провалить задание.
Еще один раскат грома, на этот раз гораздо громче, а также вспышка молнии слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно. До этой вспышки Алекс предполагала, что шторм был просто показухой, уверенная, что Библиотека защитит ее. Но она почувствовала, как энергия коснулась ее кожи, ощутимый сигнал предупреждения, когда воздух вокруг нее наполнился тяжелым грузом ожидания. Что бы ни происходило, она не была в безопасности от этого. И что еще хуже, с ее положением на платформе она была готовым громоотводом.
Но… если сделает шаг, если совершит метафорический прыжок веры и в конечном итоге упадет, тогда ее уроки с мистером Таинственным Человеком закончатся, не начавшись должным образом.
Откинув от лица мокрые волосы, Алекс поняла, что ее шансы невелики. Она прищурилась от молний, которые теперь метались вокруг нее, понимая, что каждая секунда промедления увеличивает опасность. И вот, судорожно вздохнув, она приняла решение. Живая, но без помощи мистера Таинственного Человека, было лучше, чем мертвая и… ну, стать мертвой. Она не сможет никого спасти, если будет мертва.
— Мне жаль, — прошептала Алекс никому… и всем. Раскат грома заглушил ее слова, но она не стала ждать, чтобы повторить их. Вместо этого она сошла с платформы.
Время, казалось, замедлилось на долю секунды, когда Алекс начала падать, ровно настолько, чтобы увидела, как копье молнии ударило в платформу, на которой она стояла, заставив ту взорваться дождем искр.
Все это она увидела в мгновение ока, потому что, прежде чем успела хотя бы ахнуть, девушка упала слишком далеко, чтобы видеть что-либо еще.
И она продолжала падать.
Легкие застыли в груди, Алекс стремительно падала вниз сквозь темноту, сквозь облака и дождь, сквозь жуткие вспышки света на фоне ночного неба. Пока, внезапно, она больше не падала.
Между одним вдохом и следующим, одним морганием и другим, она обнаружила, что снова лежит на полу ярко-белой комнаты, а человек в плаще бесстрастно стоит над ней.
С ее тела капала вода, Алекс поднялась на дрожащих ногах и уныло ждала, когда он произнесет эти слова.
Ей не пришлось долго ждать.
— Ты упала.
Опустив глаза, Алекс сказала:
— Да.
— Это означает, что ты потерпела неудачу.
Она сосредоточилась на луже, скопившейся у ее ног, и тихо ответила:
— Я знаю.
Тишина.
И затем…
— Увидимся завтра вечером.
Алекса вздернула голову, чтобы посмотреть на его скрытое лицо.
— Что?
— Я буду тебе благодарен, если ты больше не будешь называть меня мистером Таинственным Человеком, — сказал он ей с оскорбленным фырканьем.
Алекс могла только смотреть на него и повторять:
— Что?
— Атора — так меня зовут. Ты запомнишь мое требование и не поделишься им ни с кем, кроме твоего некогда Заявленного меярина. Это ясно?
Еще один пристальный взгляд.
— Я… Подожди, разве я не провалилась?
— Ты сама это сказала, Александра, — сказал Атора. — Действительно, ты прокричала это до небес в довольно драматичном порыве. Это была, как ты утверждала, невыполнимая задача. Та, в которой ты была обречена на неудачу.
Алекс уставилась на него.
— Тогда почему.
— Какое у меня правило, Александра? — он резко прервал ее.
Съежившись, она ответила:
— Не подвергать сомнению свою подготовку.
С шелестом плаща, Атора скрестил руки на груди и сказал:
— Иногда я буду говорить тебе, почему я что-то делаю. В другой раз нет.
Когда он больше ничего не сказал, Алекс решила попытать счастья.
— Есть ли у меня шанс выбрать, какое время какое?
— Нет.
— Я так и думала, — пробормотала она, наступая носком на неуклонно растущую лужу вокруг своих туфель.
— Но в этом случае я позволю тебе выслушать мои рассуждения.
Алекс оглянулась с любопытством.
— Я говорил тебе, что твоя задача — добраться до двери, — сказал он. — Что если тебе это не удастся, если ты упадешь, то больше не будешь моей ученицей.
Алекс кивнула, полностью осознавая его слова.
— Я солгал. По обоим пунктам. — В его монотонном голосе не было ни малейшего следа стыда. — Твоя истинная задача состояла в том, чтобы усвоить суровый урок неудачи.
— Что…
— Тебе нужно было потерпеть неудачу, Александра, — перебил он, — потому что тебе нужно было понять, что иногда неудача неизбежна. Успех никогда не является гарантией, ни в какой сфере жизни. Тебе нужно было понять это. Тебе нужно было принять это. И тебе нужно было сделать шаг вперед, зная, что твои действия вряд ли приведут к победе.
Пока Алекс обдумывала его слова, Атора продолжил:
— На предстоящем тебе пути, с проблемами, с которыми тебе еще предстоит столкнуться, ты увидишь свою долю неудач. Это неизбежно. И когда это произойдет, тебе нужно иметь силу характера, чтобы продолжать идти дальше, чтобы снова подняться после того, как ты упадешь. Потому что ты упадешь, Александра. В этом можешь быть уверена.
— Ты хочешь сказать… — сглотнула Алекс. — Это что, своего рода предупреждение о том, что я обречена на неудачу? Что я не смогу остановить Эйвена?
Голова Аторы, скрытая плащом, склонилась набок, и он долго изучал ее. Как раз в тот момент, когда она подумала, что он не собирается отвечать, он тихо сказал:
— Я бы не стал тратить свое время на безнадежное дело.
В Алекс вновь зажглась искра надежды.
— Однако, — добавил он, — является ли моя уверенность в тебе неуместной или нет, покажет только время.
И вот так просто её искра снова погасла. Но воспоминание осталось, когда она вышла из Библиотеки, послала быстрый мысленный вызов, чтобы сообщить Нийксу, что выжила, и вернулась в свою спальню на ночь.
Она сражалась не за проигранное дело. Если мрачный Атора мог в это поверить, то и Алекс тоже могла.
(вставить картинку)
В течение следующих нескольких дней в жизни Алекс воцарилась странная рутина, но вместе с ней росло и чувство срочности начать претворять свои планы в жизнь… чувство, которое только усилилось после ее встречи в кабинете Дарриуса.
В то время как одна ее часть сомневалась, должна ли она пропустить учебу и покинуть академию, чтобы немедленно начать предупреждать другие расы Медоры, Алекс не могла забыть настойчивость Леди Тайн, в том, чтобы она осталась и продолжила учебу.
— Я не могу достаточно подчеркнуть важность этого, Александра, — вот что сказала древняя Тиа Ауранс.
Итак, несмотря на здравый смысл Алекс — и на заверения ее учителей, что мир, скорее всего, не рухнет, если она подождет до выходных, прежде чем покинуть академию, — Алекс неохотно продолжала посещать занятия.
Для нее стало странным ходить дни напролет в качестве обычной ученицы, ведя себя так, как будто ее самой большой заботой было вовремя закончить
