не понимал, лето сейчас или зима.
– Сейчас лето или зима, – спросил я.
Врачи переглянулись между собой.
– А как вы думаете? – спросил у меня один пожилой мужчина с огромными ручищами.
– А сколько времени я здесь? – задал я встречный вопрос, вспоминая, что когда я садился на поезд, было лето.
– С позавчерашнего дня, – ответил тот же мужчина.
– Лето, – ответил я, – тогда должно быть лето.
– Ну, слава богу, – облегченно вздохнул он, – а то вы меня уже было напугали своим вопросом.
Потом все замолчали. Мне была не приятна эта странная пауза, и я спросил, попытавшись немного привстать:
– Что со мной случилось?
– Лежите, не двигайтесь, – кинулась ко мне рыжеволосая девушка.
Я послушно выполнил ее просьбу.
– Не переживайте, – сказал мужчина, – теперь уже все хорошо, но вам надо отдыхать. Вы позавчера ночью разбились на машине, а утром вас доставили сюда. Мы сразу же вас прооперировали, а сейчас вы благополучно пришли в себя. И это очень хороший признак. С вами все в порядке. Теперь это можно сказать с полной уверенностью.
– Доктор, скажите, – обратился я к нему со странным и неожиданным вопросом, который привел присутствующих в легкое замешательство, – а я мог умереть?
– Ну, зачем же о плохом думать, тем более, что сейчас уже все позади, – быстро сориентировался доктор.
– Нет, скажите мне, пожалуйста, мне важно это знать.
Он пожал плечами:
– Каждая операция может привести к летальному исходу, бывает всякое, теоретически, конечно могло случиться все, что угодно…
– Да не скромничайте, Борис Антонович, – перебил его молодой врач, а потом обернувшись ко мне, добавил, – Борис Антонович просто вытащил вас с того света, если бы не его золотые руки…
– Перестань, – смущенно махнул рукой пожилой мужчина в сторону молодого врача.
– Он прав, – подхватила его слова рыжеволосая девушка.
Я же думал о том странном совпадении имен моего спасителя и солдата в поезде. Если проводить дальше эту параллель, то где – то здесь, должен быть и человек с именем Фридрих. Мне показалось все это забавным. Теперь я подумал, как же права была Клара, что предлагала спрашивать у всех имена, что ей подсказывало это делать. Теперь уже я этого не узнаю никогда. Мне стало немного грустно. Видимо, все мои эмоции были у меня на лице. Поэтому, это сразу заметила рыжеволосая девушка и, подойдя ко мне, не без сострадания, сказала:
– Вам больно? Я сейчас поставлю укольчик, чтобы стало легче. И достаточно разговоров. Все, вы сможете спросить, что захотите спустя несколько дней, а сейчас набирайтесь сил, я поставлю еще и снотворное. Так надо.
Я был совсем не против снотворного, меня было совершенно ни к чему уговаривать, уж очень было больно, но прежде я попросил мобильный телефон, сказав, что мне просто жизненно необходимо сделать один звонок, чтобы уладить один вопрос, из – за которого и произошла эта авария. Молодой доктор сжалился надо мной и протянул телефон.
Я, первым делом, узнав, что сейчас уже не совсем раннее утро, набрал номер телефона своего потенциального партнера, на встречу с которым я так спешил. Там долго не снимали трубку. Я уже начал нервничать. Но почти, когда я уже хотел положить трубку, мне ответили. Я поздоровался и представился. Мне показалось, что на том конце провода, даже были рады моему звонку, или просто делали вид. Мне сказали, что в курсе дела, что со мной произошло несчастье, а также мне сказали, что будут рады встретиться со мной после моего выздоровления, что все наши договоренности остаются в силе и все такое. Я был несказанно рад такому повороту событий, а, значит, все мои муки и старания были не напрасны. Я положил трубку.
– Позвольте еще один звонок, буквально на минуту, – я взглянул на молодого врача, одолжившего мне телефон.
Он кивнул головой, правда, предупредив меня, что это последний звонок, так как я не должен утомляться. Я кивнул ему в ответ и набрал номер телефона своего преданного секретаря. Она, услышав мой голос, даже расплакалась от радости, что я жив и здоров. Я сказал ей, что у меня мало времени, чтобы она сообщила мне все самые основные новости. Она подтвердила, что партнер, с которым я только что разговаривал, действительно согласился дождаться встречи со мной. По тому, что причина, по которой я опоздал на встречу, была более чем уважительной. А, кроме того, все удалось очень хорошо обставить, так, что потенциальные партнеры так и не догадались о махинациях моего бывшего приятеля, который затеял все это за моей спиной. Она сказала, что, действительно, все в порядке, что это она меня не успокаивает, а на самом деле все хорошо. Я знал, что она говорит правду, она совсем не могла мне врать. Но в ее голосе была небольшая нотка грусти. Я спросил, что же, тогда ее все – таки беспокоит. Она призналась мне, что мой бывший приятель, который подстроил все это, очень переживает из – за случившегося. Что, он сам не понимает, как он пошел на такое. Словом, он не знает, как вымолить у меня прощения. Я сказал, что об этом потом. Хотя, немного подумав, я сказал, что прощаю его, только видеть в офисе больше не хочу. Секретарь все поняла, что я имел в виду, и больше на эту тему со мной не разговаривала. Я попрощался с ней и повесил трубку. У меня стало совсем легко на душе после этих двух звонков.
Рыжеволосая девушка, тем временем отвернулась к столику с медикаментами, чтобы набрать лекарство, и я увидел в ее волосах заколку, которой солдат заколол Фридриха. Это была именно та заколка. Я не мог ошибиться. Но это было совсем невероятно. Я подумал, что пока не стало действовать лекарство, надо спросить кто тут у них Фридрих, чтобы немного удивить и их, а заодно убедиться и в этом совпадении, которое должно произойти, просто обязательно. И я спросил об этом пожилого доктора. Каково же было мое удивление, когда Фридрихом оказался совсем не врач, а пациент из соседней палаты. Но эффект, который я хотел произвести на своих спасителей своей осведомленностью, превзошел все мои ожидания. Присутствующие врачи были очень удивлены моим вопросом. Даже немного встревожены. Но почему? Тогда я об этом и догадаться не мог.
Об этом я узнал только через день, когда уже смог самостоятельно передвигаться и мне разрешили выходить в коридор. Первым делом я хотел зайти к этому Фридриху и познакомиться с ним. Главным образом на мое скорейшее выздоровление, которое поражало всех, включая и
