Софья привела себя в порядок, заперла изнутри на ключ дверь каюты и деловито приготовила шприц и всё необходимое для инъекции. Вот только укол ей сейчас предстояло вколоть себе не с омолаживающим составом, как она это привыкла делать с тридцати лет. В самом углу её аптечки, в особом карманчике всегда имелась ампула с концентрированным раствором корня цикуты. Именно похожим составом «гуманные» афиняне когда-то отравили философа Сократа. Софья знала, что мучений не будет, уже через несколько секунд после укола её прижизненные мучения наконец закончиться. Для неё решение покончить собой быстрым безболезненным способом было шагом в неизвестность, как тогда — в европейском экспрессе, когда она просто шагнула в некуда из распахнутой двери вагонного тамбура. Внезапно потеряв надежду отыскать дочь в далёкой России, Софья утратила желание цепляться за опостылевшую жизнь.
В свои последние минуты она смотрела на с фотографии близких ей людей, которые всегда носила с собой. С пожелтевших от времени карточек на неё смотрели Георг Шорт, Борис Збарский, Оскар Фогт, Александр Майэр в франтоватом костюме, запечатлённый фотографом в радостные дни своего недолгого берлинского триумфа. При взгляде на фото своего последнего мужа. с которым была по-настоящему счастлива, Софья улыбнулась.
Уже закатав рукав правой руки и беря левой шприц, Софья продолжала нежно смотреть на фотографию седого красавца, слегка иронично наблюдающего за последними сборами своей задержавшийся на этом свете супруги. Последними её словами были:
— Я уже иду к тебе, мой милый Гюнтер! Господи, прости нас грешных…
Когда Макс и Саша ворвались в каюту к Борису, тот спал. От его богатырского храпа даже занавеска над иллюминатором слегка колыхалась.
— Подъём! — рявкнул Макс, быстро соображая, что из наиболее ценных вещей необходимо взять с собой.
Боря подскочил на койке, словно ударенный током.
— Что такое! Тонем?!
— Именно тонем, Борюсик. Добрая фрау нас кинула. Так что спасение утопающих — дело рук самих утопающих!
Ребята бросились к шлюпочной палубе. Макс имел возможность во время телесъёмок обойти корабль на моторном боте и очень надеялся воспользоваться шлюпкой для бегства с «Еретика».
Между тем окончательно стемнело. Ещё недавно спокойный океан начинал рассерженно ворочаться, раскачивая корабль двухметровыми волнами, грозящими вскорости набрать мощь водяных гор. Меньше всего Максиму и его спутникам хотелось оказаться на утлом судёнышке за бортом. Но ситуация не оставляла им выбора: где-то неподалёку стали слышны громкие голоса. Похоже, их уже искали. Отсчёт времени пошёл на секунды. Между тем с лебёдочным механизмом спуска мотобота на воду возникли сложности.
Макс торопливо вытащил из видеокамеры кассету. Ещё одна такая же — полностью отснятая «тридцатиминутка» лежала у него в операторской сумке. Прыгунов замотал кассеты в целлофановый пакет из-под салфеток для протирки объектива и заткнул себе за ремень на животе.
— Надо прыгать! — признал он неизбежное.
Боря повернул к нему своё перекошенное от ужаса лицо и заорал:
— Я плаваю, как топор без топорища!
— А у тебя есть выбор?
Боря оглянулся на бегущих к ним вооружённых людей и стал перелезать через ограждение. В этот момент Макс обратил внимание на ярко-красный бочонок, укреплённый в специальных держателях у самого корабельного борта. Схватив компаньона за рукав, он заставил его вернуться обратно. Вместе они освободили бочонок от креплений и перекатили его через борт. Затем Макс помог Саше перелезть через ограждение. Они оба прыгнули следом за ней.
Где-то над головой у Макса прозвучали проклятия и тут же захлопали пистолетные выстрелы. Потом дробью прогрохотала длинная автоматная очередь. При падении в воду он сильно ушибся животом, а когда вынырнул, его тут же накрыла внезапно налетевшая волна. В состоянии шока от боли и пронизывающего холода Максим заорал. Но грохот океана заглушал его голос. Вокруг были только водяные громадины. За ними не было видно даже корабля, с которого он только что сиганул в чёрную бездну. Безжалостные волны то и дело накрывали пловца с головой, стремясь поскорее утопить.
Максиму показалось, что его ожесточённая борьба за жизнь продолжалась не менее часа, а между тем он находился в воде всего несколько минут. В какой-то момент он заметил силуэт плотика на вершине волны в нескольких десятках метрах от себя и последним напряжением сил погрёб в его сторону…
Спасательный плотик сам раскрылся, при ударе в воду. Внутри палатки-убежища было тепло и уютно, сюда не мог проникнуть пронизывающий ветер и брызги. Боре повезло — он приземлился недалеко от плота и первым влез на него, затем помог Саше. Заметив подплывающего Макса, Боря перестал закрывать молнию внешнего входа и выкинул приятелю матерчатую лестницу трапа. Когда Прыгунов схватился за неё, Боря за шиворот втащил его внутрь.
— Ну и счастливчики мы с тобой, земеля! У меня такое чувство, словно мы только что из «Матросской тишины» слиняли. На переоденься — Боря всунул в руки окоченевшему компаньону непромокаемый пакет с тёплым бельём.
Впрочем, они рано праздновали своё спасение, так как вскоре выяснилось, что пока они переводят дух внутри тёплого убежища, их потихоньку подтягивают за специальный фал к кораблю. Обнаружилось это совершенно случайно, когда кто-то особо нетерпеливый с «Еретика» открыл прицельную стрельбу по приближающемуся плоту. Но попасть по качающейся на волнах мишени было не так то просто, зато беглецы оказались предупреждёны о грозящей им новой опасности. Специальными ножницами из спасательного комплекта Боря перерезал связывающий их с кораблём фал, и на этот раз они по-настоящему обрели свободу.
Глава 13 Мираж
Кто бы мог подумать, что сенсация века обернётся грандиозным скандалом. Правда, поначалу на сделавших уникальные кадры журналистов обрушилась грандиозная слава. Отснятые ими в хранилище главных нацистских мертвецов кадры обошли весь мир. Эта съёмка стала поводом для громких разбирательств с участием крупных политиков, руководителей спецлужб, политологов, историков и даже специалистов по спецэффектам. Именно они первыми заговорили о том, что уникальная съёмка может оказаться искусной подделкой, наподобие той известной фальшивки, где американские военные медики выполняют вскрытие, якобы, тел инопланетян. Постепенно отдельные голоса скептиков слились во враждебный хор. И тогда вчерашние герои поняли, что проиграли, ведь кроме этой плёнки у них не оказалось других доказательств правдивости своих слов. А плёнку в наш век компьютерных технологий можно и подделать.
