А затем Марта стала получать газеты. Они были единственной её связью с внешним миром. Единственным лучиком света в кромешной темноте. Из них она узнала, что за те дни, которые она провела взаперти, очаги новоявленной болезни, названной, с лёгкой руки автора статьи «Чёрной Оспой», вспыхнули по всему континенту. Больных находили в городах, — как летающих, так и тех, что всё ещё ютились на земле, — в деревушках в глубокой чаще, в портовых поселениях густонаселённого западного и пустынного восточного побережья, и даже на далёких берегах южного моря, там, где кончается земля…
В срочном порядке была закрыта северная граница; перемещения между регионами запретили. Но все эти меры запоздали. Кашаль слышался уже отовсюду. Казалось, кто-то намерено рассыпал семена заразы таким образом, чтобы оспа в один момент захватила всё государство…
Довольно скоро Марту отпустили. Почему? Потому что она не могла быть заразной, потому что болезнь, как оказалась, затрагивала только одну определённую часть… А вернее даже сказать половину человеческой расы.
Она распространялась только на мужчин…
Глава 44. Письмо
Болезнь распространялась только на мужчин; впрочем, в этом не было ничего странного; заразы бывают довольно избирательны, и Чёрная оспа оказалась половым заболеванием. Более того — это было даже "хорошо". Бороться с чумой намного проще, если половина населения обладает иммунитетом. Постепенно, люди стали обустраивать инфраструктуру, чтобы следить за больными; мужчины ложились на койки — их работу забирали женщины.
И снова следует отметить некоторые особенности человеческого общества; в нём не было прописной иерархии, и тем не менее некоторые по праву рождения находились немного выше, чем остальные. Наибольшим почётом пользовались, разумеется, ведьмы; ведьма в семье была гордостью для своих родителей. Если девочка сдавала сложнейший экзамен и получала приглашение в местную или региональную Академию, на праздник собиралась вся деревня. Ребёнка носили на руках. Соседи приносили щедрые подарки, стараясь запомниться и остаться у неё на хорошем счету.
Второе место занимали мужчины. На это была простая причина: они не могли стать ведьмами. За неимением такой возможности, все талантливые и трудолюбивые мальчики брали управленческие и прочие высокие должности. Простые женщины, в свою очередь, почти поголовно были домохозяйками.
Они не могли быстро освоиться и взять на себя работу, которая требовала серьёзной квалификации или развитых физических способностей. Что же делать? Выход был только один…
«Решением Великого Совета все ведьмы, которые проходят обучение в заведениях высшего волшебного образования, начиная с первого года обучения временно освобождаются от занятий и будут направлены на поддержание критической инфраструктуры на неопределённый срок…»
В тот же день, в который объявили это решение, были составлены и вывешены, прямо на воротах всевозможных Академий, списки. Перед ними столпились тысячи девушек. Поднимаясь на носочки, они пытались рассмотреть, куда распределил их жребий.
На протяжении следующей недели они стали разлетаться на воздушных шарах и дирижаблях по всему континенту; некоторые отправились заниматься посевами; другие — чинить корабли, вести морскую торговлю, воевать с эльфийскими пиратами или просто следить за порядком в одной конкретно взятой деревушке.
В некотором смысле мечта Благословенной Адель осуществилась. Ведьмы спустились с небес на землю; они больше не занимались абстрактными исследованиями, но работали на благо всего человеческого народа. Воистину, трагедия может проявить как худшее, так и лучшее в человеке
Марта и Лука получили направление в один из госпиталей, которые построили на северной границе. Сразу по прибытию девушек нарядили в белые наряды и отправили варить отвары и ухаживать за больными.
Марту захватил трепет, когда она увидела условия, в которых они проживали. В огромных, сделанных на скорую руку бараках разместились тысячи коек, на которых лежали терзаемые болью мужчины, покрытые чёрной сыпью…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Чёрная оспа была поистине страшным заболеванием. Страшным в ней было главным образом то, что она вызывала онемение по всему телу. У некоторых немели руки, у других ноги, а у третьих отказывало сердце… Смертность была небольшой, около десяти процентов, — впрочем, учитывая масштабы заражения, это были сотни тысяч трупов, — сотни тысяч горящих мешков — и, обыкновенно, она убивала только уже больных людей и стариков — однако всех остальных зараза делала недееспособными.
Поэтому так важно было скорее найти лекарство.
А его искали, искали со рвением. Самые способные ведьмы день и ночь сидели в застенках опустевших академий и пытались вывести вакцину. Глаза их были красными, волосы растрёпанными. Даже когда они ложились спать, их губы продолжали шептать названия всевозможных формул и трав… Время от времени публиковались результаты промежуточных исследований и опытов. Таким образом Верховный совет хотел взбодрить населения и сказать, что ещё чуть-чуть и всё закончится. Марта это понимала, — она была довольно умной, — и тем не менее каждый раз, когда девушка возвращалась в свою палатку после тяжёлого рабочего дня, с руками, запачканными кровью после операции, — она оживляла застывшее сердце, — девушка с жадностью читала все эти газеты. Они давали ей самое главное — надежду. То единственное, ради чего стоить жить на белом свете…
Спать Марта могла немного, всего пару часов в сутки. Лука, с которой она делила палатку, приходила раньше, — у неё была другая смена, — и обычно уже дремала. Поэтому Марта старалась вести себя как можно тише.
Вот она медленно положила газету на деревянный столик и уже собиралась раздеваться, как вдруг девушка заметила конверт на своём сундучке. Это было письмо. От родителей? Нет. Конверт был необычным — мягким на ощупь и дорогим.
Девушка осторожно его открыла, хрустнув печатью, и стала читать. Не прошло и минуты, как у неё округлились глаза:
«Если вы читаете это письмо, значит я, Максвелл, сын Кельвина, уже мёртв…
Я пишу именно вам, потому что у меня нет выбора; не осталось больше тех, кто был бы достоин моего доверия. Я помню волнение ваших глаз, когда меня скрутил первый приступ чёрного недуга. Вы и только вы, владелица кристальной души, достойна узнать всю правду… Я пишу и прошу прощения, ибо собираюсь раскрывать вам страшную тайну…
Я знаю, это она её убила. Раньше я сомневался, — теперь я уверен. Я знаю её план, я знаю, что она задумала — чистое безумие. Её нужно остановить… Любой ценой. Иначе не будет больше человека на земле.
Моя мысль опережает моё перо… Нужно вздохнуть, сосредоточиться… Я не знаю, сколько вы знаете, но предположу, что ничего… Тогда начнём с самого начала.
Последние семь лет мы, я и Адель, вместе пытались раскрыть её заговор. Мы обнаружили леденящий душу секрет: женщина, которая называет себя «Лукрецией», на самом деле не та, за кого себя выдаёт…»
Глава 45. Мрак
…Она не та, за кого себя выдаёт…
Согласно официальным записям, Лукреция, ученица Акации Мудрой, была родом из простой крестьянской семьи из деревни Телль, что в предместье Литургия южного региона. Её корни уходят в глубокую древность; с раннего детства она была сиротой.
На первый взгляд , в этом нет ничего необычного; тем не менее, Адель сразу заметила неладное. Она попросила меня навестить так называемую деревню Телль. Я обещал исполнить её просьбу, но почти сразу передо мной встала неразрешимая задача. Ни на одной из карт, которые мне удалось отыскать, я не смог найти это место…
Южный регион всегда был захолустным; в его дремучих чащах до сих пор живут племена древнейших людей, которые не знали эльфийского рабства. Время от времени путники, которые прохаживаются среди этих лесов, натыкаются на заброшенные поселения — отголоски родоначальников нашей цивилизации… Я допускаю, что Лукреция могла быть родом из такого племени, которое не успели пометить на карте, и которое с тех пор распалось и стало частью иного поселения… Так же я допускаю, что тогдашние бюрократы, по ошибке, записали её племя как деревню…
