всё пройти сама, но нашел бы кого-нибудь ещё, особенно если из девчонок — это ведь Седрик, разве ему какая-то откажется помочь?
Так или иначе, уже под конец Рон вдруг вылетел почти на ровном месте, хотя до этого держался просто отлично. Словно это кто-то подстроил, хотя кто мог бы вмешаться в работу арены... Гарри сумел добраться до нужной точки первым, даже оставшись в одиночестве. Потом его нагнала Гермиона, и дальше, кажется, они опять поссорились из-за чего-то? Он никак не мог вспомнить подробности. Она пыталась ему вновь что-то доказать, убедить, что он всё делает неправильно, вроде бы так… Мелочи ускользали, так что же именно тогда произошло? И что же случилось после этого и перед его появлением здесь?
— Вот мы и встретились снова, Гарри Поттер, — произнёс ещё один студент, неожиданно входя в гостиную.
— Мы знакомы? — стараясь не удивляться (это же, вроде бы, сон?), спросил Гарри. Парень, без стеснения севший в кресло напротив, был в форме Слизерина и в этом доме смотрелся ещё более неуместно. На вид ему было лет семнадцать — седьмой курс, может быть шестой, и хотя он всё-таки не знал всех старшекурсников у «змей» в лицо, но вот на турнире этого парня точно не было, уж своих соперников Гарри успел запомнить. Правда, оставалось ощущение, что где-то ему этого слизеринца видеть доводилось, но уже давно. Может, кто-то из прошлого состава их команды по квиддичу?
— Том Реддл, — непонятно чему усмехаясь, представился собеседник. — Неужели совсем ни о чём не говорит, не вызывает ассоциаций?
— Кажется, слышал, но вот где — даже и не знаю, — честно ответил Гарри. Парень вёл себя так, словно его имя люди должны знать. Может, кто-то из старост их факультета? За три года сменился уже весь состав, разве всех их запомнишь, особенно учитывая, как прекрасно «ладят» Гриффиндор и Слизерин.
— Да, похоже, ты не узнаешь меня, хотя это уже наша пятая близкая встреча. Ты трижды помешал мне, Гарри Поттер, но в этот раз я подготовился куда лучше, — вдруг выдал собеседник фразу, которая бы лучше всего подошла какому-нибудь злодею из мультфильма или из комикса.
— Прости, не припомню ничего такого, — ответил Гарри честно, но прозвучало это так, словно он отмахнулся от чужих проблем. Потому гриффиндорец добавил: — Ведь это всего лишь мой сон…
— Сон? Разумеется, нет, не всё так просто. Я бы сказал, что для одного из лучших окклюментов, то есть для меня, ничего не стоит визуализировать в сознании чёткий образ из воспоминаний и использовать его для переговоров, — с крайним самодовольством заявил слизеринец. Затем добавил пренебрежительно: — Но как я теперь знаю, даже слово «окклюменция» для тебя всего лишь бессмысленный набор букв. Так что, говоря примитивным маггловским языком, я владею магией разума и воссоздал из твоей памяти это место, чтобы мы могли кое-что обсудить, так сказать, наедине.
— То есть всё это, — Гарри обвёл руками гостиную, — происходит лишь в моей голове?
— Ты уверен? — собеседник вновь усмехнулся и коснулся пальцами виска. — А может быть, в моей? Я тут, знаешь ли, уже давно, успел осмотреться, всё ждал, когда ты будешь готов к разговору.
— Но вообще-то… — Гарри хотел спросить, что означает «успел осмотреться», если речь вроде бы идёт про его разум и воспоминания. Однако он не успел.
Издалека донеслось что-то вроде эха, на мгновение комната вокруг словно расплылась, очертания предметов потеряли чёткость, всё стало серым и блеклым. Затем гостиная приняла прежний вид, а Реддл вдруг резко вскинул голову и яростно выкрикнул, обращаясь в пустоту:
— Кто посмел?!
Через секунду произошло нечто ещё более необычное. Гарри понял, что он всё ещё сидит на знакомом диване напротив странного слизеринца… и одновременно он лежит на кровати, укрытый одеялом, и рассматривает склонившегося над ним мальчишку на пару лет младше. «Джеймс, приятель Гермионы», — узнал он, — «тоже сирота и вечно себе на уме, а Рон его чуть ли не подручным Волдеморта считает…» Судя по слишком знакомому потолку, это больничное крыло, но что тут вообще происходит?
— Кто это здесь такой наглый? — высокомерно спросил Том, переводя взгляд куда-то в пустое место на стене. Должно быть, он тоже «видит» и вторую картину тоже? Если это место действительно в голове Гарри, то значит кровать, больничное крыло и этот зануда с Рейвенкло — там, в реальности?
Гарри попытался пошевелиться не «здесь», в гостиной, а «там», что-то сказать или повернуть голову. Но вместо этого «он» снаружи перевёл взгляд, посмотрел в глаза удивлённо выглядящего Джеймса, а затем что-то произошло. Кажется, это была какая-то магия, которой Гарри никогда не пользовался, но неужели вместо него это сделал Реддл? Он управляет его телом наяву, он может даже колдовать за него? Как это вообще возможно? Появившиеся в сознании чужие образы, изображения, звуки не дали ему закончить эту мысль.
Красивая рыжая девушка с холодным взглядом, какой-то жуткий человек в чёрном, роскошный холл незнакомого замка или поместья, грязный коридор приюта и множество детей в обносках, огромная библиотека с рядами книг, магический круг на траве — картины мелькали быстро, одна за другой, беспорядочно и почти не запоминаясь. Так же быстро мельтешили какие-то ощущения, обрывки фраз, чувств, воспоминаний, в которых ничего невозможно разобрать. Том сказал, что владеет магией разума, возможно, это всё проделывает именно он, и так подобное колдовство и выглядит, это всё нормально? Единственное, что Гарри «услышал» ясно, прежде чем странный водоворот образов прервался — имя, которое сопровождали ощущения гордости и самодовольства: «Кайнетт Арчибальд, лорд Эль-Меллой».
— Как любопытно, вот уж подобного я не ожидал… — произнёс Реддл с интересом. Возможно, он в этой мешанине сумел разобрать больше, чем просто обрывки и отдельные образы и слова?
Подумать, каким же образом мальчишка из приюта может настолько убеждённо считать себя неким «лордом», Поттер тоже не успел, почувствовав, как там, в реальном мире, его тело вновь начало двигаться, более того — тот «Гарри» принялся колдовать. Он не произносил заклинаний, у него даже палочки не было, но возможно этот Том проговаривал нужные слова про себя, как этому учат на старших курсах? Однако, как Гарри чувствовал холодный пол под ногами или резкий запах лечебных зелий, так же он чувствовал и заклинания, которые создавал тот, другой «он» в реальном мире. «Левиосса», «Протего», «Инсендио»… простые чары, они ощущались так же, как и с палочкой на уроках или в дуэлях, и одновременно отличались — давались куда тяжелее, вызывая усталость и даже боль во всём теле, которые Гарри чувствовал как свои, но Реддл словно бы этого не замечал.
После огненного
