то был привязан к кому бы то ни было из них, поэтому длительное общение с ними меня, по правде сказать, напрягало. Даже здесь, мне было бы комфортнее, если бы их визиты, если уж и случались, то были как можно более короткими. Я, конечно, прекрасно понимал, что у каждой из них была одна единственная цель – поскорее женить меня на себе, и, разумеется, всячески этому противился. Прежде всего, я всегда думал, что им нужен не я, а мои деньги. Эта мысль всегда была у меня в голове, и избавиться от нее я никогда не мог, даже в самые неподходящие моменты. Из – за того, что я никак не хотел обременять себя семейными узами, мои приятельницы, рано или поздно поняв это, расставались со мной. Вернее сказать, я делал все, чтобы подвести их к этому. И надо сказать, что получалось у меня это вполне успешно. Но вскоре, место покинувших меня подруг, занимали новые, и все начиналось с начала, а потом, снова – один и тот же исход. Мне было удобно так жить. Да я, особо, и не задумывался, есть в этом что – то плохое или хорошее, просто такие отношения меньше всего мешали моей работе, именно поэтому, меня это вполне устраивало. Серьезных чувств я, пока что, ни к кому не испытывал, поэтому расставался со своими знакомыми всегда с легкостью, а иногда, даже и с облегчением. Это случалось тогда, когда мой роман с кем – то уж слишком затягивался. По крайней мере, как мне казалось. Или, когда моя дама, уж слишком активно пыталась заполучить долгожданный штамп в паспорте, который бы свидетельствовал о ее статусе – замужней женщины. Не понимаю, для чего им это все было надо, разве плохо встречаться просто так, без всяких взаимных обязательств? Наверное, эту загадку, мне не удастся разгадать никогда. Да, честно говоря, у меня нет абсолютно никакого желания, тратить на это время. Почему – то именно сейчас, мне захотелось резко порвать все отношения со всеми подругами сразу, с которыми я встречался до этой аварии. Просто было безумное желание это сделать. Я даже готов был сказать им, что в результате этой аварии, я стал импотентом, но потом понял, что это глупо, ведь повреждена у меня была только голова, а им, и без меня, мой доктор наверняка успел это рассказать. Так это было, или нет, я не знаю. У меня больше не было возможности спросить об этом у Бориса Антоновича, который совсем забросил меня. Иногда, мне даже хотелось, чтобы он зашел ко мне, но он больше ни разу не отвлек меня своими разговорами. Наверное, он, наконец, понял, что это бесполезно, что из меня получился никудышный источник информации. А может быть и догадался, что я не намерен это обсуждать. Ну да бог с ним. Сейчас я расскажу не о приятном визите, зато об очень интересном. Ко мне в последний день перед выпиской пришел сотрудник дорожно – патрульной службы, чтобы выяснить обстоятельства, произошедшей со мной аварии. В общем – то, это была обычная процедура при подобном стечении обстоятельств. Словом, она не вызвала у меня никакого удивления. Правда, рассказать – то я особо ничего и не мог, так как помнил только то, что было темно, а я ехал очень быстро. У меня кончался бензин. Все. А дальше, уже все происходило в моем воображении. Ну не буду же я ему говорить, что потом мужчина в шинели подсказал мне дорогу на станцию. Тем более, я не стал бы ему говорить, что случилось со мной дальше. Для себя, я, примерно, нарисовал картину, произошедшую со мной на самом деле, соответственно и мой рассказ, который я поведал ему, был максимально приближен к действительности. Поэтому, про закончившийся бензин, мне пришлось умолчать. Другое дело, что, как раз таки ему, обстоятельства той аварии были известны горазда лучше. И, именно он, мог рассказать мне нечто интересное, поэтому я охотно с ним и пообщался.
А вышло все вот как. Действительно, было темно, шел дождь. Но мотор моей машины заглох совсем не по тому, что в ней кончился бензин, а по тому, что она врезалась на огромной скорости в дерево, которое стояло на обочине. Но случилось это, скорее всего, совсем не по тому, что я не справился с управлением, а по тому, что впереди, находился автомобиль, который стоял на дороге с включенной аварийной сигнализацией. По крайней мере, так мне обрисовал картину мой собеседник. Я же никакого автомобиля совсем не помнил. Но он сказал, что так и думал, более того, ему и мой доктор сказал, что я вполне могу этого не помнить после перенесенной операции. Сотрудник дорожно – патрульной службы сообщил мне, что я чудом избежал столкновения с той машиной. Но, зато, к сожалению, не избежал столкновения с деревом…
Я рассмеялся, мне показались немного комичными его последние слова при абсолютно серьезном выражении лица. Он сказал мне, что я напрасно радуюсь, так как после моего столкновения с деревом, мой автомобиль настолько изуродован, что не подлежит восстановлению. Меня же это совсем не огорчило, так как она была застрахована, в том числе и на случай подобного события. Услышав это, он сказал, что мне повезло. Я кивнул головой, а про себя подумал, что везение здесь ни при чем. Ведь что касается страховки – это был просто мой нормальный подход к пользованию автомобилем и ничего более. Да я и вообще не понимал, как же может быть иначе. Но мой собеседник сказал, что владельцу аварийной машины, стоявшей передо мной, повезло горазда меньше, так как его автомобиль не был застрахован.
– Но, как вы сказали, мне же удалось избежать столкновения с ним, – удивился я.
– Вам – то удало-о-ось, – протянул он, – а вот автомобилю, двигающемуся впереди вас – нет.
Я вопросительно смотрел на своего собеседника, а он продолжал:
– Ехавший немного ранее вас автомобиль, не сбавляя скорости, врезался в него, даже не заметив включенной аварийной сигнализации. В результате, тот, кто въехал – остался абсолютно целехонький. А три человека, которые находились в аварийном автомобиле, пострадали прилично. Они были обнаружены в ней без сознания. Да надо же такому случиться, что это оказался известный писатель со своей семьей. Поэтому, к этому делу такое повышенное внимание. Необходимо провести тщательное расследование, уж больно человек известный, – объяснил он, а потом добавил, – мы то на вас очень рассчитывали, думали, что вы что – нибудь
