Хэдли подбежала ко мне, волосы взлохмачены после сна, ручки тянет:
— Папа, обними.
Мужики засмеялись, когда я поднял свою крошку. Она показала, где ее поцарапал Бадди, и принялась рассказывать всем подробности. Отец сиял; я поймал его взгляд — он улыбнулся. Ей становилось лучше.
Черт, нам всем становилось лучше.
Мы смотрели игру, и тут появился Нико с каким-то рюкзаком на груди, в котором спала малышка Би, и все, конечно, начали его поддевать.
— Бро, дальше будет папский пузик и поло-рубашки, — расхохотался Расти.
Дед легонько стукнул его по затылку:
— Эй. Я люблю поло-рубашки, мелкий засранец.
Хэдли ахнула и прикрыла рот пухленькими ладошками.
— Ой, черт. То есть какашка. Прости, Хэдли.
Она только хихикнула, и вошел Хоук. Эшлан не ждала Хоука с Эверли — у него же в выходные матч.
— Добрался, — сказал я, поднимаясь и обменявшись с ним полуукладкой-объятием. За последний год мы с ним сблизились. Он был семьей.
— Ага. Моя девочка расстроилась бы, если б не приехали, — усмехнулся он. — Играть могу и без сна. Завтра вечером вернемся в город. Кстати, что там с новым домом? Давай с утра слетаем, глянем, пока я не уехал.
Хоук хотел войти в наше с Нико дело по домам: пока — деньгами, а после ухода из спорта и руками. Нико нашел старое поместье Келли в списке по залогам. Проект огромный, но с деньгами Хоука мы могли бы сделать всё как надо. Если продадим по моей оценке, сорвем куш.
— Поехали.
— Идет. Фотки, что ты прислал, видал. Работы — тьма, но выхлоп — будь здоров, — кивнул Хоук.
— Самый крупный проект, что у нас был, но я за, — сказал Нико. Мы подняли стаканы: я с Нико — пивом, Хоук — водой, он в сезоне. Чокнулись, отпили.
— Раз уж по-взрослому, давайте название придумаем, — сказал Хоук.
Я рассмеялся. Парень всегда мыслит масштабно.
— Неплохо, — подхватил Нико. — Как насчет «Три крутых парня чинят дома — по одному за раз»?
— Не дурно. Только длинновато, — фыркнул я.
— «Honey Mountain Homes», — сказал Джек, поднимаясь. — Звучит.
— Мне нравится про «трех крутых парней», но вариант Джека лучше ляжет на визитку, — Хоук хлопнул его по плечу и пошел на кухню.
— Решено. Honey Mountain Homes, — я осушил пиво и почувствовал, как хорошо на душе.
Пейсли и Хэдли сидели на полу и играли с Бадди, а я просто откинулся и смотрел. В прошлом году в это время я тянул все один. Карла исчезла месяцами раньше, и я сидел на ужине у Томасов, чувствуя, что тону.
А сегодня — я жил.
Мы жили.
И это было чертовски хорошее чувство.
19 Эшлан
Я расстегнула комбинезон Хэдли, когда мы добрались до пекарни Honey Bee: на улице из всей девочки торчали только глаза да нос, всё остальное — сплошные зимние слои. Она хихикнула, когда я сняла с нее куртку, и я чмокнула ее ярко-красный носик. Сегодня на ней был розовый свитер с воротником, джинсы и снегоступы, и это, пожалуй, было самое милое, что я когда-либо видела. Как и ее сестру, которую мы перед этим укутали и отвезли в школу. Бедняжке миссис Клэнди приходилось по десять раз в день надевать и снимать с этих малышей всю эту амуницию — на прогулку и обратно. До Рождества оставалась всего неделя, и снег захватил Хани-Маунтин. На прошлых выходных мы с Джейсом впервые поставили девчонок на лыжи — им очень понравилось. Он думал, они еще слишком малы, но я заверила его, что мои родители втащили нас на гору вскоре после того, как мы научились ходить. Кататься там — моя страсть. В это время года я счастлива, если не считать того, что приходится чистить машину от снега.
— Холо-о-одно, — сказала Хэдли, и я сняла пальто и прижала ее к себе, растирая спину, пока тепло пекарни не прогрело ребенка.
Очередь тянулась длинная, и Виви с Джилли изо всех сил успевали с заказами. Я подхватила Хэдли на руки и прошла за стойку.
— Нужна помощь?
— Сбегаешь наверх, глянешь Би? Не проснулась ли? — попросила Виви.
— Бии-Бии, — Хэдли захлопала в ладоши.
— Конечно, — кивнула я. Мы поднялись наверх, и моя племяшка как раз начинала шевелиться. Я усадила Хэдли за столик для поделок и достала восковые мелки и бумагу, которые Виви держала здесь про запас. Ее первую пекарню сожгли дотла — это дело рук безумного отца Нико, который теперь сидит в тюрьме: тогда наверху оказались заперты сама Виви и их племянница Мейбл. Но Виви вскоре нашла новое помещение неподалеку от прежней Honey Bee и очень быстро все восстановила. Кухня здесь была куда просторнее, как и верхний этаж со складом и игровой — на вырост для маленькой Би. Все поделки хранились наверху, и моим девочкам нравилось сюда приходить.
Мои девочки.
Они и правда ощущались моими. Во всех смыслах. Я любила их до безумия, а теперь, когда мы были вместе каждый день, привязалась совсем по-настоящему.
Я узнавала их голоса — уставшие, радостные, грустные. Обожала их запах — детская присыпка и сладость. Привыкла собирать их по утрам и понимать, что они хотят надеть, при этом не позволяя выходить из дома в хеллоуинских костюмах. Хэдли — девчонка-девчонка: любит розовое, радуги и все, что блестит. Ее каштановые волосы с золотистыми прядями отрастают, и ей нравится, когда я делаю ей разные прически. Пейсли — скорее сорванец. В одежде любит нейтральное, без лишних изысков, но обожает, когда я заплетаю ей замысловатые косы. Я любила, как они приветствуют меня по утрам и как крепко обнимают перед сном.
— Бии-Бии не спит? — спросила Хэдли, заглядывая в манеж-раскладушку.
— Уже нет. Привет, сладкая Би, — я подняла племяшку и прижала к себе. Все говорили, что в младенчестве она похожа на меня, но только потому, что мы с Виви и так очень похожи. Люди постоянно считали, что это мы — близняшки, потому что Шарлотта и Дилли совсем разные. Я провела ладонью по спинке Бии, и та довольно загулила.
Она только-только начала ползать, и мы все страшно радовались ее первым метрам. Я чмокнула ее в щеку, усадила в развивающее кресло и пошла к шкафчику за хлопьями. Эта малышка любит перекусить сразу после сна. Я высыпала немного на поднос как раз к тому моменту, как Виви поднялась наверх.
— Ох, спасибо, что подняла и дала перекус. Ну как ты спала, мой пирожочек? — спросила Виви, а Хэдли присела на корточки и внимательно разглядывала малышку.
— Вкусно, — сказала Хэдли.
Мы с Виви рассмеялись, я насыпала небольшую мисочку и поставила перед Хэдли на стол.
Мы дали девочкам немного поиграть, а потом перенесли все вниз — хотели посмотреть идеи для свадьбы Джилли. Она позвала меня за советом. Хотя она — лучшая подруга Шарлотты, мы со всеми близки. Она расспрашивала меня о платьях для подружек невесты. Я люблю придумывать и оформлять праздники, так что с радостью помогала.
Мы усадили Би в ее кресло, а Хэдли пела ей и развлекала.
— О боже, какие платья! А это какое элегантное и идеально впишется в твою палитру, — сказала я, показывая на цвета шампанского. Свадьба намечалась на июнь, и Джилли хотела очень традиционное оформление.
Следующий час мы ели печенье, пили горячий шоколад и рассматривали цветы, и торты.
— Забавно: я годами думала о своей свадьбе, а теперь, когда замуж реально выхожу, сама не знаю, чего хочу.
— Это нормально. Времени у тебя полно, — сказала Виви и закинула в рот остаток печенья. Джилли вскочила.
— Совсем вылетело из головы. Мне нужно к Гаррету — посмотреть несколько площадок. Сначала ведь нужно утвердить место, а уже потом его украшать, верно? — она рассмеялась и поспешно надела пальто, шапку и варежки.
— Не дождусь, когда расскажешь про старую базу у озера Хани-Маунтин после реконструкции. Говорят, летом там будет сказка: задняя стена — сплошное стекло, света море, — сказала я и откусила голову у пряничного человечка.
— Пришлю фото. Люблю вас, — помахала она и выскочила в лютый холод.
Хэдли перебралась ко мне на колени с чашкой горячего шоколада, и, когда я опустила взгляд, увидела, что она задремала.
