. Орлова тоже не отстает, не отрывает глаз от моей бывшей девушки, скалится, показушно берет меня за руку, придвигается ближе.
Дурацкая игра. Глупая. Детсадовская. Но я уже в нее ввязался, теперь деваться некуда. Как там Орлова говорила? Не вести себя, как амеба? Ладно, за эти слова на парах накажу. Натаскаю по практике по полной программе. Найду слабое место. Яна.
Красивое имя, кстати.
— Раз мы все собрались, давайте расскажем о себе… — начинает Людочка, глядя в сторону Ульяны.
— Ой, нет-нет. Я еще жду своего спутника.
Какого еще спутника? Что ты задумала? Только не говори, что приведешь сюда…
— Я не опоздал?
Позади Ульяны материализуется знакомый молодой человек и аккуратно целует Ульяну в макушку. Точнее, знакомый только мне. Пугачев. Мой бывший студент и по совместительству любовник моей бывшей. Картина маслом, чтоб его. И для чего я во все это вообще ввязался? Тупо поддался бабской игре.
— Ой, Феликс Владимирович, — парень виновато сводит темные брови, вопросительно смотрит на свою спутницу, затем на мою. Орлова все еще держит лицо. Покерфейс, как бы сейчас сказали мои студенты из параллельной группы. — Не думал, что вы тоже здесь будете.
А я не думал, что у меня останется желание свернуть тебе шею и закопать ее за МКАДом. Хочешь, устроим? Думаю, никто страдать не будет. Хотя нет, я за решетку из-за такого сосунка, как ты, не хочу садиться, пусть Ульяна страдает.
— Я курирую проект, — отвечаю с напряжением в голосе. Надеюсь, это чувствую лишь я.
— Все в порядке?
— Да.
— Это кто?
— Ее парень, — добавляю тихую иронию в голос, но что-то мне подсказывает, что она и так все поняла.
Орлова неспроста спрашивает, в чем дело. Тихо, шепотом. Нечего тебе переживать из-за какой-то ерунды. Да и остальным тоже. Хотя, судя по напряженным лицам моих подчинённых, за столом становится неуютно. Не мне — им.
— Давайте продолжим, — нарушает тишину Людочка. — Ульяна Андреевна, откуда вы к нам пришли?
— Ну, — ведьма заправляет за ухо темную прядь, — я была аспиранткой в крупном университете. Успешно прошла аспирантуру под началом грамотного специалиста, — смотрит на меня, улыбаясь полными губами. Лишь бы не треснули от «счастья». Помню я твою аспирантуру, Ульяна, помню. Если бы не я, не дотянула бы последний год, — Теперь работаю вместе с вами.
— Ох, это так здорово. Вы очень хорошо знаете язык, — восхищается Люда.
— Да, — поддакивает Павел — еще один специалист в сфере нанотехнологий за рубежом. — У вас отлично получается руководить.
А вот это что-то новенькое. То есть я плохой куратор проекта? Не стыдно ли тебе, Павел? Увидел юбку и все, потекли слюни? Я ведь понижу тебя за такие слова.
— Ну что вы. Мои познания английского не сравнятся с опытом Феликса Владимировича. Правда? — снова меня рассматривает. Мы с тобой недавно виделись, можешь не зыркать больше. — Кстати, вы не расскажете о своей девушке?
— А что вы хотите обо мне знать? — тут же подает голос Орлова. Я даже не успеваю обдумать вопрос, а она уже на готове. И мне снова это не нравится.
— Чем занимаешься, где работаешь? Как ты достигла вершины? Ты ведь совсем юная.
За столом снова повисает напряжение. И дело даже не в Ульяне, которая пытается взглядом испепелить мою студентку. Дело как раз в Орловой. В ее нескрываемой злости, в сжавшихся под столом руках, в стиснутых зубах. Но она все же улыбается моей бывшей самой обаятельной улыбкой и отвечает.
