class="p1">— Доставай. И телефон. — Игорь подчинился. — А теперь руки.
— Ч-чего?
— Руки вперёд! — рявкнул Виктор, достал из кармана куртки скотч и за полминуты намотал наручники Игорю. — Ноги! — он повторил все тоже самое на щиколотках, а затем, подцепив Игоря за шиворот, вытащил его из загона Маньки и поволок куда-то вглубь курятника, бросив мне на ходу: “Дои козу”.
И я, собравшись, приступила к своим вечерним обязанностям.
— Он тебе врёт, — прилетело мне в затылок от Виктора, когда я уже закончила, прикрыла ведро с молоком и сложила корзинку, чтобы возвращаться в дом.
— В чем? — озадаченно повернулась я.
— Про мужа.
— Что? — сердце ушло в пятки.
Глава 41
Виктор
Мне хватило меньше десяти минут, чтобы понять, что чёртов Игорь не обычный посредник при передаче долга Иры. Он так юлил и уходил от ответов, что под конец у меня жёстко зачесались кулаки. Но подставлять Ирку не хотелось. Пришлось действовать цивилизованно.
Я примотал незваного гостя к металлическому столбу, намертво забетонированному в пол.
В дополнение к ключам и телефону забрал его паспорт. Из-за паспорта он начал бычиться, но вовремя сообразил, что делать это в его положении — дохлый номер, и заткнулся.
А я пошел поделиться с Ирой своими соображениями и выяснить, наконец-то, точную причину возникновения её долбанного долга.
— Когда я задал ему вопросы про твоего мужа, он начал извиваться, как уж на сковородке. Даже на самых простых.
Ира опустила встревоженные глаза в пол.
— У него есть на это причины. Григорий подставил его точно так же как и меня.
— А смысл ему тогда так вилять?
— Не знаю. Боится тебя?
— Ха. Это правильно, пусть боится. Сейчас поговорим и поедем в полицейский участок. Напишешь заявление.
Ира уставилась на меня широко распахнутыми глазами.
— А ты хочешь спустить ему с рук эту выходку? — Внутри полыхнуло негодование, но внешне я лишь вопросительно приподнял бровь.
— Я… — растерянно начала она, но я продолжил.
— Я уеду. Ты останешься одна. Тебе нужно встретиться с ним два раза. Уверена, что он не полезет на тебя опять? Да ему вообще-то и не нужно приглашение. Он же сегодня припёрся сюда вне вашей договоренности! — меня несло, и последние слова я произнес с такой злобой, что Ирка не нашла ничего лучше, как пустить слезу. — Ну чего ты? Не плач. Молоко скиснет, что будешь делать? — решил подбодрить ее я, но на самом-то деле хотелось совсем другого: забрать ее отсюда нафиг, успокоить, пообещать, что ни одна тварь в мире больше не прикоснется к ней, а потом прикоснуться самому, но так, чтобы сама умоляла меня не останавливаться, горела подо мной, просила ещё и ещё, а я давал и…
В штанах стало тесно и в тот же миг реальность саданула меня наотмашь — жена… У меня есть жена…
Я резко дёрнул ведро с молоком со скамьи, чуть его не опрокинув.
— Пошли в дом. Расскажешь мне всё. Посмотрим, что можно сделать.
— А он? — Ира кивнула в сторону нашего “пленника”.
— Пока посидит здесь. Поищет разницу между собой и животными. Пойдем.
— Спасибо… Виктор.
Я скрипнул зубами. Дурацкий Виктор бесил не меньше “жены”. Пантелей неожиданно зазвучал благозвучнее и… роднее.
Мы вернулись в дом. Дети все ещё тупили в планшет. Ира попыталась прикрыться режимом, но я перехватил ее и затащил в кухню:
— Рассказывай всё. Только от тебя сейчас зависит, насколько слетит их график сна.
Ей плохо удавалось скрывать эмоции, и я не питал иллюзий. Она с большим удовольствием послала бы меня, но обстоятельства складывались не в её пользу.
— Что ты хочешь знать?
— За что конкретно ты выплачиваешь долг. Я уже понял, что он не твой. Мужа. За что?
— Он попал в аварию. По своей вине. Сам не пострадал, но пострадали водитель и пассажир второй машины. Оба авто восстановлению не подлежали.
Плюс потеря груза.
— Твой муж в тюрьме?
— Нет.
— А где?
— Сбежал.
— Куда?
— Не знаю. Он не выходил со мной на связь.
— А как же напраник?
— Это был короткий рейс. Он был один.
— Они повесили весь долг на тебя?
— Не весь. Половину за арендованный грузовик платит Игорь. Я — вторую половину, груз и компенсацию пострадавшим.
— Подожди, Ира, а как это вообще провели? Это же явно какой-то развод! И если ты оплачиваешь все издержки, где твой сраный муж? Да и вообще, с чего ты подписалась на эти выплаты?!
— Знаешь, — внезапно жёстко начала она, — когда тебе рожать со дня на день, у тебя маленький ребенок, нет ни родственников, ни знакомых, кто мог бы помочь, а в твою квартиру врываются четыре мордоворота и требуют деньги, у тебя остаётся не слишком много вариантов, как действовать.
— Ладно, а позже.
— А позже действовала по пути наименьшего сопротивления, чтобы не свихнуться.
— То есть свою жизнь сейчас ты считаешь нормальной? С изоляцией, недосыпом и призрачной надеждой выплаты долга.
— Она не призрачная!
— Да? У тебя есть официальные документы с пояснением твоих платежей? Покажи. — Она моментально стушевались. — Ир, но у тебя же должны были быть знакомые, друзья, в конце концов, которые бы тебя поддержали?
— Видишь ли, остаётся немного желающих продолжать дружбу с человеком с семизначным долгом.
— Ну а твой муж, чего он в бегах, если все его долги оплачиваешь ты?
— Надоела?
— А ты надоела?
Она поджала губы и отвела взгляд, но секунд через десять упрямо вздернула подбородок и заявила:
— Я справлюсь.
На столе ожил телефон Игоря.
Мы одновременно посмотрели на него.
На экране высветилось имя входящего абонента — “Гриша”.
Глава 42
Ирина
— Что?.. — я смотрела на экран телефона Игоря и не верила своим глазам.
То есть он реально всё это время знал, где отсиживается Гришка?
И нагло врал, что сам прибьет подлого напарника, если тот появится в поле его зрения.
И вот напарник — тут как тут…
И как раз тогда, когда подошёл срок очередной выплаты.
Внутри все заклокотало!
Неужели они дурили меня все это время?!
Когда я откладывала каждую копейку, пытаясь экономить буквально на всем.
— Сволочь! — вырвалось у меня, и я резко протянула руку к телефону, чтобы принять звонок, но Виктор перехватил ее раньше, не позволив мне это сделать.
— Не торопись.
— Я хочу ответить! — Мою вторую руку, также протянутую за телефоном, блокировали.
Виктор дёрнул меня на себя, вынудив впечататься локтями ему в грудь, не имея возможности освободиться из этой позиции.
— Дадим ему напрячься.
— Зачем?! — возмущённо выдала я.
— Посмотрим, что предпримет.
— Да что-что?! Залядет
