У нее, кстати, пистолет все еще в руке, и можно им воспользоваться. Но будет ли она достаточно ловкой? Сможет ли переиграть врага? Не стоило рисковать, пусть даже Джек держит кольт сорок пятого калибра неумело и неловко, по-дилетантски.
— Ты совершаешь ошибку, Джек, — мягко заговорила Мэгги, подхватывая затеянную Арчи игру. — Знаешь, тебя разыскивают от Индианы до Колорадо. Ты уже никогда не будешь свободным.
Внезапно победоносный свет озарил лицо Джека.
— Ты не понимаешь, крошка, я уже свободен. Никто никогда не был свободнее меня. В прошлом мне всегда приходилось жить по каким-то правилам. Вспомни, я никогда не оставлял синяков на твоей мордашке, чтобы соседи не судачили о драчке супругов. Но теперь я не делаю ставок по чьим-то правилам, только по своим. Это и есть настоящая свобода. Вот пристрелю сейчас твоего любовника, и никто не остановит меня.
Мэгги поняла, что Джек действительно может это сделать, когда он поднял револьвер и прицелился, кажется, прямо в сердце Арчи. Спокойно, приказала себе Мэгги, он просто испытывает меня. Арчи находится здесь ради меня и готов погибнуть, но нельзя же этого допустить! Нет… лучше самой умереть…
— Разве уничтожение кого-то или чего-то доказывает, что ты лучше? Это делает тебя немного хвастуном.
— Заткнись, кроха. Не пытайся бравировать перед этой шпаной из ФБР. Я сейчас начну с его коленных чашечек и проделаю всю работу ме-е-дленно. Говорят, это очень больно. А потом я добью его. А может быть, хочешь, чтобы я сделал это быстро?
Мэгги передернуло от этих слов, но она взяла себя в руки. Думай, думай, заклинала она себе, придумай же что-нибудь!
Арчи перехватил дикий взгляд своего противника — смесь ненависти, злобы и садистского наслаждения. Уоттер и вправду казался похожим на росомаху. Мэгги права: как могли судьи не увидеть, что он психопат с преступными наклонностями?
Но своим вопросом Мэгги дала Арчи в руки козырную карту. Ведь она знала по прошлому опыту отношений с этим получеловеком, что Джек хвастун. Он был социопатом, как милосердно и деликатно констатировала судебная экспертиза, а не мерзким психопатом, каковым считала его она сама, но если бы понадобилось прицепить на Уоттера ярлык, то самым подходящим было бы слово «хвастун» — болезненно ущербный и жестокий. А такие опасны. Ну так как же теперь превратить этот душевный изъян в козырь, не подвергая риску жизнь Мэгги?
Арчи нашел только один-единственный способ, означавший для него скорее всего смерть. Но по крайней мере он не уйдет из этой жизни, пока Мэгги не услышит те слова, которые были спрятаны у него в сердце. Это поможет выиграть время. А у этой бедолаги, кажется, еще есть шанс. Пистолет у нее в руке, она вполне могла бы застрелить преступника с благословения ФБР.
Закрыв на секунду глаза, Арчи медленно повернулся, уверенно и не обращая внимания на Уоттера, поднес здоровую руку к лицу Мэгги, стараясь не замечать пульсирующей боли в правом плече, крови на своих пальцах.
— Что ты задумал? Что ты делаешь? — тут же выпалил Джек.
Мэгги повторила, как эхо, его вопрос. Она не могла понять действий Арчи. Не могла поверить, что он стоит к ней лицом, его здоровая рука нежно ласкает ее, шальные огоньки вспыхивают в коричневой глубине его глаз.
— Я больше не хочу скрывать своих чувств, Мэгги. Не могу. Так же, как я не мог притворяться ночью. Я никогда не притворялся с тобой.
Но почему сейчас это признание? — подумала Мэгги. Неужели он отчаялся, неужели убежден в нашей близкой смерти, что почувствовал необходимость высказаться?
— Убери от нее свою грязную лапу, — откуда-то издалека донесся голос Джека.
Мэгги послышалось еще что-то, может быть, шум около ворот. Но когда рука Арчи коснулась ее, побуждая слушать, это показалось ей важнее. Глаза его не отрывались от ее глаз.
— Я говорил тебе, что вырос в приюте. Мои родители оставили меня там. Они не могли прокормить ребенка.
— Эй, парень! Это мое шоу. Отойди, черт возьми, от нее!
Арчи продолжал, словно ничего не слышал:
— Я был женат, ты знаешь это. Но я никогда не допускал жену в свою душу. А вот ты проникла туда. Я верю тебе. И то, что ты говорила о будущем…
— Я сейчас покажу тебе будущее, если ты не отойдешь от нее! — завопил Джек.
Чувствуя руку Арчи на своем лице, слыша его голос, Мэгги больше никого не боялась. Его ласка уподобила изверга скорпиону или… или какой-то другой ядовитой гадине, которую нужно просто раздавить. Услышав угрозу в адрес Арчи, Мэгги еще теснее прижалась к нему. Он немного передвинулся, закрывая ее от Джека и не отнимая руку от ее лица.
— Прекрати липнуть к нему! Я застрелю тебя прямо сейчас. Ты слышишь меня? Я сказал, прекрати! — продолжал вопить Джек.
— Я вижу свое будущее, Мэгги, только с тобой, — не обращая внимания на вопли, вымолвил Арчи.
Он смотрел прямо ей в глаза и говорил то, что раньше прятал в сердце. Говорил не для того чтобы разозлить Уоттера и заставить его потерять бдительность. Арчи выразил словами то, что чувствовал. Он никогда не встречал женщины, которой желал бы сказать все это.
— Теперь у меня есть ты, — произнес он проникновенно. Ему уже трудно было представить свою жизнь без Мэгги.
Сделав еще один шажок, он полностью закрыл ее от Уоттера, притянул ближе к себе, надеясь, что она понимает его, и спросил:
— Ты веришь мне?
— Верю, дорогой…
Уоттер не выдержал и ринулся к ним через кухню. Намереваясь вырвать Мэгги из объятий соперника, он забыл, что держал в руке кольт. Однако Арчи этого не забыл и, когда преступник был совсем рядом, оттолкнул от себя Мэгги и ударил Уоттера по руке. Кольт выпал и, ударившись об пол, выстрелил.
Арчи увидел падающую Мэгги. Ее черные волосы, взметнувшись в воздухе, опустились на бледное лицо. Уоттер что-то в бешенстве вопил. Арчи повернулся к нему, удивляясь, как это возможно, что подонок жив, а Мэгги лежит неподвижно.
Изданный им пронзительный крик ярости заставил Уоттера низко пригнуться и отступить назад. Арчи прыгнул, нанося ему мощные удары ногой в пах и здоровой рукой по затылку и не думая ни о чем, кроме не подающей признаков жизни Мэгги.
Она слышала голоса, узнавая оба и стараясь уловить нюансы. Джек был невменяем и выл, потому что все его планы пошли прахом, но в крике Арчи слышалось эхо слов, сказанных им ранее.
Она сильно ударилась головой, содрала кожу на левой руке, которая болела, но не сильно. Что-то среднее между укусом пчелы и ожогом. В голове гудело от удара. Сначала Мэгги плохо видела. Но через несколько секунд зрение восстановилось, сознание прояснилось. Наверное, Арчи решил, будто она мертва. Его крик был криком ярости. Он, видимо, собирался убить Уоттера. За нее. Мэгги, опираясь на стойку, привстала на колени и подняла с пола свой пистолет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
