историю, про лютую зиму и не ошиблась. Только вот оказывается, это не мороз подкосил малышку Ливанси.
‒ Этой зимой у нас зараза какая-то зверствовала, ‒ чуть понизив голос, заговорил старик Джон, будто секрет нам какой рассказывал. ‒ Столько народу померло, просто жуть. В том числе десять воспитанниц и наша самая главная попечительница леди Деверё, приют построен на её земле.
Имя попечительницы что-то всколыхнуло в моей памяти, а ещё и Исабель как-то странно на меня посмотрела. Но мистер Винчестер отвлёк меня.
‒ Да, лютая была зима, ‒ вздохнул он и добавил. ‒ Земля им пухом.
Старик перекрестился, губы его беззвучно зашевелились, видать молился. Ну а потом снова заговорил, понукая лошадь.
‒ Одна надежда, что вот родственники её, то бишь, наследники вступят в права владения, и дай бог, и про нас не забудут. А иначе точно осенью по миру пойдём. А если до зимы протянем, то тогда уже зимой замерзнем, ведь топить-то нечем будет. Козна приюта почти пуста.
Слушая старика, я понимала, что оставлять Исабель там нельзя. Так что задерживаться в приюте Святой Агнессы нам не было резона.
Память Миледи пока молчала и не давала мне подсказок там ли Книга Судьбы. Но вполне возможно, что это было неслучайно. С памятью и инстинктами бывшей хозяйки этого тела у меня были сложные отношения. Так что она вполне могла намеренно скрывать от меня информацию о Книге Судьбы. Ведь с помощью этой книги я могу вернуться в свой мир.
Но пока было рано что-то точно сказать. Пока я лишь могла догадываться, что будет, если я всё же найду эту волшебную Книгу.
Поэтому я решила не торопить события и обдумывала, как обосновать своё желание посетить приют Святой Агнессы. А старик Джон не задавал нам вопросов. Он, скорее всего, решил, что нам с ним просто по пути. Да мало ли народу путешествует. А ему деньги лишними не будут. Да и не скучно старику. Свободные уши ‒ это клад, для такого болтуна как Джон Винчестер.
Так что до самого приюта мистер Винчестер не умолкал. За время пути мы с Исабель узнали имена всех оставшихся семи воспитанниц:
‒ Бетти До, Бэкки Ре, Кэти Ми, Кэти Фа, Сара Со, Мара Ля, Молли Си, напевая произнёс старик Джон.
‒ Вы забыли Ливанси, ‒ поправила его Исабель.
‒ А ну да, малышка Ливанси, ‒ закивал головой старик.
‒ Странные у них имена, ‒ всё же решилась я высказать своё мнение. ‒ А фамилии у них есть?
‒ Так, то же сокращенные имена. Короткое имя и две первые буквы фамилии, ‒ пояснил старик. ‒ Это наша сестра Матильда у нас так чудит. Она как ослепла, так чудить начала. Но по-доброму. Так что пусть чудит. К тому же так проще. Я вот до этого и не запоминал имена девчонок, их же много было. А вот этих всего семь, я и запомнил.
Он насвистел мотив, а Исабель тут же подхватила.
‒ Бетти До, Бэкки Ре, Кэти Ми, Кэти Фа, Сара Со, Мара Ля, Молли Си.
‒ И малышка Ливанси, ‒ напела я, закончив за неё, и рассмеялась.
Дальше старик Джон рассказывал о наставнице‒кружевнице Матильде, которую, по старой памяти все в приюте называют сестрой, хотя она уже давно уже не монашка. Со слов мистера Винчестера, я представляла себе сестру Матильду седовласой, пожилой и почему-то не в меру упитанной дамой. В общем толстушкой. Но на самом деле она оказалась совсем другой.
Именно с ней мы и познакомились первой, когда наконец-то к позднему вечеру доехали до приюта Святой Агнессы.
И если в отношении сестры Матильды я ошиблась, то вот сам приют выглядел именно так, как я его себе и представляла. Небольшое прямоугольное здание в два этажа. Стены обшарпаны, краска давно слезла, крыша частично лишилась черепицы, а в половине окон вместо стёкол были тряпки. В общем, всё было даже хуже, чем описывал старик Джон. Но видимо он привык к тому, что видел изо дня в день и уже спокойно относился ко всему.
И лишь одно во всей этой удручающей картине радовало глаз. Это были лица девочек встречающих нас.
Как бы это ни было удивительно, но, несмотря на поздний час, воспитанницы не спали. Семь девочек и одна дама загодя вышли на крыльцо и вглядывались вдаль, высматривая уставшую клячу, понукаемую мистером Винчестером.
И вот мы миновали раскрытые ворота, проехали короткую дорожку до крыльца и мистер Винчестер остановил лошадей.
Девочки зашушукались и даже не пытались скрыть свою радость. Семь девчонок разных возрастов обступили с двух сторон высокую худую женщину в одеянии очень похожем на монашескую рясу. Так я поняла, что это и есть сестра Матильда. В отличие от девочек, она не улыбалась. На глазах её была повязка, а губы были сомкнуты.
Исабель спряталась у меня за спиной и тихо посчитала девочек.
‒ Бетти До, Бэкки Ре, Кэти Ми, Кэти Фа, Сара Со, Мара Ля, Молли Си.
Она произнесла имена воспитанниц почти шепотом, но помимо меня её услышал и сестра Матильда.
‒ Всё верно, а малышка Ливанси, не смогла встать с постели, чтобы приветствовать вас, ‒ чётко сказала худая дама в рясе и с повязкой на глаза.
Услышав слова сестры Матильды, мистер Винчестер удивился даже больше нас. Он ещё подъезжая к приюту удивился, что такого могло случиться за несколько дней его отсутствия, что большая часть жителей приюта вышла его встречать. А тут, оказывается, встречали не его, а нас.
‒ Сестра Матильда, а что случилось, и кого вы собственно вышли встречать? ‒ спросил старик и усмехнулся. ‒ И раз уж всё так официально, то где остальные, и сама госпожа надзирательница?
‒ Мистер Ви, вас не было три дня, и я знаю, что именно вас задержало, ‒ строго сказала сестра Матильда. ‒ А иначе бы вы знали, что все остальные уехали, когда пришло письмо из Лондона.
Старик Джон тут же насупил брови и опустил взгляд. Видать и вправду он задержался в дороге по причинам, о которых хотел бы умолчать.
Мы же с Исабель внимательно слушали их диалог. Подсознательно я ждала, что вот сейчас взорвётся бомба. Так и случилось. Потому как сестра Матильда вдруг сменила гнев на милость, улыбнулась и сказала.
‒ Ну да бог с вами, мистер Ви. Главное что вы вернулись. Вы же привезли нам не только леди Деверё, но и продукты. Вместе с
