– Раньше меня не было в Файерне, – преспокойно возразил господин Хмаль. – Да я и не хотел рисковать. Зачем? К тому же за вами сложно проследить, увы. Сегодня мне просто повезло.
– И вы решили рискнуть. Вы понимаете, что потеряли все шансы со мной договориться?
– Я ставлю всё на карту, – согласился господин Хмаль. – Но я деловой человек и не стал бы нарушать ваше уединение, не будь у меня веских причин. Сожалею, что нашли вас не вполне в добром здравии. – Он посмотрел на моего мужа со значением. – Но мы с дочерью будем строго хранить вашу тайну, пока вы сами не пожелаете её раскрыть.
– Верится с трудом, – пробормотала я.
– Поверьте, миледи, это в наших интересах. И сейчас вы поймёте почему.
Солнце позолотило зелень аллеи, но меня начало знобить. Я вцепилась пальцами в спинку кресла мужа. Хоть бы они скорее выложили, зачем явились, и убрались отсюда!
– Так для чего вы здесь? – словно угадав мои мысли, спросил лорд.
– Ходят слухи, что вы уже составили проект своего предложения для нового торгового договора. Я хотел бы узнать ваши требования несколько… раньше, чем вы объявите их аккарской делегации.
– Вы хотите узнать конфиденциальную информацию первым, хотя это незаконно?
Господин Хмаль широко улыбнулся:
– Такая информация – огромное преимущество, пока она принадлежит лишь тебе. Вы сами понимаете, какую сумму мы можем заработать.
– Надо же, – негромко сказал мой муж. – И как далеко вы хотите, чтобы я зашёл? Предал мою страну?
Хмаль развёл руками с видом: «Ну что вы, как можно… но, вообще-то, да, вы правы».
– Я вырос в Аккаре, – прямо произнёс он. – Но Аккара не дала мне возвыситься, поэтому я не буду сидеть сложа руки и выполнять распоряжения тех, кто меня послал, безо всякой выгоды для себя. Я хочу воспользоваться своей должностью.
– Всегда приятно встретить истинного патриота, – с иронией произнёс мой муж. – Но зачем мне деньги? У меня более чем достаточное состояние.
– Милорд, милорд! – тонко улыбнулся Хмаль. – Вы, в отличие от меня, честолюбивы. Вы мечтаете стать идеальным дипломатом и отдадите всё, чтобы заключить новый торговый договор с моей страной. Вы ведь долго работали над ним, не так ли? Я могу вам помочь.
– И какую же помощь вы столь любезно хотите мне оказать?
– Будем откровенны. – На лице Хмаля появилось жёсткое выражение. – Я помогу заключить вам этот договор. Но если мы не заключим союз, договора не будет.
– Неужели?
– Вы же помните, как я помог Файерну получить льготные квоты на масло. Моего влияния хватит, чтобы зарубить ваш договор на корню, а вместе с ним и вашу карьеру.
Хмаль перегнулся через борт коляски и понизил голос:
– И одновременно его хватит, чтобы я и вы сделались богатейшими людьми в Файерне. Вы сделаете блестящую карьеру, милорд. Разве не этого вы желаете? Особенно теперь, когда, я слышал… – он с намёком оглядел коляску лорда, – вам нужно каждое преимущество, чтобы свет принял вас как своего.
Наступила пауза. Мой муж и Хмаль замерли, глядя друг другу в глаза.
Что-то осталось непроизнесённым между ними. Что-то очень важное.
И, глядя на Майю, я вдруг поняла что.
– Подытожим, – негромко сказал мой муж. – Если вы мне поможете, заключить торговый договор с Аккарой будет легко. Без вашей помощи – невозможно.
– Вы прекрасно меня поняли.
Майя тоже наклонилась вперёд. Она была дивно хороша сейчас, в лёгком платье, с развевающимися на утреннем ветру волосами. Небольшая грудь проглядывала в вырезе платья, и в эту минуту красотой дочери господина Хмаля соблазнился бы любой мужчина. Особенно если поставить нас с ней рядом и откинуть мою вуаль.
– Отец, мне кажется, мы забыли самое главное, – с намёком произнесла она.
– Милорд уже понял суть моего предложения, – отозвался Хмаль. – Не так ли, милорд? Я надеюсь обрести в вас союзника и зятя. Думаю, это партнёрство будет выгодно нам всем. К тому же оно исключает малейшую вероятность предательства: Майя – моя единственная и любимая дочь. Надеюсь, вы простите ей… её весьма живые попытки завоевать вашу симпатию. Она действовала по моим указаниям.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– И не жалею об этом ни секунды, – хрипловато сказала Майя, глядя на моего мужа из-под ресниц. – Милорд, я видела ваши портреты, но оригинал покорил меня с первого взгляда. Я надеюсь, мы сможем узнать друг друга лучше в самом ближайшем времени.
Мне вдруг безумно захотелось отломить ветку покрепче и врезать ему по голове. Отдать мужа Майе? Да я скорее отгрызу ей ухо! Ну… с отвращением, конечно.
Я крепче вцепилась в спинку кресла. Нет, ругаться и давить на моего супруга сейчас нельзя. Пусть принимает какое угодно решение, но он примет его сам.
– Это было бы возможно, если бы я не был женат, – прохладно сказал мой муж. – Но сейчас, как видите, рядом со мной стоит моя супруга.
– Вы заключили отложенный брак, а это значит, что через год вы сможете его расторгнуть. Я не испытываю к госпоже Лизе Чилтон неприязни. Я прекрасно знаю её тётю и буду только рад, если племянница будет свободна и обеспечена.
Хмаль прямо посмотрел на меня:
– Но вам не стоит быть женой первого дипломата Файерна, миледи. Вы не сможете бывать с ним в свете, оказывать влияние на других посланников и сплетничать с их жёнами. Лорду Таннису нужна молодая и блестящая жена, которую одобрит свет. Она обеспечит ему стремительную карьеру, вы же будете тянуть его ко дну.
Каждое его слово било прямо в цель. Именно это я думала и сама. И именно об этом недавно сказала лорду Таннису в его кабинете.
Над нашими головами солнце зашло за облако. В сотне шагов от нас конь одного из всадников бил копытом, и мне вдруг показалось, что это не охрана, а конвой, который вот-вот отвезёт меня в ссылку.
– Это конфликт интересов, – помолчав, сказал мой муж. – Госпожа Майя Хмаль – аккарская подданная.
– Раньше короли женились на иноземных принцессах, и править им это не мешало, – возразил Хмаль. – Никто не называл их шпионами. Напротив, это знак крепнущих связей между государствами. К тому же у вас незапятнанная репутация: все знают, что вы не берете взяток и с вами нельзя договориться. Вы можете просто пожимать плечами на все обвинения.
– Но как же вы? Все будут знать, кто является моим тестем.
– Я уйду в отставку: мне нужны деньги, а не должность. Ничто не будет стоять перед вами и должностью главы кабинета министров через пять лет, если вы этого пожелаете. Торговый договор с Аккарой будет лишь первой ступенью.
– А моя женитьба – второй, – с иронией произнёс моей муж.
Господин Хмаль вновь подался вперёд. Тень от зелёных ветвей прошла по его лицу, и на мгновение оно показалось мне тёмным, демоническим.
– Вы сможете подписать ваш драгоценный торговый договор только после подписания будущего брачного контракта с Майей, когда вы письменно дадите все обязательства, – жёстко произнёс он. – Не раньше.
В тишине было слышно, как ровно один раз пропела кукушка. И смолкла.
Я с застывшим лицом смотрела на мужа. Хмаль и впрямь предлагал многое. Майя была куда более привлекательной и выгодной партией, чем я. Безобразное лицо жены дипломата – повод для жалости и факт, который никогда не забудут. Факт, который будет играть против моего мужа всю оставшуюся жизнь, если он от меня не откажется.
А если мой муж не примет предложение Хмаля и не женится на Майе, Хмаль сделает всё, чтобы похоронить проект договора с Аккарой, – и преуспеет. И кабинет министров не забудет этого фиаско. Карьера моего мужа будет закончена. Возможно, ему не удастся сохранить даже свою нынешнюю должность.
Что-то он решит?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Майя всё ещё не отрывала взгляда от моего мужа. Её губы были полуоткрыты, и глядела она так, словно ей было плевать, что он сидит в кресле. Мне вдруг очень захотелось пустить их лошадей в галоп, чтобы те увезли её вместе с отцом подальше.
– Мы оба знаем, кто отравил Лизу, – произнёс мой муж, глядя на Майю Хмаль. – Я не желаю, чтобы обо мне говорили, что я выгнал свою первую супругу в таком виде. Если вы хотите, чтобы я рассмотрел ваше предложение, мне нужны свежие стебли хависсы. Как минимум дюжина.
