На западе Хейм увидел горы, переходившие в красновато-коричневую равнину Тревожных Земель.
— Не думаю, чтобы это привело к развитию, намного превосходящему стадию первобытной дикости, — заметил Брэгдон.
— На Сторне все же удалось на время достичь такого развития. Не знаю, каким образом. И вообще, знает ли кто доподлинно эволюционные законы хотя бы нашей собственной человеческой цивилизации? Возможно, сторнам помогло то, что у них есть крылья и они более подвижны, чем мы. Со временем у них возникла общепланетная индустрия, они распались на отдельные федерации, изобрели научную методику и пошли экспонентной кривой открытий вверх, вплоть до ядерных двигателей.
— Я думаю, — прохрюкал Утхг-а-к, тхакв, — эти нации были построены на захватнических войнах и рабстве. Это неестественно, и отсюда их нестабильность.
Хейм удивленно взглянул на его физиономию со свисающими щупальцами и продолжал:
— Возможно. Сейчас имеется один стабилизирующий фактор. Мужские особи у сторнов гораздо темпераментнее мужчин-землян в течение периода половой активности, но по достижении «пожилого» возраста они претерпевают большие эндокринные изменения, чем мы. Во всех других отношениях они остаются по-прежнему сильными, однако теряют как половой инстинкт, так и воинственность и предпочитают тихо, спокойно жить дома. Мне кажется, это и послужило механизмом выживания, поскольку женские особи и детеныши, находясь в Гнезде, имели охрану в лице «пожилых» самцов, в то время как молодые охотились и воевали. В плане влияния на цивилизацию можно предположить, что этот фактор позволил ей в некотором смысле созреть. Старших принято уважать и прислушиваться к их мнению, принимая во внимание их жизненный опыт. Тем не менее промышленное общество разлетелось на куски во время ядерной войны. Накопленные знания и даже большая часть материальных ценностей не были утрачены, однако организация — увы! Сторны повсеместно вернулись назад, к баронским Гнездам. Сочетая одновременно производство на основе автоматизации и возрождение так называемых «больших охотничьих игр», каждое сообщество находилось чертовски близко к полной независимости. Уже никто не желает больше никаких замысловатых социальных структур. Настоящая жизнь устраивает их как нельзя лучше.
— А как насчет Ложи? — спросила Джоселин.
— О да, через некоторое время возникла необходимость в избрании какой-то центральной группы с тем, чтобы она могла решать спорные дела между Гнездами, осуществлять контакты с иными мирами. Ложа образовалась как… я думаю, как квазирелигиозная организация, хотя я ни черта не смыслю в символизме. Ее лидерами являются старые самцы. Наиболее активная работа поручается тем, кого мы могли бы назвать новообращенными и служками, с младшими помощниками и тому подобными, кто нанимается туда в поисках приключений и наложниц, в надежде быть когда-нибудь допущенными к полному посвящению. Такой механизм работает безотказно.
— Б человеческом обществе он бы не сработал, — заметил Вадаж.
— Да, — кивнул Кумандис, — но эти ребята — не люди.
— Вот, пожалуй, и все, что мне известно, — подытожил Хейм. — Я уверен, что не сообщил ничего такого, что нельзя было бы найти в книгах и журналах.
Он снова выглянул наружу. Внизу быстро скользила прерия, слышался легкий свист, чувствовалась вибрация флайера. На фоне однообразной растительности мелькнуло и пропало из виду стадо несущихся животных. На востоке постепенно таяли последние различимые горные вершины. В течение довольно долгого времени все молчали. Позже Хейм поразился, осознав, как долго все сидели, погрузившись в свои мысли, пока Брэгдон не нарушил тишину:
— Кажется, я не понимаю одного. Вполне очевидно, что каждое Гнездо содержит ядерный арсенал и оборудование для военного производства. С какой целью?
— Чтобы сражаться, — ответил Кумандис. — Иногда Ложа не может разрешить к обоюдному согласию тот или иной спорный вопрос, например относительно территории, и тогда — ого-го! Дым коромыслом, как говорится. Да мы, вероятно, еще увидим несколько кратеров.
— Но… Нет, вот такое безумие и сокрушило их цивилизацию.
— Предыдущую фазу их цивилизации, вы хотите сказать, — уточнил Хейм. — Гнездо обычно находится под землей, и даже здания, расположенные на поверхности, почти невозможно взорвать. Радиация влияет на сторнов неизмеримо меньше, чем на людей, поскольку они в повседневной жизни получают немалые дозы, а против чрезмерных у них имеются медицинские средства, как и у нас. Что же касается зажигательных бомб и тому подобного оружия, в водородной атмосфере оно бесполезно. Фактически до изобретения атомной энергии единственным способом расплавить металл было использование кратера вулкана — а вулканов на этой огромной планете с горячим ядром более чем достаточно.
— Значит, у них нет никаких ограничений, — пробормотала Джоселин, — в том числе даже на продажу оружия иножителям, чтобы те с его помощью убивали других.
— Что-то мы слишком часто стали касаться этой темы, чтоб она пропала! — проворчал Кумандис.
— Полегче, Грег, — сказал Хейм: лицо Джоселин выглядело таким несчастным.
Кумандис поерзал в кресле, выглянул в иллюминатор и вдруг застыл.
— Эй! — воскликнул он.
— Б чем дело? — спросил Брэгдон.
— Как по-вашему, куда мы летим?
— К Аэри Требогиру, куда же еще?
Грек привстал и ткнул указательным пальцем в иллюминатор. Над горизонтом, подобно привидению, плавал белый конус. Равнина скатывалась под уклон в направлении ослепительно сверкающей белой нити, извивающейся в долине, по которой бежали тени облаков.
— Что за черт! — взорвался Кумандис. — Ведь это же река Морх. Наверняка она. Карту знаю только я один! Там, где живет Требогир, в упор не видно никаких снежных пиков. Должно быть, мы находимся над нагорьем Кимрет, то есть в добрых пяти сотнях километров от того места, где должны быть!
На лбу Брэгдона выступил пот.
— Я действительно задал автопилоту кружной курс, чтобы лучше познакомиться с окрестностями, — признался он.
— И не поставили нас в известность? — Кумандис рванулся с кресла, забыв о пристегнутых ремнях.
— И как я, дурак, раньше не заметил, что солнце находится не с той стороны? Убирайся от штурманского пульта! Я беру управление на себя!
Хейм перевел взгляд на Джоселин. Ее кулаки были сжаты, она дышала тяжело и прерывисто.
Брэгдон сунул руку в походную сумку, стоящую рядом с его сиденьем. Когда он выпрямился, Хейм увидел направленное на Кумандиса дуло лазерного пистолета.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
