При недостатке естественных кормов бурундук (Tamias sibiricus) может питаться на прилежащих посевах. На поле, подбежав к соломине с тучным колосом (в выборе хорошего колоса зверек редко ошибается), бурундук подскакивает вверх, стараясь добраться до него по соломине; последняя при этом нагибается, и зверек, откусив колос у основания, в 5–6 мин выбирает из него зерна. Наполнив ими защечные мешки, он уходит в лес, где прячет пищу в кладовую. Потом следует повторный рейд. Расстояние, на которое зверек может заходить в глубь поля, ориентировочно равно 500 м. В некоторых случаях участок, потравленный бурундуками (на нем уничтожены все лучшие колосья) бывает непригоден для уборки. В 1925 г. в Усть-Удинском районе Иркутской обл. во время нашествия бурундуков ими было съедено ржи и пшеницы более чем на 11 га. Особенно охотно эти зверька поедают просо. Посещают бурундуки и привады.
По шоссейной дороге Свердловск — Нижний Тагил у площадок для остановки водителей на отдых концентрируются животные, привлекаемые остатками съестного. Бурундук появлялся вскоре после прихода машин, на виду у людей он унес предложенное яблоко, затем колбасу, а косточки урюка стал разгрызать на месте. Изучение повеления восточных бурундуков (Tamias striatus) в Пенсильвании (СИТА) показало, что обильная подкормка семенами подсолнечника в условиях природы вела к сокращению размеров индивидуальных участков особей, при этом плотность популяции возрастала на 50 %. После прекращения подкормки размеры индивидуальных участков увеличились, а плотность популяции уменьшилась до исходного уровня [127].
Хомяки, живущие вблизи полей, летом переселяются на посевы и обитают там до осени. Предпочитают они пшеницу, осенью делают запасы. В норе хомяка у овсяного поля в Башкирском заповеднике, раскопанной 25 октября 1941 г., было обнаружено 4 кладовых, в одной из которых хранилось 3,9 кг овса. Общая масса запасов хомяка достигает иногда 25–30 кг. Пользуясь защечными мешками, зверек за один раз может принести до 50 г зерна.
Обыкновенный хомяк (Cricetus cricetus) в районах его высокой численности — один из основных вредителей сельскохозяйственных культур. На посевах зерновых каждый зверек уничтожает за сезон не менее 8 кг зерна. Поселившись на огороде, хомяк съедает немало моркови, свеклы, картофеля и других овощей. В июле 1969 г. в г. Уральске на огородах, где жили хомяки, ими было уничтожено до трети картофельных кустов. Некоторые зверьки (особенно старые и взрослые), живущие близ поселков, забираются в подполья домов и кормятся картофелем всю зиму, не впадая в спячку (Кириков, 1952).
У цокоров (Myospalax myospalax), живущих вблизи огородов и картофельных полей, находят запасы овощей. Обнаружили, например, кладовые с крупным картофелем общей массой до 20 кг и более. Каждый зверек делает индивидуальные запасы. Кладовые бывают расположены около гнезда на глубине 120–380 см или сбоку кормового хода в 25–50 см.
Большой тушканчик (Allactaga major) нередко поедает на бахчах высеянные семена арбузов, дынь и тыкв. Наносит вред зерновым культурам: пшенице, ячменю, овсу и просу. Стебель растущей пшеницы перекусывает в нескольких сантиметрах от земли и выедает сочный участок возле узелка. Считают, что большой тушканчик съедает за сезон до 4–5 кг зерна [72].
Крысы при массовом размножении способны уничтожать в короткий срок огромное количество пищи. Известен случай, когда в окрестностях Парижа в течение одной ночи они уничтожили 35 лошадиных туш, объев их до костей. Только за один 1970 г. крысы уничтожили в США 15 млн. т. пшеницы, кукурузы и проса, а в Мидии почти 87 млн. т. зерна. В Индонезии крысы уничтожают от 10 до 20 % урожая. В некоторых центральных провинциях Таиланда от них гибнет 70 % зерновых.
На нутриевых фермах крысы поедают не только зерно, предназначенное для нутрий, но зачастую и молодых нутрий, оставляя от них лишь шкуру. У взрослых нутрий иногда отгрызают хвост. Наблюдения за серыми крысами (Rattus norvegicus), кормившимися на свалках, показали, что зверьки были активны при отсутствии людей — с 19 до 8 ч, максимальная активность проявлялась в период от 20 до 22 ч. При обилии корма эти зверьки не делают запасов. Одинаковое количество черных крыс (Rattus rattus) на рисовых полях съедало на нескольких мелких привадах втрое больше корма, чем на одной большой.
Рассмотрение форм поведения на привадах мелких мышевидных грызунов не входит в нашу задачу. Упомянем лишь несколько исследований, поскольку они интересны для сравнения с наблюдениями за крупными млекопитающими, о которых идет речь и книге.
Подкормка лесной мыши (Apodemus sylvaticus) в естественных условиях вызвала увеличение их численности на опытном участке вдвое. Среди подкармливаемых зверьков увеличился процент благополучно перезимовавших. Однако избыточное питание не могло нивелировать полностью действие естественных факторов среды, влияющих на численность животных. Наблюдения на приваде за помеченными лесными мышами с помощью прибора ночного видения показали, что самцы обычно избегали кормиться друг с другом. Чаще самец кормился и паре с самкой, пары приходили к приваде в определенном порядке и никогда не кормились вместе. Один из самцов кормился как с самцами, так и с самками [119].
Лесные мыши и рыжие полевки (Cletbrionomys glareolus) находили мешочки с овсом, выложенные в ящики-укрытия, обычно через 1–2 дня и почти 80 % мешочков повреждали в первую неделю. В дальнейшем они делали норы или прямо в укрытиях или рядом с ними, не далее 1,5 м. Из укрытий к порам вели торные тропинки, по которым зверьки таскали овес. Норы сохранились и на второй год. Часть мешочков грызуны повреждали в укрытиях, поедая зерно на месте. Если в укрытии была нора, мешок зверьки затаскивали прямо в нее, но иногда оттаскивали его на 3–4 м, прогрызали и выбирали овес. Некоторые мешочки лежали открыто, другие были спрятаны в «склады» — естественные укрытия: под пнями, в корнях деревьев и т. д. Растаскивание мешочков усилилось осенью, когда зверьки запасали корм. Некоторые «склады» использовались ими не один год. Частота посещения привад уменьшалась при смене погоды, весной, когда таял снег, осенью при похолодании и выпадении осадков [20].
Опыты, проведенные в Польше, показали, что интенсивная подкормка рыжей полевки вела к увеличению плотности популяции на опытном участке до 106 особей, при умеренной подкормке их было 68, при отсутствии привад — всего 25 зверьков; в состоянии половой активности находились соответственно 90, 53 и 23 % самок [113].
ЗАЯЦ-РУСАК (Lepns europaeus). До выпадения снега он почти не посещает подкормочные площадки. В Калининской обл. отказывается от подкормки до середины декабря, поедая лишь капусту и пучки черники. Чаще посещает привады в сильные морозы, следующие за периодом ненастья. Загрязненный корм русак не ест, собственные моча и экскременты больше отвращают его, чем кал и моча лошади. До середины января посещаемость привад низкая, но далее, особенно с середины февраля и до появления проталин, посещения становятся регулярными. Русаки поедают весь выложенный корм до того, как его занесет снегом. Навесы и шалаши обычно не отпугивают зверьков, а иногда и привлекают. При обильном ассортименте выкладываемых кормов предпочитают один-два. С ноября по январь за одну жировку русак съедает 30 г топинамбура или 80 г сырых черничных кустиков с корнями, 30 г сена, обгрызает 10–15 березовых почек или отъедает 100 г от капустной кочерыжки.
