Изабель на пол и накрыл ее походным одеялом. — Хантер, почему так темно?
Не отрывая глаз от показаний приборов, Блейк досадливо дернул плечом.
— Плазма, будь она неладна! Мы потеряли кое-какую электронику и остались без смотрового стекла, но это пустяки. Главное, все получилось!
В обшивке салона вспыхнули крохотные световые точки, которые не столько рассеивали мрак, сколько обозначали внутренние габариты глайдера, и Кэйд принялся наощупь искать у спасенной женщины признаки жизни. Неужели он опоздал, и она успела захлебнуться? Слава Богам, сердце пленницы продолжало биться, правда, очень слабо и неровно.
Эльф достал из поясной сумки маленький флакон с розоватой жидкостью и попытался влить несколько капель ей в рот. Безжалостные тюремщики накачали Изабель Лангвад такой большой дозой снотворного, что она оставалась абсолютно безучастной к любым манипуляциям. Не добившись заметного результата, Кэйд на время оставил свои попытки и решил заглянуть в пилотский кокпит. Кабина была погружена в густой сумрак, лишь слабо светились беспрерывно мигающие и дергающиеся изображения на внутренней поверхности поврежденного стекла.
— Плохо дело?
— Ерунда, — небрежно отмахнулся Хантер, — обычный полет вслепую, — глядя на пилота, управлявшего глайдером по какой-то мутноватой картинке, эльф невольно вспомнил, как уверенно капитан Хартли водил автомобиль в кромешной тьме, никогда не теряя чувства дороги. Кэйд скучал по другу гораздо сильнее, чем готов был себе признаться, ему остро не хватало рядом Джастина… — Мы не заблудимся, не переживай, просто прибудем на место чуть позже намеченного времени, — Блейк в очередной раз сменил курс и в тревоге бросил взгляд на мрачное лицо напарника. — Как там мадам Лангвад?
— Жива, но еле-еле. Провозись я чуть дольше, она бы утонула.
— Знаешь, сколько длилась вся операция? Меньше пяти минут. Лично я не знаю никого, кто за такое время смог бы уложить восьмерых и вытащить женщину из тонущей машины. К слову сказать, с двумя тяжелыми ранениями.
Кэйд нащупал прожженные отверстия в кольчуге и только сейчас почувствовал, как их спекшиеся края царапают свежие раны.
— Каждый из нас делает свою работу, Хантер: я убиваю плохих парней, ты водишь летающие корабли.
Пилот только хмыкнул в ответ, снова сменил курс и направил поврежденную машину к намеченной цели.
Место для посадки Хантер выбрал не случайно. Это была огромная свалка отслужившей свой век техники, возле которой они намеревались бросить использованный глайдер. Теперь это место пришлось поврежденной машине как нельзя кстати. Едва ее днище коснулось земли, из-за груды ржавых холодильных агрегатов выехал неприметный фургончик, круто развернулся и ловко подкатил прямо к распахнувшейся двери.
Через несколько минут он покинул территорию свалки и направился в сторону города. В кабине сидели адвокат Холдер и пилот Хантер в ядовито-зеленых рабочих комбинезонах, в кузове фургона покоился бывший в употреблении холодильник, а за фальшивой перегородкой сидел согнувшийся в три погибели Кэйд, который крепко прижимал к себе завернутую в одеяло пленницу.
Отметившись на въезде в город в полицейском контроле, фургон принялся петлять по мрачным замусоренным улицам Форка и, наконец, остановился возле инсулы под названием «Датура». На нижних этажах городских зданий почти все окна были наглухо закрыты прочными пластиковыми щитами, а их обитатели никогда не видели дневного света и не вдыхали свежего воздуха. Как только сидевший на месте водителя Николас заглушил двигатель, входная дверь бесшумно распахнулась, и к ним быстро спустились майор с архивариусом. Наблюдая, как четко и слаженно работают его наниматели, Хантер подумал, что о такой команде можно только мечтать.
Временное убежище для мадам Лангвад находилось на десятом этаже здания. Это была бывшая квартира Делии Холдер, которую Николас при первой же возможности выкупил у новых владельцев. Дом его детства мало изменился за прошедшие годы. Три крохотные комнаты и кухня были обставлены все той же дешевой пластиковой мебелью, только теперь в стену был встроен кухонный процессор последнего поколения, появились сложная система сигнализации и запасной выход.
Из самой дальней спальни потайная дверь вела в соседнюю квартиру, в которой был оборудован специальный медицинский бокс. Мадам Лангвад уложили на выдвижной стол и освободили от одеяла. Пока Николас колдовал над пультом сложной машины, архивариус осторожно снял с Кэйда поврежденный доспех. Одно ранение в плечо оказалось сквозным, а второе проникающим. Глядя на прожженные раскаленным лучом отверстия в теле эльфа, Юджин тихо выругался.
— Легкое задето.
— Я знаю, — эльф подвигал рукой, потом сделал глубокий вдох. — Раны чистые, пулю извлекать не нужно, заживет за пару дней.
С этим обнадеживающим заявлением он отправился изучать свое новое жилище.
Глава 2
Николас заглянул в покои Анны, чтобы поздороваться, и застал ее безмятежно спящей. «Невесте» Себастьяна отвели самый просторный и роскошно обставленный атриум в доме, но нежной красавице, прикорнувшей на самом краешке огромной кровати, он совершенно не подходил. Слишком нарочитый, слишком холодный, слишком пустой. Ник откинул прозрачную драпировку и опустился на колени, чтобы оказаться как можно ближе к возлюбленной, вдохнуть божественный аромат ее кожи и волос.
Николас смертельно истосковался по ней. Ему хотелось запустить пальцы в массу темных локонов, смять поцелуем губы, ощутить ее ответный голод… Не доверяя своей выдержке, он поспешил отстраниться. На ум невольно пришли слова Фиарэйна о том, что рядом с женщиной из семьи Корвел может стоять только Избранный. Ник не чувствовал в себе никаких выдающихся задатков, зато обладал качеством, которое и стало залогом его успеха. Если Судьба предоставляла шанс, он никогда его не упускал и не тратил времени на сомнения.
Помолвка Анны и Себастьяна была задумана только как прикрытие, но так считали не все. Лангвад по-настоящему любил молодую волшебницу и явно намеревался довести дело до свадьбы, а Николасу предстояло сообщить кузену не только об их родстве, но и о своей женитьбе. Трудно было представить худшее начало родственных взаимоотношений.
Себастьян стоял в общей гостиной и просматривал объемную проекцию аварии близ космопорта. Момент столкновения яхты и космического буксира был зафиксирован многочисленными устройствами и оказался в свободном доступе. Ник с содроганием наблюдал, как от огромного огненного шара во все стороны разлетаются пылающие обломки, как отделяется спасательная капсула с пилотами, и начинают поспешно разворачиваться корабли, оказавшиеся в непосредственной близости от места катастрофы. С первого взгляда было совершенно очевидно, что пилот буксира намеренно протаранил небольшое пассажирское судно, но когда Себастьян запустил запись с самого начала в десятый раз, Николас не выдержал.
— Баст, честное слово, так и свихнуться недолго. Ты все равно не сможешь засечь след от вашего перемещения, потому что это происходит со скоростью света.
Лангвад отбросил проектор в сторону и в гневе обернулся.
— А тебе-то что за
