Нет, он не позволит умереть просто так почти тысяче человек. Они и так потеряли слишком много. Командир СпаСа воровато оглянулся и щелкнул тумблером. На экране появилось лицо Михалыча. Он скупо улыбнулся старому знакомому:
— Я ждал.
— Ты один?
— Обижаешь. Что надумал?
— Сейчас мы лишь подготовим шлюзы и ворота. Скажи мне прямо — вы сможете подняться наверх помимо зараженных отсеков?
Поздеев хмыкнул и подтянул к себе огромную кружку:
— Это без проблем. Имеются боковые технологические подъемники. Но мы все равно их сначала обеззаразим и снимем пробы на инфекцию.
— У вас есть костюмы?
— Высшей защиты. Ты не забыл, что мы в реакторном сидим.
— Это хорошо, — Фролов поставил в уме жирную галочку. — Тогда получается, что вы сможете поднять на поверхность запас топлива. Ведь насколько помню, его загружали как раз через эти лифты.
Михалыч задумчиво сделал основательный глоток и посмотрел прямо в камеру:
— Это единственный наш козырь?
— Один из. Подготовь первый контейнер к нашему следующему приезду. Пусть он будет уже наверху. Тогда я смогу пробить ваше вызволение.
— Но?
Как все-таки чудесно беседовать с понимающим человеком. Только такой беспринципный и жесткий тип смог спасти столько людей.
— Вам придется просидеть некоторое время в карантине.
— Долго?
— Не знаю. Мы привезем провизию.
— Думаешь, получится договориться?
— Слишком много плюшек. И твоя забота увеличить их количество. Но передай на всякий случай своим, что и у нас несладко. Пусть не ждут кисельные берега.
— Двадцать третья не поможет?
Фролов покачал головой:
— Они давно сами за себя. Да и чем? Спасательная служба у них нынче хуже. Хотя техники было полно. Пока работали старики, СпаС держал марку. Но они перестали брать новичков в команду. Или их им не давали. В итоге профессионализм утерян. Мне самому придется поднимать у нас все, что ездит.
Поздеев кивнул:
— Я сделаю все. И думаю, что в каком-нибудь вспомогательном помещении мы сможем помочь вам оборудовать жилье. Воду накачаем, энергии избыток.
— Святые снежинки! Как я об этом не подумал! Переговори с Валовым, он у нас отвечает за навесное оборудование. Пусть запитает нас от станции. Тогда мы здорово сэкономим и не станем зазря задницу морозить. И больше притащим вам ништяков вместо запасных баллонов.
— Сделаем!
— Отбой связи.
Василий выдохнул. Вроде как ситуация берется под контроль. Но работы впереди немерено!
Глава 20
На краю бездны
Как это было? Фролов лишь слышал о том, что в Топь обычно сбрасывают трупы. На станции официально не существовало смертной казни. Но ходили слухи, что полисы все равно устраивали экзекуции откровенным отморозкам для устрашения нижних уровней. Но обычно тех все-таки сначала убивали разрядом, и в жижу падало уже мертвое тело. Хотя с этих уродов станется устроить из казни настоящее шоу! Василий невольно передернул плечами, представляя, как медленно твое тело поедается в кромешной тьме странной живой субстанцией. Если слухи были точно, то Топь сразу отключала нервные окончания и тебе не было больно. Но расспросить об этом было по понятным причинам некого.
На тот момент, когда их маленькая группа была готова к отходу, стало известно, что убиты все Директора и руководители основных секций станции. Набиев и его приспешники решили зачистить всех, кто мог противостоять новым хозяевам. Заместителей взяли в заложники. Сейчас с ними плотно работал Гарян, что подмял под себя весь уровень А.
«Далеко пойдет пацан!»
Классический переворот в духе американских хунт. Этот термин Василий помнил из старых учебников по истории. Силовой блок считает, что знает лучше, как руководить, и жесткой рукой берет власть. Станционный социум одновременно проще и чем-то сложнее обычного государства. Да и многолетнее существование под землей сказывается. В прошлой человеческой истории подобного опыта практически не имелось. Отдельные островные государства не в счет. Они в основном были примитивны и чаще всего заканчивали плохо. И не забываем, что люди вроде Гаряна и Набиева также читали учебники. И Фролов уже более чем был уверен, что мозгами заговорщиков являлся именно Гарян. Его дано снедало тщеславие и желание руководить. Набиев был сторонником тайной власти. Его пока все устраивало или имелись шансы на улучшение положения. При его то возможностях, зачем идти на обострение?
Или они что-то не знают?
Погрузочная тележка в служебном лифте больше напоминала простую площадку. Метр на метр композитного материала. Лифт в шахте, что шла за пределами «кокона» был открытого типа. То есть ты спускался в глубину по существу практически в темноте. Мимо связок кабелей, трубопроводов и прочих коммуникаций. Иногда мелькали зевы открытых люков или закрытые дверцы в боковые служебные штольни. По причине открытости стоять лучше было в центре, держась за поручень. Но и скорость небольшая, потому спуск или подъем занимали около получаса. Так ремонтники обычно так далеко не ездили.
Но зато такие лифты находились вне подчинения системы охраны. Конкретно об этих почти никто и не знал. Разве что инженерам можно было отследить утечку энергии. Но просчитать, куда они девались, по силу лишь грамотному спецу. А таких на станции оставалось крайне немного. Сотрудники отсеков окончательно разбились на узкие специализации и знал лишь свой, суженый круг обязанностей. Приведи его на другой уровень, и он станет беспомощным.
Рядом с командиром СпаСа ехал Димыч. Мрачноватый механик из Коммуникационного отдела. Те следили не только за внешними механизмами. Он должен был обеспечить их спуск и подъем. Первыми ушли вниз Фаткулин и Прохор. Помощник Пастора торопился туда по своим делам. И он был серьезно встревожен. Послышался шум работы вентиляторов и насосов. Они приближались к самому дну. Лифт в процессе достройки довели до самых нижних уровней. Глубже только Топь, да и то не факт. Стало светлее, Василий перекинул короткий самострел на грудь, и еще раз его проверил. Баллоны заряжены, двадцать болтов в магазине. Их ударного воздействия хватит, чтобы переломать кости, отбить внутренности, а то и убить.
— Стой здесь!
Димыч лишь молча хлопнул по плечу. Мол, не дурак. Фролов осторожно придвинулся вперед. На привходовой площадке никого. Странно. Эльдар должен был ждать здесь или кого-нибудь оставить. Василий взял оружие на изготовку. Спасатели практически никогда не стреляли, но подготовку регулярно проходили. Полезно побегать и физически позаниматься для поддержания формы.
— Эй ты, за столбом, выходи!
Щуплая фигура показалась в тусклом свете «вечного» светильника.
— Дяденька, не стреляйте! Светлый сказал, что сюда придет
