действительно, куда упадет.
— Последний шанс, Александра.
Озадаченно глядя на фигуру в плаще, Алекс решила подшутить над ним и села на пол, скрестив ноги. В тот момент, когда ее зад коснулся пола, все в комнате изменилось.
Внезапно она оказалась посреди ночного неба, так близко, что могла почти коснуться звезд, и сидела на круглой платформе шириной в метр, парящей в воздухе.
Адреналин пронзил организм Алекс подобно удару молнии, и она забилась как можно дальше в центр своего ограниченного пространства, плотно обхватив себя руками.
— Что за черт? — взвизгнула девушка, сердце бешено колотилось. Затем она снова закричала, когда человек в плаще появился перед ней, стоя на пустом месте, в воздухе, его очертания купались в лунном свете.
— Твоя задача — добраться до дверного проема, не упав, — сказал он.
Голос Алекс был пронзительным, когда она спросила:
— Какого дверного проема?
Как только она произнесла эти слова, материализовалась открытая дверь. Она находилась достаточно близко, в поле зрения, и можно было увидеть, что дверь ведет прямо обратно в подземную пещеру, но в то же время достаточно далеко, у нее не было никаких шансов добраться до него, не отрастив крылья.
— Упади, и ты потерпишь неудачу, — повторил мужчина.
Алекс знала — или, по крайней мере, предполагала, — что она все еще в Библиотеке, и, испытав подобный экстремальный опыт высоты после падения из личного кабинета Дарриуса над облаками, она, по крайней мере, смогла успокоиться, зная, что если она и упадет, Библиотека не позволит, чтобы ей было больно.
Или она на это надеялась.
Но…
— Что это будет означать, если я потерплю неудачу?
— Помимо очевидного? — спросил мужчина, указывая рукой в перчатке на пустое пространство под ними. — Ты больше не будешь моей ученицей.
Алекс крепко зажмурилась, а когда снова открыла глаза, фигура исчезла.
— Предполагаю, что я не могу «позвонить другу» сейчас, — пробормотала она, глубоко и ровно дыша, чтобы успокоить учащенный пульс.
Довольно скоро Алекс поняла, что это, должно быть, какая-то иллюзия. Она никогда не покидала белую комнату… она буквально сидела на полу, когда ее декорации изменились.
Уверенная в своей правоте, что задача была довольно простой — хотя и экстремальной — проверкой веры, Алекс наклонилась вперед и опустила руку за край своей платформы.
Ничего. Там не было ничего, кроме пустоты.
Нахмурившись, Алекс протянула руку дальше, зная, что где-то должна быть твердая поверхность, по которой она могла бы подойти к двери. Но как бы далеко она ни забиралась, все, что она встречала, — это воздух.
Как только Алекс взяла дрожь под контроль и сосредоточила свое внимание на самой проблеме, она поверила в силу своего собственного тела и очень осторожно свесилась с края платформы. Размахивая руками под собой, она была уверена, что найдет объяснение тому, что удерживало ее в воздухе — и средство для собственного спасения, — но после того, как она почти полностью свесилась с края с четырех разных сторон круга, она не нашла никаких доказательств того, что что-то поддерживало платформу. Платформа просто… парила в космосе.
Снова вернувшись в центр, Алекс потерла лоб.
«Думай, думай, думай», — повторяла она про себя, глядя на открытую дверь.
Но как бы она ни старалась, в голову ничего не приходило. У нее при себе не было ничего, что могло бы помочь, кроме Кольца Тени, но она предположила, что это будет считаться мошенничеством, и оно может даже не сработать в Библиотеке. Аэнара бесполезен в этой ситуации, и у нее не было достаточно одежды из гардероба, чтобы соорудить веревку необходимой длины.
По ее мнению, у нее совершенно не было средств добраться до двери.
После последней отчаянной попытки открыть новый дверной проем, которая, что неудивительно, не дала никаких результатов, Алекс сделала выпад в темноту и крикнула:
— Эй, Библиотека, есть шанс, что ты хочешь мне помочь?
Тишина. И затем…
— Какую помощь ты бы хотела, Александра?
Удивленная, но довольная тем, что Библиотека ответила, она сказала:
— Как насчет подсказки? — «Или, знаешь, мост тоже был бы хорош», мысленно добавила она.
— У тебя внутри есть все, что нужно для выполнения задачи, — сказала Библиотека.
Алекс покачала головой.
— Я не знаю. И я не просто так это говорю. Если не смогу понять, как магически искривлять расстояние и пространство, у меня не будет возможности добраться до дверного проема.
Пауза.
— Я ничего не говорила о дверном проеме.
Сбитая с толку, Алекс попросила разъяснений, но Библиотека не ответила. Девушка попросила совета, и Библиотека дала ответ, но теперь она была сбита с толку еще больше, чем когда-либо.
Все, что Алекс знала, это то, что она не могла потерпеть неудачу. Она должна была оставаться ученицей мистера Таинственного Человека, так же как и верить, что это нелепое задание каким-то образом поможет укрепить ее дар… по крайней мере, в долгосрочной перспективе.
Осторожно поднявшись на ноги, Алекс взвесила варианты. Когда это заняло у нее всего две секунды, она снова взвесила их.
По-прежнему ничего.
Вздохнув, она снова села и стала ждать вдохновения.
Минуты превратились в часы, пока она сидела там, пытаясь придумать план. Когда Алекс прикинула, что было бы уже за полночь, если бы время во внешнем мире не остановилось, она больше не могла сопротивляться сну. Поэтому, осторожно свернувшись калачиком на своей платформе, она положила голову на руки и закрыла глаза, надеясь, что, когда проснется, то вернется в свое общежитие, и эта невыполнимая задача будет всего лишь странным сном.
Глава 12
Капля жидкости попала Алекс на щеку. Еще одна попала ей на веко. За очередным всплеском последовал грохот, достаточный, чтобы разбудить ее, но только для того, чтобы обнаружить, что ее положение не улучшилось… оно ухудшилось.
Все еще была ночь. Она все еще была посреди неба. Но грозовые дождевые тучи теперь закрывали звезды, а вспышки молний освещали темную пустоту, окружающую Алекс.
— О, да ладно! — воскликнула она, не уверенная, направила ли она свой гнев на Библиотеку или на мистера Таинственного Человека.
Когда она осторожно поднялась на узкой платформе, дождь начал лить не на шутку, хлеща по ней жалящими волнами и исчезая в облаках, скопившихся под ней.
— Это невозможно! — закричала она в грозовое небо. — Я не знаю, что делать! — Она опустила голову и посмотрела себе под ноги, повторяя сдавленным шепотом: — Я не знаю, что делать.
У нее не было никакой возможности добраться до двери. Независимо от того, с какой стороны она смотрела на это, она не могла найти решения; она не могла понять, как не
