– Пойдемте, мисс Синклер. Я отлично знаю замок.
– Кто учил вас, когда были живы ваши родители?
– Отец.
Беатрис кивнула. Этого ответа она и ожидала. Теперь стало понятно, почему Роберт с таким ожесточением относился к появлению гувернеров или домашних учителей. Их присутствие в доме постоянно напоминало мальчику о том, что отца больше нет. Легко объяснимо и пристрастие Роберта к мансарде. Разумеется, Камерон Гордон в своем кресле на колесах не мог преодолеть лестницу и взобраться наверх. Дядя мальчика цепко держал в своих руках все дела поместья, а Роберт, двенадцатый герцог Брикин, находился под его неусыпным надзором. Беатрис не удивляло, что мальчик постоянно ищет способ ускользнуть из-под бдительного ока дядюшки. Честно говоря, она нисколько не осуждала за это Роберта. И все же Беатрис не обманывалась: долго его бунт не продлится. Какую бы комнату ни выбрал Роберт для занятий, Камерон непременно явится туда. Вполне возможно, он потребует, чтобы уроки проходили в более подходящем месте. В конце концов, Камерон Гордон – опекун мальчика.
Роберт провел Беатрис вниз по коридору, затем свернул налево, потом направо. Он двигался с уверенностью человека, хорошо знающего дорогу. В конце галереи мальчик протянул руку и надавил на одно из лепных украшений, висевшее чуть ниже массивной картины в золоченой раме. Стена вдруг раздвинулась, открылся проход в узкий коридор. Утром Беатрис видела, как одна из служанок исчезла в похожем проходе под лестницей.
– Потайной ход?
– Всего лишь коридор, которым пользуются горничные и лакеи, чтобы перейти с этажа на этаж. Думаю, когда-то здесь прятали сокровища. Отец говорил, что среди наших предков встречались разбойники и воры. – Роберт лукаво ухмыльнулся. – Кажется, их призраки бродят здесь до сих пор. Однажды я видел самого первого Гордона вместе с его лошадью. – Беатрис недоверчиво взглянула на Роберта, изогнув бровь. – Дядя предпочитает не видеть слуг, поэтому при его приближении они исчезают, проходят сквозь стены и растворяются в воздухе. – Он засмеялся.
– В замке много подобных мест?
– Нет, только в новом крыле. Этой части замка всего около ста лег. Если в старом крыле и скрыты какие-то потайные ходы, мне не удалось их разыскать.
– А вы, похоже, тщательно исследовали замок?
– Чем тут еще заняться?
– Ну, с этой минуты вам придется заниматься уроками.
Роберт скорчил забавную рожицу, но ничего не ответил.
Беатрис последовала за ним в небольшой холл, ведущий к чугунной винтовой лестнице. Определенно когда-то здесь была башня. Сквозь узкие сводчатые окна проникал солнечный свет, а вместе с ним и холод. Должно быть, студеной зимой прислуживать семейству Гордонов невыносимо холодно. Роберт понизил голос и доверительно прошептал:
– Отсюда можно спуститься в кухню или подняться в мансарду.
– А почему вы шепчете?
– Осторожность не помешает, ведь здесь нас может услышать любой. Звуки слишком хорошо разносятся.
Беатрис вцепилась в перила и принялась карабкаться вверх. Казалось, лестница никогда не кончится. Башня оказалась до того высокой, что девушке стало не по себе. Наконец они добрались до самого верха и ступили на дощатую площадку. Между последней ступенькой и досками зияла щель. Беатрис поспешно переступила через нее, стараясь не смотреть вниз.
– Все в порядке, мисс Синклер, – шепнул мальчик. – Мы почти пришли. – Он толчком распахнул дверь, и Беатрис очутилась в ярко освещенном коридоре. Холл показался ей немного уже, чем на втором этаже. Здесь никто даже не пытался скрыть проход к лестнице для слуг. – Мы на самом верху, – с торжеством заявил Роберт, и впервые в его голосе послышалась гордость обладателя. – На этом этаже есть одна комната с окном на потолке. Сейчас в ней хранятся дорожные сундуки, но оттуда хорошо виден океан.
Описание комнаты прозвучало так заманчиво, что на какое-то время сомнения в душе Беатрис уступили место любопытству.
– Когда в замке держали множество слуг, они спали здесь, наверху. Но сейчас их комнаты размещаются на третьем этаже.
– А сколько теперь слуг в Крэннок-Касле?
– Вроде бы всего семь. Чтобы обслуживать замок, нам нужно по крайней мере впятеро больше.
– Так почему бы вам не нанять еще?
– Дядя говорит, что заботится о моем состоянии, а я думаю, он просто не хочет видеть вокруг себя людей.
– Вам не очень-то нравится ваш дядя, верно?
Роберт бросил на нее такой мрачный взгляд, что Беатрис немедленно захотелось взять свои слова обратно.
После короткого молчания мальчик заговорил снова:
– Мой отец не раз повторял, что людям приходится выбирать между добром и злом.
– Должно быть, ваш отец был очень мудрым человеком.
– Отец был лучше всех на свете. И что бы ни говорил мой дядя, я всегда буду думать так.
Беатрис озадаченно посмотрела на Роберта. «Неужели Камерон Гордон дурно отзывается о покойном брате?»
Мальчик не сказал больше ничего о Камероне, и Беатрис испытала странное облегчение. Всего два дня назад она получила место гувернантки герцога, но это время оказалось наполнено самыми необычными событиями, какие только можно себе представить.
Роберт прошел в конец холла и толкнул тяжелую дверь. Из комнаты тут же хлынули потоки света. Не в силах сдержать любопытство, Беатрис последовала за мальчиком.
Окна начинались примерно от середины наружной стены и тянулись к самому потолку, Образуя угол. Вся комната была залита теплыми золотистыми лучами солнца. Беатрис показалось, что она находится внутри огромного драгоценного камня, сверкающего желтыми гранями.
– Не правда ли, здесь красиво, мисс Синклер?
– По-моему, здесь просто изумительно, – благоговейно прошептала Беатрис. Справа виднелась вытянутая гряда гор, а слева, купаясь в полуденных лучах солнца, переливалась серебром широкая гладь океана. Впереди простирались живописные холмы и долины – великолепные угодья Крэннок-Касла. – Надеюсь, – с улыбкой прибавила она, – хотя бы этот чудесный вид заставит вас усердно учиться, ваша светлость. Каждый день разглядывая свои фамильные владения, вы захотите стать самым образованным герцогом в истории вашего рода.
– Вы заметили, что говорите мне «ваша светлость», только когда довольны мной?
– Правда? – усмехнулась Беатрис. – Тогда попробуйте заставить меня произносить эти слова чаще. – Она огляделась. «Кто-то превратил эту прекрасную комнату в кладовую для пустых сундуков, ящиков и саквояжей». – Потребуется время, чтобы разобрать эти завалы. Нам придется перенести сундуки в другое место.
Роберт потянул к двери один из сундуков.
