он сразу, без лишних предисловий.
Ему надо было домой. Жена могла приехать в перерыв. Обычно она обедала в столовой при теплице, где работала старшим экономистом. Но зная, что он дома, спит после смены, могла и приехать. И забраться к нему под одеяло. Так бывало.
– О чем вы говорили с моей сестрой?
Он помолчал, соображая. И все же не стал откровенничать сразу. Задал наводящий вопрос:
– Когда?
– В ночь, когда в Затопье приехал Станислав Кулаков, – вздохнула сестра Ишутиной и, чтобы избежать дальнейшего непонимания, начала уточнять все сразу: – Вы досмотрели его машину, хотя и не имели на это права. Пропустили его. А потом сразу позвонили моей сестре. Не надо делать такие глаза, Сергей. Я знаю, чей тот номер телефона, на который вы позвонили, якобы потому что ошиблись.
– А чей это номер? То есть чья сим-карта? Николаев не узнал?
– Он узнал, но это ему не помогло, – нехотя пояснила она. – Этот номер прежде принадлежал одному из знакомых Тони. Он сказал, что потерял телефон. Давно потерял. Но мы же с вами знаем, что это не так, Сергей. Он подарил телефон Антонине. И она общалась с него с тем, кого считала своими приближенными.
– И с вами тоже?
– Нет. Я не знала о существовании у нее этого номера.
– А Николаев…
– Он тоже не знает. Да теперь и не узнает, наверное. Если только Тоня не общалась с него с кем-то еще, кто захочет помочь следствию.
Сергей помрачнел. Этого еще не хватало! И тут же вспомнил, как Антонина Ивановна однажды при нем сказала, что этого номера ни у кого нет. Только у Сергея и еще у пары человек. Самых верных и преданных ей.
– Итак, возвращаюсь к основному вопросу, Сергей…
Она смотрела строго, было понятно, что без ответа не уедет. И, если понадобится, настучит на него майору Николаеву.
– Почему вы позвонили Тоне почти сразу, как проехал Кулаков?
– Она просила сообщать ей обо всех экстренных случаях. Если что-то произойдет во время дежурства, сразу звонить ей. В любое время суток.
– И вы позвонили ей, чтобы сообщить, что в поселок вернулся Станислав Кулаков с полными сумками наличности?
– Да. Позвонил и сообщил. И кстати…
Сергей осторожно глянул в просвет между машинами. Дорога была чистой. Возле крайних домов никого не было видно.
– Мы Кулакова не досматривали, София Николаевна. Он вел себя как-то странно. Мой напарник даже предположил, что Кулаков под дозой. Начал нести какую-то пургу, что скоро жизнь в Затопье станет другой. Все поменяется. И хозяева тоже. Иван спросил у него: ты, что ли, хозяином станешь? А он ответил: допустим. Я, говорит, выкуплю все долги вашей толстухи Тоньки. Иван спрашивает: а бабла-то хватит? Антонина тетка крутая и так далее. И типа, что-то мы не слышали, чтобы у Тони были долги. А он говорит: у каждого бизнеса есть долги. А потом подзывает нас к багажнику, открывает его, а там две дорожные сумки. Кожаные такие, добротные, видно, что дорогие. Он их открывает, а там деньги. Иван тогда: что, говорит, из магазина приколов прихватил? Постебаться? Ну, Кулаков заржал и говорит: типа того. Мы его пропустили. Свой все-таки. Из Затопья. В дом свой ехал. Иван сразу кофе пошел в будку пить, а я Антонине позвонил. Все рассказал про Кулакова. Но он точно под чем-то был. Странно вел себя. Зачем деньги светить? Выделывался без меры.
– Как отреагировала Тоня? – перебила его София.
– Она…
– Точно все вспомни. Любая деталь важна, – предостерегла она его. – Вы говорили с ней почти четыре минуты. Это немало, Сергей. Ты поделился с ней информацией. Она к тому моменту уже спала. Она всегда рано ложилась, потому что засветло вставала. Ты вот ей все рассказал, и что было дальше? Только не придумывай ничего лишнего.
– А зачем мне придумывать?
Он вытащил телефон из кармана спортивных штанов. Пришло сообщение от жены. Спрашивала, где он. Обычные дела. Он не стал отвечать. Из дома позвонит.
– Она отреагировала так же, как Иван. Типа, что Кулаков обдолбался и магазин приколов скупил. Но потом позевала и попросила описать сумки.
– Описал? Ты их запомнил?
– Конечно! Сумки знатные. Я больше на них смотрел, чем на эту бумагу.
– Деньги имеешь в виду?
– Да. Я тоже не особо поверил в их подлинность. Ненастоящими они какими-то выглядели.
– Сумки описал Тоне?
– В точности до кожаных шнурков на ручках.
– Узнал бы их?
– Конечно, узнал бы. Там фирма с таким смешным названием про балду что-то.
– Ясно, – закивала Соня, поняв, что он имеет в виду. – И что Тоня?
– Ничего. Зевнула и пожелала мне спокойной смены. И отключилась.
– Ты вернулся после разговора с ней, а что Мокров?
– Ничего. Кофе пил. И в телефоне залипал. Потом тоже вышел, Уткину звонил. Так он сказал мне и майору.
– Они часто общались?
– Не знаю. Не обращал внимания. Но Уткин к нему пару раз при мне в будку заглядывал.
– Зачем?
– Так, потрещать. Поздороваться.
Сергей задумался, вдруг кое-что вспомнив. И решил все рассказать, хватит с него уже чужих тайн.
– Знаете, София Николаевна, мне кажется, их связывают какие-то дела.
– Какие дела? Криминальные?
– Этого не могу знать. Но Уткин иногда передавал ему какие-то конверты. Может, Иван где-то подрабатывал? Мы же по сменам. Времени свободного много.
– Часто конверты передавал?
– При мне пару раз. Без меня – не могу знать.
– А после пожара у Кулаковых никакой передачи не было?
– Нет. Нас почти сразу закрыли на семьдесят два часа, – криво ухмыльнулся Ломов. – Тут уж не до конвертов.
– Ясно. Спасибо.
Соня протянула ему изящную ладошку. Он ее осторожно пожал. Взялся за ручку водительской двери. Ему страшно захотелось домой, в кровать. И чтобы жена приехала на обед и залезла к нему под одеяло.
– Есть еще кое-что. Еще минута буквально. – Соня принялась что-то искать в своем телефоне. Потом поднесла к нему поближе. – Если вам вдруг попадется на глаза темный старый внедорожник с такой резиной, дайте мне знать, Сергей. Хорошо?
– Хорошо.
Он почти не взглянул. Устал помогать полиции.
– Я вам перешлю фото на телефон. Вдруг увидите.
Вот прилипчивая, а! Жена уже второе сообщение прислала с тем же вопросом. Он ответил кратко: «Скоро буду дома».
– На этой машине, предположительно, убили нашу сотрудницу.
– В смысле убили? – Он уже сел за руль, но двери еще не закрыл.
– Она ехала из Москвы в Затопье в дождь, и внедорожник вылетел на скорости с лесной дороги… Знаете, там объезд трассы есть по грунтовке?
– Знаю. Ее все знают – дорогу эту. Так
