скакать и дерись как мужчина.’
- Вот так?’
Мунго прыгнул вперед, ударил Афонсо в лицо и поднял руку противника со шпагой выше. Без всякого предупреждения Мунго упал на колени и ударил виконта клинком под ребра,рассекая ему бок. Афонсо вскрикнул, схватившись за рану, и Мунго нанес еще один удар, ударив виконта в плечо.
В любом другом поединке на шпагах это были бы смертельные раны. Но Афонсо да Крус отреагировал как одержимый. Когда его рука с клинком обмякла, он схватил оружие свободной рукой и бросился на Мунго. Мунго отпрыгнул назад за долю секунды до того, как лезвие рассекло бы его щеку. На красивом лице виконта застыла маска боли, но он не смягчился. Он набросился на Мунго с новой силой, рубя и нанося удары с силой, которая казалась сверхъестественной.
Он вложил весь свой вес в широкий горизонтальный разрез, словно намереваясь оторвать туловище Мунго от его ног. Мунго быстро отступил назад, но его нога зацепилась за кусок плавника, зарытого прямо под поверхностью песка, и он споткнулся. Вытянув руки для равновесия, он ослабил хватку на шпаге. Афонсо поймал клинок в самый разгар удара и выбил его из руки Мунго. Он пронесся по воздуху и приземлился у кромки воды.
Потеря оружия ошеломила Мунго. Прошли годы с тех пор, как он в последний раз выпускал из рук оружие в разгар схватки. Афонсу воспользовался этим в полной мере. Он уперся ногами и превратил клинок в копье, направив острие в сердце Мунго.
Мунго бросился на землю, вышибая воздух из легких и набивая рот песком. Смертоносный удар просвистел над его головой, промахнувшись менее чем на дюйм. Когда Афонсо собрался для нового удара, Мунго отполз в сторону и бросился к своему упавшему клинку. Он приземлился в цепе из конечностей, но его пальцы вцепились в рукоять, когда виконт опустил клинок в резком ударе. Мунго вывернул клинок, чтобы отразить удар, и, используя силу запястья, метнул шпагу в лицо Афонсо, надеясь отбросить противника назад и дать себе время подняться на ноги. Он был потрясен, когда из носа Афонсо вырвался гейзер крови. Кончик его клинка рассек кожу и хрящи, обнажив полоску белой кости.
Афонсо взвыл и отскочил назад, едва не споткнувшись о собственные ноги. Кровь заливала его бороду, капала с подбородка, и он изо всех сил пытался остановить ее лацканом пиджака.сюртука.
- Стой!- воскликнул Стерлинг. - Этого достаточно!’
Афонсо не обратил на него внимания. Рыча и истекая кровью, он стряхнул с себя боль и снова бросился на Мунго.
Если бы он был в здравом уме, то никогда не нанес бы Мунго такого дикого удара наотмашь. Инерция движения оставила верхнюю часть его тела широко открытой для контрудара. Мунго воспользовался своим шансом, не задумываясь, так быстро, что Афонсо даже не заметил, как это произошло. Первое, что он понял, это когда посмотрел на свой живот и увидел клинок Мунго, торчащий из него почти по самую рукоять.
Пальцы Афонсо ослабили хватку на рукояти шпаги. Он смотрел, как Мунго положил руку ему на грудь и вытащил клинок. Мир превратился в размытое пятно, и он рухнул на песок.
Хирург бросился к Афонсо. Он попытался залечить раны, но кровь хлынула потоком. Он пощупал пульс и мрачно покачал головой.
- Он не выживет.’
Мунго отступил назад и поднял оружие, тяжело дыша. Его рубашка была мокрой от пота и забрызгана кровью Афонсо. Он взглянул на Изабель. Она не двигалась в течение всего боя; даже сейчас, когда ее брат истекал кровью на песке, она не подошла к нему. Ее миндалевидные глаза были бесстрастны и непроницаемы.
Мунго повернулся к Ланахану. - Полагаю, поскольку виконт не может говорить за себя, он уступает?’
Из горла Ланахана вырвалось низкое рычание. У него был такой вид, словно он сам хотел бы продолжить бой, если бы это позволяли правила. Он не мог заставить себя произнести эти слова.
- Хватит! - рявкнул Стерлинг. - "С этим покончено. Нам пора уходить".
Солдаты, наблюдавшие за этим зрелищем, бежали по песку, держа оружие наготове. Мунго встал на ноги и занес клинок, но Стерлинг схватил его за руку и потащил прочь.
‘Мы находимся на суверенной территории Португалии, и губернатор – если вы забыли – отец человека, которого вы только что убили.’
Он потащил Мунго вниз по пляжу, туда, где баркас покачивался на волнах прибоя. Команда, готовая к неприятностям, уже сидела на веслах и отчаливала. Мунго пришлось глубоко войти в воду, чтобы догнать их. Измученный борьбой, он, возможно, и не сумел бы подтянуться, но могучий рывок Типпу сзади поднял его над планширем и погрузил в лодку. Типпу последовал за ним. Как только все люди "Черного Ястреба" оказались внутри, лодка отплыла.
Мунго оглянулся. Солдаты выстроились у кромки воды, но у них были только пистолеты. Несколько выстрелов, которые они сделали, не долетели до баркаса. Дальше по берегу рабы заворачивали тело Афонсо в простыню.
За ними стояла ИзабелЬ. Она поднялась с кресла и смотрела вслед баркасу. Ее распущенные волосы свободно развевались на ветру; пальмовые листья отбрасывали на лицо колеблющиеся тени. Невозможно было понять, о чем она думает.
Мунго отвернулся и постарался выбросить ее из головы. Так много всего произошло между ними – она пробудила в нем чувства, в которых он едва осмеливался признаться. Теперь, по всей вероятности, он никогда больше ее не увидит.
Так будет лучше, сказал он себе. Он не мог позволить ничему притупить свою жажду мести.
***
Жжение было похоже на горячий пепел на коже Камиллы, но его жар исходил изнутри ее тела, как будто кто-то поджег воздух в ее легких. Она слышала, как тяжело дышит, отчаянно пытаясь утолить жажду, но воды нигде не было. Вокруг нее был серый свет и темные тени. Она услышала что-то похожее на человеческие голоса, старуху и затем молодого человека. Они показались ей знакомыми, но она не могла вспомнить, где именно. Она открыла рот и попыталась заговорить, но слова застряли у нее в горле. Снова и снова она пыталась произнести их, но слова застревали в горле. Наконец сопротивление ослабло,и слова вырвались наружу. Она слышала их, но не могла понять их смысла.
Она проснулась с криком в своей постели в Баннерфилде.
