медленно обвёл взглядом всех присутствующих. Гарри тоже воспользовался случаем и взглянул на тех, кому доверили решать его судьбу. Гермиона была в панике от услышанного, кажется, её слегка трясло, несмотря на успокоительное зелье. Дамблдор выглядел печальным, расстроенным, разочарованным, но тоже не пытался ничего предпринять. А вот Джеймс, кажется, всерьёз заинтересовался предложением, судя по тому, как он взвешивал оружие в руке. Однако и он понимал, что директор не даст ему ничего сделать, потому оставался на том же месте. — Никто? Ну, всегда можно передумать, время у вас будет…
Самозванец сделал несколько шагов, уже без опаски поворачиваясь спиной к волшебникам и ведьме. Гарри почувствовал напряжение от новых безмолвных заклинаний — «Репаро», «Экскуро», а другие он не узнал. Реддл восстановил больничную одежду и очистил её от крови, потом начал постепенно затягивать жуткую рану на руке. Хотя боль ослабевала, легче на душе у Гарри не становилось. Волдеморт словно «обживался» здесь, вот и решил позаботиться о том, чтобы не выглядеть подозрительно, да и банально чтобы тело не свалилось в обморок от боли и потери крови. И это пугало. Словно он и в самом деле решил остаться здесь надолго.
— И вот ещё, — произнёс он, оборачиваясь к директору. — Никакого контроля за пределами замка, никаких ограничений. Здесь — следи, сколько захочешь, тебе ведь не привыкать? Но в свободное время, вне школы, я отправляюсь, куда считаю нужным, и делаю там, что считаю нужным. А взамен… здесь я играю по твоим правилам, профессор. Ты получишь свою звезду школы, о которой мечтал — идеального во всех смыслах студента, намного умнее этих двоих, вместе взятых, — он небрежно указал на Джеймса и Гермиону, — пример для подражания и эталон. Лучшему ученику школы это ничего не будет стоить, ты это прекрасно понимаешь.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь, Том, — ответил директор, покачав головой.
— Всё ты прекрасно понимаешь. Это наивному дурачку ничего не стоило задурить голову, — для выразительности самозванец коснулся пальцами лба. Затем продолжил тем же наглым самодовольным тоном: — Чтобы он считал тебя добрым дедушкой, который дарит подарки на Рождество и спускает с рук шалости. Это ты хорошо умеешь, мне ли не знать. Вот только на деле тебе нужно нечто иное. Тебе нужна новая легенда, тебе нужен герой, который потом займёт твоё место. «Мальчик-который-выжил» просто идеально подходит на эту роль. Победить мировое зло ещё в колыбели — какой прекрасный старт. После этого оставалось лишь закрепить успехи. И не тебе ли знать лучше других, как работает эта школа — не важно, насколько ты хорош в учебе, куда больше значит, за какую команду ты играешь и какого цвета галстук носишь… Да и этот турнир, случайно ли так вышло, что вы решили его возобновить как раз к тому времени, как твой «Избранный» пойдет в школу и успеет немного подрасти? Правда, чтобы сразу не опозорился, пришлось затащить для поддержки самоуверенную грязнокровку, да и потом, если бы не добрый чиновник из Министерства, интересно, что бы вы делали? Или помощь фанатов «Героя» входила в план изначально? Уж больно глупый попался кандидат в спасители страны, чтобы справиться самому… В любом случае, больше так мучиться не придётся. Три с половиной года в обмен на жизнь мальчишки, свобода в магическом мире в обмен на участие в твоих схемах — вот моё крайне щедрое предложение, профессор. Мы договорились?
Гарри отказывался верить во всё услышанное. Какой ещё «герой», какие ещё планы? Подобного просто не могло быть. Он просто учился в школе, играл в квиддич, пытался как мог отбиваться от неприятностей. Никто из него не делал никакого там «Избранного». Однако Дамблдор не поднял злодея на смех. Директор долго молчал, а потом негромко спросил:
— Каковы гарантии, что Гарри ещё сумеет вернуться?
— Можно подумать, не ты осматривал мальчишку пять дней назад? И что если бы ты не обнаружил его души на месте, — он вновь пару раз коснулся пальцем лба, — ты бы оставил Поттера в школе, и тем более — одного и без присмотра? Ты просто не заметил там ещё и моего присутствия, но тут уж некого винить, кроме себя самого. Итак?
— Твои условия приняты, Том, — печально согласился директор. — Ты ведь и сам прекрасно понимаешь, что я не мог бы поступить иначе.
— Время идёт, люди меняются… Что ж, раз мы обо всём договорились, не буду вас более обременять своим присутствием, — довольным тоном произнёс Реддл. — Мистеру Поттеру ещё нужно подготовиться к отъезду на каникулы.
— У меня тоже есть предложение, — неожиданно произнёс Джеймс, когда самозванец уже направился к дверям.
— Вот как? — удивился Волдеморт. Затем разрешил с притворным благодушием: — Давай, не стесняйся, мне крайне интересно.
— Нейтралитет, — произнёс Мерфи быстро. — На всё оставшееся время. Ты не лезешь в наши дела, мы не пытаемся тебя убить. Согласись, это справедливо.
— Мне кажется, у директора иное мнение на этот счёт. Да и что тебе мешает попытаться прямо сейчас?
— Поттер сам виноват, его мне не жалко. Но если встанет выбор между его жизнью и моей…
— Мистер Мерфи, я предлагаю обсудить это позже, — с нажимом произнёс директор, бросив на него быстрый взгляд. — Кроме того, даже он должен понимать, что и «свобода» имеет свои рамки.
— Понимаю, понимаю, не нужно считать меня каким-то сумасшедшим, — отмахнулся Волдеморт, а затем посоветовал снисходительно: — А ты послушай директора, мальчик. Да и в любом случае, ты, — он выделил это обращение, — не в том положении, чтобы ставить ультиматумы мне.
— А ты не в том, чтобы от них отмахиваться, если после не собираешься соблюдать свои же правила. От всей школы ты не отобьешься, каким бы «великим» ни был. И безнаказанно творить, что вздумается, тебе тоже никто не даст. Я вот размен «жизнь Гарри Поттера на жизнь темного лорда» вообще считаю крайне выгодным.
— Как занимательно… Думаю, мы ещё поговорим об этом при случае. Ведь в простом разговоре двух студентов нет ничего опасного. А пока вам тут и так будет, что обсудить.
Самозванец покинул лазарет и направился по коридорам, не обращая внимания на холод. За спиной у него лязгнул брошенный на каменный пол тесак, донеслись голоса и тут же стихли, отрезанные тяжелой дверью. Тем временем в иллюзорной «гостиной» Волдеморт всё в том же облике слизеринского студента подошел ближе к Гарри и произнёс:
— А теперь разберёмся с тобой. Я невысокого мнения о твоих умственных способностях, Гарри Поттер, но надеюсь, даже ты теперь понял, в каком положении оказался. Скажу честно, мой ритуал должен был тебя
