брожения начались и в других. Что для императора было страшнее: «мифическая коррупция» на Черноморском флоте или бунты в войсках? Что больше занимало все его время, что больше беспокоило? До Грейга ли ему было? Тем более, что всё понравилось? Подумайте сами. Не зря же в 1821 году в армии вводится тайная полиция.
Если Грейг воровал бюджет, на что он корабли строил, казармы, дома, госпиталя и т.д.? Зарплату, в конце концов, выплачивал. Образовавшиеся до него долги подрядчикам чем оплатил? В его и других документах, не нашлось ни одной жалобы не только на невыплату, но даже на задержку жалования. Шигин утверждает, что взятками и коррупцией заправляла Юлия Михайловна Грейг, по одному только, что она приехала в Николаев чтобы заключить контракт с Адмиралтейством на поставку леса: совершенно неженское занятие, по мысли «историка». Да что там…оказывается в России женщин-предпринимательниц, по его же мнению, «в помине не было, а о купчихах никто слыхом не слыхивал». А вот об этом надо подробненько, а то на лицо «синдром Даннинга-Крюгера». Для справки: накануне отмены крепостного права дворянкам принадлежало не менее одной трети всех частных землевладений. Так называемых «женских» предприятий в 1876 году насчитывалось 1045 из 26067. Женщины владели 165 фабриками и заводами. В писчебумажной промышленности женщинам принадлежало 13% фабрик, в суконной – 12% и столько же в металлообработке. Так же по 10% от общего числа фабрик в стекольной и хрустальной промышленности. Среди гильдейского купечества женщины составляли 11% в Москве и 14% в Петербурге. Историк Мишель Маррезе в книге «Бабье царство. Дворянки и владение имуществом в России» писал: «К началу 19 века дворянки были участниками примерно 40% имущественных сделок в качестве продавцов и инвесторов». Чтобы меня не обвиняли в голословности сообщаю: Агафоклея Александровна Полторацкая (1737–1822 гг.), бабушка Анны Керн, да-да, той самой, была предпринимательницей и откупщицей. Сама справлялась. Родила больше 20-ти детей, по-моему-22.
Надежду Стенбок-Фермор называли «стальной королевой России». Она получила в наследство 8 металлургических предприятий по производству чугуна и меди. Бизнес вела сама. Позже выкупила долю брата. Имела свидетельство купца 1-й гильдии. На год смерти, её состояние оценивали в 41 млн. рублей.
Жена самарского купца Анастасия Матвеевна Неклютина имела своё дело. Её хлебопекарный завод в 1912 году стал вторым в империи механизированным производством. Ну неравнодушна была купчиха к техническим новинкам. Но были ещё две страсти у Анастасии Матвеевны: первая – лошади. На своем конном заводе она разводила породистых лошадей. Но всё-таки главной страстью были автомобили. И настолько эта страсть была сильна, что в 1913 году на Дворянской улице, где уже находилась её электротехническая контора, она открыла автомобильный салон по продаже машин марки «Форд».
Марии Морозовой после смерти мужа досталось в наследство 6 129 018 рублей, за 22 года она упятерила его. К 1911 году её состояние составляло 30 млн.
Евгении Ольденбургской в 1832 году принадлежало 241 предприятие. Кроме свеклосахарных и винокуренных заводов, она построила ковровую и конфетную фабрики. В 1901 году за свои деньги построила 20-ти километровую железнодорожную ветку, которая до сих пор действует. А сколько было других владелец и совладелец, не перечесть. Если же, по мнению Шигина их не существовало вовсе, то кто же в 1790 году основал Дятьковский хрустальный завод? Перечитал «Грозу» А. Н. Островского, что ли… а лучше другую, современную книгу. В ней расписано всё. Так что: «Те, кто полагает, будто в России 19 века женщины занимались сугубо домашним хозяйством и воспитанием детей, а в деловом мире безраздельно правили мужчины, эта книга убедит в обратном»[75]. Купчиха-это не только жена купца, историк! На худой конец, сходите в музей предпринимательства. Почитайте, посмотрите, прежде чем оскорблять и унижать женщину, прошедшую с адмиралом трудный путь длинною в 25 лет и родившую ему 6 детей. Она была с ним до конца. Почему? Может быть потому что ЛЮБИЛА? Вам, видимо, такое чувство неизвестно! С чего Шигин решил, что Ю. М. Грейг во всем виновата и всем «заправляла»? Этот женский образ взят им у «учителя: так, В. Пикуль в «Исторических миниатюрах» утверждал, что «будучи адъютантом Аракчеева, ненавидящего взяточников, Клейнмихель, не брал взяток, однако – «они поступали в кубышку через его жену – Клеопатру Петровну, даму чрезвычайно строгую». Строгость в чём? «Брала» в определённые дни и часы? И не дай бог перепутать и не донести нужную сумму? Или и здесь клевета?
Идея женщины-спрута оказалась весьма заманчива: нашлась еще заметка николаевского краеведа Зои Ивановны Шаталовой за 2016 год, где «исследовательница» сделала интереснейший вывод: городом правил отнюдь не Грейг, а его жена Юлия Михайловна! Оказывается, не адмиралу, а трактирщице из Могилева Николаев обязан устройством водопровода, тротуаров с аллеями и «умножением городских доходов», как и многого другого. Открытием банка, например. Про строительство кораблей и говорить нечего. Удивительно другое! Как с такими заслугами не ей, а адмиралу был поставлен памятник. Зоя Ивановна много чего написала, причём местами её высказывания напоминают речь прокурора.
Кстати, и о женщинах-предпринимательницах эта дама тоже не в курсе. Удивляется: «Трудно даже представить, какими связями, характером нужно обладать, чтобы в 19 лет так смело браться за столь масштабное мужское дело!». Простите бога ради, а в чём «масштаб мужского дела?» Узнать, можно ли заключить контракт на поставку леса для строительства кораблей? Видимо, Юлия Михайловна в 19 лет, была намного умнее, чем мадам Шаталова. Да и как позже выяснилось, мадам никогда не состояла ни в одном краеведческом, историческом сообществе города Николаева. Никто её в этом качестве не знает.
Ужас, что делается! Куда ни взглянь, всюду смелые, умные, уверенные в себе женщины, пассивных мужиков задвигают на второй план…Не много ли позволяют себе?
Почитаешь и именно так и подумаешь. Даже знать не хочу, чем женщины «обидели» нашего капитана. Поэтому и фантазировать не будем.
Привела книгу только для того, чтобы вы поняли: я ничего не придумала, всё из книги – тон, фантазии и всё остальное.
СТР. 138–139
Сначала маленький штришок: торговый флот состоял в ведении Новороссийского и Бессарабского губернатора и никакого отношения к военному не имел. Впрочем, как и таможня, торговые порты и склады. М. С. Воронцов был непосредственным начальником А. С. Грейга по гражданскому управлению Николаева и Севастополя. При необходимости торговые суда могли использовать для военных целей, но строились они для другого. Не знать этого Шигина не мог, значит лгал намерено. Но скорее всего, насчёт знаний нашего морячка, я опять ошибаюсь, нет их. Перечитала и подумала, что,
