похожее произошло на двадцать третьей. Социальный конфликт и резкое проседание команд, отвечающих за работы наверху. Новых желающих морозить задницы не нашлось, да и опыт ушел вместе со старожилами. Когда опомнились, было уже поздно. Природа взяла свое и закупорила Купол напрочь. Двадцать четвертого СС в плане выхода на поверхность, и до сего страшного часа не блистала, потому на помощь не поспешила, а потом и вовсе померла. Иногда оттуда прорывались короткие сообщения. Это наезжали следопыты из мощной станции СС 22. Еще десяток станций северней существовал, но кроме коротких новостей ничего оттуда больше ни разу не прорывалось. Никто не желал тратить ресурсы на объединение.
Затем с двадцать второй пару лет назад случилось занимательное перестроение. Люди внезапно начали строить новое общество и сократили контакты со всеми, выдавая в эфир лишь метеорологические данные. По уму: посетить бы их. Эту идею Фролов вынашивал давно. Но с текущей Администрацией это сделать невозможно.
А ведь у них мог быть промежуточный лагерь на базе СС 24. Их реактор еще теплился, вырубать его полностью не стали законсервировав. Энергия в Купол исправно подавалась. Они регулярно получали оттуда информацию с автоматической системы. Иногда раз или два в год наведывались за оборудованием и даже вывезли несколько вездеходов и механизмы для Купола. Заодно наблюдая за тем, что происходит внутри.
Некая мысль подспудно засела в голове у командира СпаСа, но пока полностью не сформировалась. Да и рискованно задуманное было. Разве что в крайнем случае. Лучше так, чем бесславная гибель. Терять уже нечего. Но жалко было здешних, с кем он десятки лет делил кров и пищу. Ради которых рисковал и лез на чертов мороз. Боже, неужели некогда люди изнывали от жары? Это же настоящее блаженство!
Кофейный сервиз со свежими зерно-белковыми булочками уже стоял на столе. Фролов лишь крякнул от их вида, тут же потянувшись за кофейником. Ярский был мрачен, пил воду и закидывал в рот желтые пилюли. Похоже, что острую ситуацию переворота даже такой изворотливый политикан без потерь не переживет. В кабинет протиснулся Прохоревич и ахнул.
— Вася, ты уже разлагаешься с ними? С ума сойти, это кофе? Ярский, ты сука!
— А что сразу я⁈ — взвился Директор. — Всех снабжали.
— Скромнее надо быть, — пробормотал инженер и моментально сграбастал булочку. — Очуешительно вкусно!
Фролов окончательно проснулся и поинтересовался у админа:
— Кто и что от нас требует?
— Твой любимый Гарян с Набиевым потребовали в ультимативной форме немедленной сдачи наших позиций. Затем будут решать судьбу секции. Обещали сильно не наказывать. Если добровольно поднимем ручки.
— Припекло?
— Похоже на то. Полисы разделились. Старые за закон, молодежь беспредельничает. С нижних уровней всякие нехорошие новости доходят.
Аппетит тут же испортился:
— Ярский, как же вы довели станцию до такого страшного кризиса? Где все директора?
Администратор на глазах позеленел:
— Мне удалось найти часть записей.
— У вас ведется круглосуточное наблюдение? Это же такая трата ресурсов! Вот вы суки!
Ярский злобно кинул в ответ:
— На безопасности мы не экономили. Да и ты тоже! Сколько добра вывез с морга и даже ни разу с нами не поделился.
Василий вконец офигел и с некоторым любопытством глянул на озлобленного Директора:
— Похоже, что ты нашел на тех записях нечто крайне неприятное. Что там?
Ярский закинул еще одну таблетку и выдохнул:
— Почти все Директора были отравлены, а затем их тела спущены на лифтах вниз. Убили и нашего центуриона. На уровне «А» действовали неизвестные люди в черном. Быстро и определенно организованно. Я выжил чудом. Потому что оказался не на месте. Мое… пребывание в сауне было не запланировано. Эти гниды знали наш распорядок по часам!
— Поэтому тебя потряхивает? Что же их так внезапно всполошило?
— Да вы со своим извечным желанием рулить процессом! Жили же нормально! Так нет, потребовали расширенного заседания Совета. Это си тало спусковым крючком их напора.
— Ты с больной головы на здоровую не перекладывай! Чего нормального, Олежа? На нижних уровнях творится черте что, социальная структура станции порушена кардинально и бесповоротно. Я даже не знаю, получится ли выстроить её заново. Как дальше жить в хаосе? Вы о выживании вообще думали или потакали гнусным инстинктам?
— Вася, — глаза Директора стали предельно серьезными, — не лез бы ту в такую сложную соционику со своими влажными мечтами о счастье для всех. Структура как раз вышла предельно прочная. Пряник и кнут. Ничего нового в мире за тысячелетия не придумано. Слабых на дно, потому что от них прока ноль. Сильные сами оттуда вылезут. Черный рынок, как смазка для трущихся деталей администрирования. Он сам себя регулирует. Пусть и жестоко.
— Черти!
— Гуманисты херовы! Хотите, как на двадцать второй — всех в казармы! Думаешь, мы не изучали их опыт? И они в порядке. Сигналы шлют вовремя, ездят на двадцать третью. Техника работает бесперебойно. Фролов, ты бы мог у них жить, как бог с твоим доступом к внешним ресурсам? И команду свою обеспечить. И что в итоге? Полез, куда не следует, жену потерял, а сейчас и свою башку тут оставишь. Мечтатель!
Кровь бросилась Фролову в голову, но он сначала выдержал паузу. Опыт руководителя сложнейших из служб сказался.
— Что ты знаешь о Светлане, Ярский?
Директор нежданно осознал, что ляпнул лишнего и позеленел. Прохоревич поддержал командира СпаСа:
— Тебе лучше не молчать, Олег.
— Она уже в Топи.
Раздался громкий звук лопнувшей в руке фарфоровой чашки. Прохоревич, с опаской, косясь на Фролова, прохрипел:
— Кто?
— Вот только личную вендетту устраивать не надо, командир. Она не одна там оказалась.
В этот момент над Василием навис невесть откуда взявшийся Эльдар. Фролов некоторое время смотрел на своего подчиненного:
— Ты откуда?
— Снизу. С плохими новостями, кэп. Нам с ними не справится. У Набиева под рукой сотни бойцов. Он подтянул к себе все банды нижних уровней. Ими командуют полисы, что встали на его сторону. Они одним ударом убрали конкурентов из Администрации и нынче вольны делать, что захотят.
Фролов пытался одновременно справиться с эмоциями и продумать план дальнейших действий. Ситуация и в самом деле сложилась аховая. И похоже, что без большого кровопролития им уже не обойтись. Как он этого боялся.
— У нас есть союзники?
— Весь Купол и в самом низу. Ребята со Дна жутко недовольны действиями Набиева.
