прокомментировала я, узнав создателя зелья от всей болезней.
– У тебя свободно? – спросил он.
– Соседний стол свободен, – подбородком указала я.
– Разговор есть, – объявил Адмир и со всей аккуратностью пристроил поднос, а потом пристроился за столом и сам.
С интересом я наблюдала, как он выудил из кармана носовой платок и протер столовые приборы. Потом достал из кармана маленькую бутылочку, вытащил пробку и сделал глоток.
– Эликсир от всех болезней, – пояснил он, сунув пробку обратно. – Подарить флакон?
– От разбитого сердца помогает? – хмыкнула я.
– Для хорошего пищеварения помогает, – подсказал он и, почмокав губами, быстро заел свой эликсир двумя ложками первого. – Но уверен, что от тахикардии, инфаркта и нервов тоже поможет. Держи образец.
Адмир быстро сунул руку во внутренний карман, вытащил новый флакон и поставил на поднос возле моей тарелки.
– Как конкурент конкуренту, – пояснил он.
– Мы не конкуренты. – Я отодвинула флакон пальцем.
– Верно, Амбер! – Он щелкнул пальцами. – Ты права! Мы соратники.
– Я имею в виду, твой эликсир не может соперничать с моими зельями, – объявила я и невольно заметила, что Киран больше не копается в планшете, а мрачно, не отводя взгляда, наблюдает за нами с Адмиром. Глаза казались почти черными, и даже на расстоянии было заметно, как на лице ходили желваки.
– Амбер, ты, наверное, знаешь, что я руковожу клубом зальеваров, – не подозревая, что нас режут на полоски острым взглядом, продолжал говорить и прихлебывать супец Адмир.
– В академии существует клуб зельеваров? – удивилась я, сосредоточившись на худом лице сотрапезника.
– И у этого клуба есть круглосуточный доступ в лабораторию, – самодовольно объявил он. – Собираемся раз в неделю, обсуждаем рецептуры, варим снадобья. Завтра у нас новый сбор. Надумали взяться за зелье «живая вода». Приходи, будет весело.
– До конца года я отрабатываю прогулы в оранжерее, – отговорилась я.
Целых три дня отработала! И пока застопорилась.
– Тогда в следующий раз. Мы точно хотим тебя в команду…
Внезапно Адмира толкнули. Он булькнул, едва не нырнул носом в тарелку с супом и в последний момент успел спасти от утопления в этом же супе очки. Я с возмущением повернула голову и обнаружила Кирана, совершенно беспардонно пихнувшего спокойно жующего человека в почти пустой столовой. Как в младшей школе, честное слово.
– Прости, парень. – Он нахально похлопал Адмира по плечу, пока тот пристраивал очки обратно на нос. – Споткнулся и случайно толкнул.
Наконец ботаник разглядел обидчика и резко взбодрился.
– Ничего страшного, Зейн! – воскликнул он. – С кем не бывает! Ты ведь будешь участвовать в субботнем матче? Мы, твои фанаты, на тебя рассчитываем. Разделайте «Гарпий» под орех!
– Ага, – насмешливо покосившись на меня, отозвался Киран.
– «Непобедимые драконы» вперед! «Непобедимые драконы» всех порвут! – выдал парочку речевок Адмир, когда Зейн уже отошел от столика, а потом обратился ко мне: – Вообще я думал, что вы то да се…
– В каком смысле? – Я с трудом оторвалась от созерцания высокой атлетической фигуры в золотом пиджаке, уверенно пересекающей столовую по направлению к выходу.
– С Зейном, – неопределенно кивнул ботаник. – Я вас вместе видел.
– Так вы меня из-за Зейна к себе позвали? – невесело усмехнулась я.
– Причем здесь он? – искренне удивился Адмир. – Мы пытались повторить твои зелья, но ничего. Пшик! Скопировать тебя невозможно. Ты гений, Амбер! По моему, конечно, мнению, за остальных говорить не буду.
– Почему раньше не предложили?
– Раньше ты казалась не особо общительным человеком, – честно признался он.
Выходит, все-таки из-за Кирана. Он без спроса вломился в мою жизнь и привел с собой толпу народа. С некоторыми, признаться, водить знакомство вовсе не хотелось. Если что, я не про зельеваров, а про тех самых «Непобедимых драконов».
– Спасибо за приглашение, – поблагодарила я и, поднявшись, подхватила поднос с почти нетронутым обедом. – Приятного аппетита, Адмир.
– Просто приходи завтра, – махнул он рукой. – Уверен, тебе понравится у нас.
На следующий день я чудом сдала зачет по бытовой магии, продала десяток бальзамов для губ и впервые за четыре года учебы появилась в клубе зельеваров. В лабораторию входила тихо и скромно, даже постучалась в дверь. Десять человек, собравшихся вокруг лабораторного стола, синхронно повернулись в мою сторону.
– Ты все-таки пришла, Амбер! – искренне обрадовался Адмир. – Залетай! Мы как раз разбираемся с рецептурой…
«Живая вода» – зелье без вкуса, цвета и запаха действительно подозрительно напоминало обычную водопроводную воду. По идее оно оживляло неживое, но со стулом не сработало.
Один из парней предложил забраться в лаборатории к некромантам и попробовать оживить подсобные материалы, в смысле, зомби. Или испытать на какой-нибудь части зомби, но даже я с весьма условной моралью, если речь шла о подопытных, посмотрела на него как на сумасшедшего. Ни один человек в трезвом уме и крепкой памяти не полезет к некромантам или на учебное кладбище… Если до этого не наглотался и не надышался веселящего зелья по рецепту Эды Амбер.
Кое-как успев до закрытия столовой, мы ужинали тем, что оставалось на стойке раздачи. Освещение уже приглушили, тонко намекнув, что всем голодным следует побыстрее работать ложками. Мы сидели за большим столом, толкались локтями, галдели и ради эксперимента полили единственную на одиннадцать человек жареную куриную ножку зельем. Что ни удивляло, еда не ожидала. Попробовать ее тоже никто не решился.
В последний учебный день я сдала зачет по травоведению, но без отработок в оранжерее допуск к экзаменам мне не светил и тусклым огоньком. Однако народ мало волновали оценки, академия ожидала матч со «Свирепыми гарпиями». Вокруг обсуждали игроков, небрежно перекидывались именами. Каждый раз, когда кто-нибудь упоминал Кирана Зейна, сердце пропускало удар. Спасаясь от риска заработать сердечный приступ, в оранжерею я сбежала с такой прытью, какой ни у одного ботаника, приговоренного к отработке, наверное, не наблюдалось.
Вернуть моей шевелюре естественный цвет стало для магистра Макгомерри делом чести. Каждый раз, когда мы сталкивались между грядками, я получала очередной замысловатый рецепт. В конечном итоге, начала прятаться за какими-нибудь густыми кустами и ловко уходить от встреч.
Миниатюрные кактусы с нежными цветочками на круглых макушках высадили накануне в самом солнечном и светлом месте, возле стеклянной стены. Отличное место, чтобы спрятаться от заботливой преподавательницы. Я делала вид, будто рыхлю почву между пузатыми колючими малышами, а сама тишком крутила в руках бутылочку с «живой водой». Неодушевленные предметы зелье не оживляло, но магистр же утверждала, что каждое растение обладает душой. Вдруг сработает?
Вытащив пробку, я хотела капнуть под кактус, но над головой прозвучал распевный голос Макгомерри:
– Вот вы где, моя дорогая!
Рука дрогнула, зелье выплеснулось прямиком на кактус. Я быстро заткнула горлышко бутылька и вскочила на ноги.
