стать тем, кем и способно, благодаря случившемуся зачатию, в конце концов стать. И этот сверкающий огонёк, по всему судя, полон стремления к совершенству, возможно, стремится уподобиться Высшему Образу, который и стал для такого занятия чем-то организующим, главным началом, и это становится побудительным началом к возникновению, росту и последующей жизни той самой плоти. По сути, получается, что то, с чего всё и начинается, там сверкает, сопровождая жизнь той самой плоти, пока эта плоть, отвечая на подобные позывы развитием, ростом и тем или иным взаимодействием с окружающим миром, оказывается всё ещё способна существованием своим поддерживать эту самую, возникающую таким образом жизнь. А то, что фиксируем, видим, с чем общаемся по ходу жизни, всё это образы, которые, с одной стороны, возникают как раз именно благодаря такому сияющему огню, но, вместе с тем, сами оказываются чем-то таким, через что такой, организующий жизнь, внутренний Свет и проходит, и благодаря чему, в зависимости от того, какие получаются эти базовые, формирующие основы, и оказывается влияние на то, каким, в конце концов, выглядит получающийся результат. Материальная структура может обладать чрезвычайно сложной схемой организации роста, необходимого для получения конечного и вот так видимого. Но, между тем, что тут имеем? От зачатия до рождения это время формирования внутри материнской утробы, и здесь как-то незаметно, чтобы присутствовал хоть какой-то, со стороны, информационный поток. Потом, после рождения, тут мир словно распахивается, так как сознание получает первую информацию от органов чувств. А что это значит? Благодаря тому Свету, основе начала, распространяющемуся во все стороны через сформировавшееся на том момент тело младенца, внутри этого самого тела младенца начинает организовываться образ мира, внутри которого этот самый младенец словно бы пробудился. Начинается считывание информации, рассказывающей обо всём, о чём только удаётся узнать, и, в результате, то, что растёт, начинает строить внутри своего понимания схему всего, что на момент ознакомления окружает, уже изначально предполагая как можно более лучшим способом вписаться во всё, то есть всё то, что окружает и происходит. По сути, такое сопровождает живущего всю его жизнь — стремление как можно более толково и правильно вписаться во всё окружающее и происходящее. И тут, так получается, разница между той же уткой, человеком и тараканом по началу только в организации обслуживающих сознание органов, и, разумеется, в степени качества обработки поступающего потока из информации. Устремления у таракана одни, у утки другие, ну, а человек и вовсе способен развить в себе просто неслыханное количество самых удивительных устремлений. А это побуждающий мотив и подталкивающее начало для всего, происходящего в текущей жизни. Качество обработки подобного рода претензий, степень возможности сопоставления чего-либо подобного тоже немаловажны, и тут, опять же, весьма немаловажным выглядит то, как формируются в том, что появилось на свет, эти вот самые, толкающие проделывать те ли, иные, самые разные действия, соответственно, в чём-то похожие, но в чём-то и кардинально отличающиеся, непохожие, и вместе с тем пренепременно обременяющие сознанье заботой желания. Наука склонна утверждать, что таракан ничему никогда не учится у предшественников, по ходу формирования-организации тела, такой объект как будто изначально осведомлён в плане того, в какую сторону следует побежать, спасаясь от того, чему впору выглядеть источником некой опасности, или если одолело желаешь утолить донимающий голод. Для того, чтобы озаботить себя стремлением от чего-то с такой сверх избыточной прытью бежать, необходимо, чтобы это, о чём по первичным установкам не знаешь совсем ничего, чем-то, звуками, перемещением, запахом совпал с неким накоплением некого опыта, который позволит сравнить зафиксированное с определённым накопленным, в результате чего и возникнет сигнал, что всё это сплошная беда! Или сплошная еда! И самое время бежать! Но раз любой таракан обладает подобного рода познаниями, по сути, с момента формирования тела, где и как, и благодаря какому источнику такому участнику жизненного процесса такого рода опытом обогащаться? Наука утверждает, что всё это приходит вместе с генетической схемой построения тела. Что это всё там как будто записано. Но только, кто и как всё это туда записал? И основываясь на чём? Молекулярные схемы и отбор лучшего в процессе естественного отбора, позволяющий строить подобное тело, это одно, но для всего подобного необходим тот самый опыт. Если ещё более старательно подумать об этом, то отбор лучших при постоянно непрекращающейся борьбе за выживание здесь выглядит единственным фактором, способным хоть в чём-то при подобной существующей схеме помочь. Тараканов великое множество. При этом тараканы пища для многих. И вот, один из столь многочисленного сообщества как-то по-особому, или в какую-то особую сторону начал стремиться, зафиксировав некий особенный звук, движение рядом с собой, изменение световой гаммы, вибрацию, нагревание, да, в сущности, всё что угодно, только это помогло в эти мгновенья не погибнуть — спастись. Понятно, что такой таракан теперь приоритет для последующего размножения. Вот только, как такому, отличившемуся каким-либо действием, при этом действием — реакцией, сугубо ответным, исхитриться и только с генетикой передать знания о тех самых, правильных реакциях на те, либо иные, отныне именно так опознаваемые факторы, зафиксированные из окружающей среды, этим самым, отныне способным гораздо более правильно вписываться в окружающий мир, своим ожидающимся неким потомкам? Ведь для такого такой таракан должен прямо при жизни, начав опознавать угрозу и правильнее прочих от такого бедствия убегать, сделать всю эту информацию достоянием генетической схемы организации своего тела. Что ж, сейчас принято считать, что сама генетика, как схема, благодаря которой и фактически по которой строится тело, по сути своей во всех этих вопросах приоритетна. Однако, если рассматривать вопрос именно с этой стороны, то всё начинает выглядеть, скажем мягко, не совсем так. Ну, а для того, чтобы разобраться, попытаемся рассмотреть ситуацию ещё с одной стороны. А что именно необходимо для того, чтобы тот таракан и вот так, по-особому, побежал? Если такой таракан передаст информацию о том, как надо правильно бегать, через некое особенное расположение в структурной схеме построения своего гена неких микрочастиц, возможно даже передача информации случится на молекулярном уровне, то значит, либо сам побежит, потому, что в теле те микротела так, вдруг, и непонятно от чего расположатся правильным образом, либо такой таракан окажет некое влияние на правильность расположения тех микротел, а тут уже должно возникнуть-проявиться некое желание и устремление зачем-то действовать не так, как, сообразно указаньям генной памяти действовать необходимо. То, что таракан, любой, не хочет умирать, вот это-то бросается в глаза. Страх, видимо тоже переданный где-то там, на генном уровне, присутствует. Страх чувство
