— нежно сказал Ползунов, прилаживая пауку клешню. — У нас же пока не серийное производство. Впрочем, завод строить уже начали, так что скоро…
— Понятно, — перебил я. — А этот когда готов будет?
— Да сегодня, полагаю. В течение часа закончим. Желаешь забрать?
— Угу, ещё как желаю. Один вопрос: в потустороннем мире он будет работать?
— Хм… — озадачился Ползунов. И посмотрел на Юлиана Юсуповича, который по определению в таких вещах соображал больше.
— В потустороннем мире? — повторил некроинженер и, подойдя, принялся прилаживать на корпус паука рога. — Ну… будет, отчего же не быть.
— Да вот как-то не знаю. Путеводный Знак, например, в потусторонний мир попасть не может. Мало ли, какие ещё ограничения…
— Ограничения действительно могут быть. — Некроинженер озадаченно почесал в затылке. — Во-первых, я не уверен, что в потустороннем мире конструкт сможет восполнять энергетические потери. Технически это, конечно, возможно, но чтобы быть наверняка уверенным, нужно произвести эксперименты, измерения… И уже на месте придумать что-то, что поможет ему питаться и там.
— А во-вторых?
— Во-вторых, может нарушиться передача родий хозяину.
— Угу. Тогда такой вопрос: на одном аккумуляторе, без подзарядки, в боевом режиме паук сколько протянет?
— Ну… Опять же, сложно сказать наверняка. В условиях нашего мира можно смело рассчитывать на час. Но как обстоят дела в потустороннем — этого я сказать не могу, не имею понятия. Тамошняя атмосфера может влиять пагубно и вытягивать энергию. Хотя не удивлюсь, если всё будет происходить ровно наоборот, и энергия в конструкта буквально хлынет. А может быть, возникнет что-то вовсе не предвиденное… Я бы на вашем месте, Владимир Всеволодович, взял конструкта, которого вы изволите называть Терминатором, и провёл предварительные испытания.
— Юлиан Юсупович, вы не на моём месте, да и слава богу. Испытания на Терминаторе я проводить не буду, он в хозяйстве пользу приносит. Ушатаю — меня домашние заживо сожрут. И на операцию его не возьму, битва с чертями показала, что пауки эффективнее. Пару пауков я непременно захвачу с собой.
— Может, всё-таки одного?
— С двумя надёжнее. Как у них, кстати, с вертикальными перемещениями?
— Должно быть лучше не придумаешь. Мы ведь взяли форму паука не просто для красоты. Переняли от оригинального насекомого максимум полезного.
— Ясно. Отлично. Значит, через час новый паучок будет готов?
— А вы уже через час собираетесь в потусторонний мир?
— Сохрани Христос! Сегодня у нас программа-минимум. Волкодлаки, леший. Может, ещё чего выползет. Полусотенку собираем, но я считаю, что не помешает заиметь механическую поддержку.
— Ты можешь пока пойти ко мне домой и попить чаю с Александрой Дмитриевной, — заметил Ползунов. — Она, полагаю, будет рада компании.
— Так и сделаю, — пообещал я.
И внезапно соврал.
Но в том не было моей вины. Я честно перенёсся в дом Ползунова. Однако, спустившись вниз и пройдя в гостиную, обнаружил, что с Александрой уже пьёт чай Разумовский.
— А я как раз ищу тебя, Владимир, — обрадовался тот. — Перенёсся в Давыдово — там сказали, что ты здесь. Я сюда — а ты уже в мастерской. Вот, сижу пока, восстанавливаю силу.
— Прекрасно делаешь. — Я сел напротив, рядом с Александрой. — А чего искал-то?
— Разве ты не помнишь, что государыня обещала преподнести тебе подарок?
— А… Ну да.
Я, честно говоря, выбросил этот момент из головы. Ну что такого может подогнать мне государыня? Против Кощея если и есть какие-то темы, так только в среде охотников. От государыни я ждал лишь скорейшего налаживания серийного производства пауков. Потому что когда мы разделаемся с Кощеем, следующим моим глобальным проектом будет чистка Пекла до такого состояния, чтобы туда можно было водить школьные экскурсии. А то обидно, детишкам ни Эйфелевой башни не поглядеть, ни развалин Рейхстага — всё твари заполонили.
Потом, конечно, другие континенты. Африка, обе Америки, Австралия… В общем, работы полно, и лишние пауки лишними точно не будут.
— Если ты готов, то идём прямо сейчас, — предложил Разумовский.
Я хотел было спросить, точно ли там что-то стоящее, но проглотил вопрос. Как-никак, целая государыня императрица делает подгон. Значит, нужно взять и сказать «спасибо», а не фыркать, морща нос.
— Идём, конечно, — поднялся я. — И так заставили её величество непростительно долго ждать.
Поблагодарив за чай, Разумовский встал, положил руку мне на плечо и осуществил перемещение.
В этот раз мы оказались в совершенно новых для меня покоях, которые, однако, судя по виду из окна, находились всё в том же дворце. Ну, Зимний дворец — штука огромная. Есть мнение, тут можно всю жизнь прожить, не выходя на улицу, и всё равно не до конца запомнить, где что находится.
Конкретно здесь размещалось что-то вроде хранилища артефактов. Не просто оружейная — хотя на стенах были развешаны мечи, копья и прочее. Но и не каноническая мультяшная сокровищница — хотя присутствовали и красивые окованные сундуки (правда, закрытые, фиг знает, что в них), и золотые кубки. То, что здесь каждая вещь — некий могучий артефакт, я почувствовал каждой клеткой тела. Сила переполняла буквально всё вокруг.
— Спасибо, что пришли, Владимир Всеволодович, — поприветствовала меня государыня.
Она стояла рядом с чем-то вроде алтаря, на котором покоились массивные ножны.
Я поклонился в ответ, подумав, как забавно это «спасибо, что пришли». Как будто бы если тебя зовёт императрица, у тебя дофига вариантов. Не, ну можно, конечно, забить и не пойти, но какой придурок будет так делать? Я таки точно не придурок, я власть уважаю. Особенно когда власть действует вменяемо и в моих интересах.
— Я обещала помочь вам в грядущем конфликте с Кощеем — и я держу своё слово. — Государыня положила руку на ножны. — Подойдите, прошу.
Я приблизился, с интересом глядя на ножны. От них тоже фонило силой. Да такой, что сдохнуть можно. Если бы отсюда убрали все артефакты и оставили только эти ножны, я бы, наверное, на энергетическом уровне и не почувствовал разницы.
— Это?.. — задал я наводящий вопрос.
— Это, Владимир Всеволодович, меч вашего далёкого предка.
— Моего предка?
— Именно. Вашего тёзки, Владимира Всеволодовича.
— Кгхм… Ну, ладно, допустим. Но позвольте сделать очевидное замечание. В ножнах нет меча.
— Это действительно странно. — Государыня поджала губы. — Я провела в исследованиях всё то время, что мы с вами
