Фиона, Фиона, Фиона — имя звучало у нее в голове, сливаясь с боем стоявших в холле старинных часов, напоминавших, что до утра уже недалеко.
Непрошеные воспоминания о поцелуе Чэннинга в «Спейс Нидл» тоже будоражили воображение Мэгги. Так же ли целовал он Фиону? Может быть, его суженая любила его? Или просто терпела, пока не представился случай найти утешение в объятиях того, кто оказался нежнее?
Фиона Линдсей Чэннинг, вероятно, так и не обрела успокоения, хотя и пыталась. Подумав о том, что бедная женщина похоронена на острове, откуда стремилась убежать, Мэгги горько усмехнулась. Чэннинг и теперь не перестал властвовать над женой точно так же, как властвовал и над ней.
Мэгги стало не по себе, когда она стала думать о том, что могло случиться с Фионой — смерть во время родов казалась чем-то слишком невинным в зловещей атмосфере, царившей на Линкс-Бэй. Несчастный случай? Убийство? Она вполне готова была поверить в последнее, на себе испытав легкость, с какой Брехт прибегает к оружию, чтобы убедить человека всего-навсего вернуться домой.
У Чэннинга есть тайна, которую он скрывает, а всевидящий Брехт поклялся оберегать, — в этом она теперь не сомневалась. Чем дальше, тем больше Мэгги убеждалась, что именно этот секрет стоил жизни отцу.
Не в силах успокоиться, она перевернула подушку и, прижавшись щекой к прохладной наволочке, подумала, что наверняка не первая мучается бессонницей в этой широкой удобной постели. Она вспомнила о хрусталике и о том, что сказал Дирек о наивной вере Фионы. Какие чувства скрывались за его словами — глубокая боль или сознание своей правоты?
Что бы там ни было, Мэгги была уверена, что не о ней и не о Фионе он думает в эту ночь. Его мысли и сердце отданы темноволосой любовнице, окутанной ароматом женьшеня.
Ее дурное настроение, усиленное недостатком сна, не укрылось от Чэннинга, когда она явилась на следующее утро в кафе по его приглашению, а вернее, распоряжению, переданному Кливлендом.
— Вы встали не с той ноги? — любезно осведомился миллионер с видом человека, которому удалось только что получить все, чего он хотел.
— Того, как я встала, никто хотя бы не видел, — ответила Мэгги, не задумываясь о том, как это звучит.
— Не знаю, я должен быть польщен или оскорблен тем, что вас интересует, с кем я сплю?
— Ни с какой стороны.
Чэннинг намазал маслом печенье.
— В таком случае, надеюсь, это не вы вчера вечером позвонили домой Борстоу и повесили трубку?
— Зачем мне это надо?
— Незачем, тем более что вы обо мне и так все знаете.
Мэгги прикусила язык.
— Между прочим, я как раз у них и был, — продолжал Чэннинг, — Пит и Лин-Мэ часто приглашают меня переночевать, если я остаюсь в городе.
— Какие милые люди, — ответила Мэгги. «И как удобно его любовнице», подумала она про себя.
— Вы очень нравитесь Лин-Мэ, — не унимался Чэннинг. — Да, кстати, я принес вам книги. Она сказала, что вы можете держать их сколько хотите.
— Поблагодарите ее, пожалуйста, от моего имени, когда увидите следующий раз.
— Она кое о чем рассказала мне, с ваших слов.
— О чем же?
Чэннинг налил себе еще кофе.
— Об архиве. Насколько я понял, вы очень полюбили это заведение, и еще, справочный зал библиотеки.
— Мы же с вами договаривались, что я буду заниматься и этой работой.
Чэннинг загадочно улыбнулся.
— Но мне почему-то кажется, что ваш интерес объясняется, — Чэннинг помедлил, — как бы это сказать, причинами личного характера.
— То есть?
— Что именно вы хотите узнать обо мне, Мэгги? — Окончательно растерявшись, потому что этот человек буквально не давал ей и шага ступить, Мэгги лихорадочно соображала, что ему ответить. — Почему бы мне не облегчить вам задачу? — предложил тем временем Чэннинг. — Так вот, — мне сорок один, родился я четырнадцатого мая, в Западной Вирджинии, мой любимый цвет — оранжевый, годовой доход более…
— Зачем вы все это мне говорите? — перебила его Мэгги.
— Затем, что за каждую минуту, которую вы тратите на то, чтобы шпионить за мной, я плачу вам из собственного кармана, не так ли?
— Я работала над порученной мне темой, — упорствовала Мэгги, — и должна была в данную минуту продолжать этим заниматься, а не вести здесь какие-то странные разговоры.
— Значит, ваше любопытство полностью удовлетворено? — спросил Чэннинг. Больше вас ничего не интересует?
Холодное высокомерие, которое вновь слышалось в его голосе, заставило Мэгги вновь потерять выдержку.
— Только одно, — ответила она.
— Что конкретно?
— Вы были когда-нибудь женаты? Чэннинг зло взглянул на нее, до того зло, что Мэгги пожалела о своей неосторожности, поняв, что она снова выдала себя. Она молча ждала, не зная, заговорит он, в конце концов, или просто встанет и уйдет, оставив ее за столиком. Но Чэннинг все же ответил.
— Нет, — твердо сказал он, — нет, я никогда не был женат.
Глава 31
— Возможно, вы меня уже не помните, — раздался через неделю голос в телефонной трубке, — но мне бы хотелось пригласить вас на ленч.
— А как там на Аляске? — поинтересовалась Мэгги. Узнав собеседника, она села в кресло возле аппарата в холле, куда позвал ее Брехт.
— Попал в очень странный летний шторм, — ответил Твилар, — а взглянув сегодня на небо здесь, решил, что прихватил его с собой.
— Дождь собирается давно, так что вы, по-моему, ни при чем.
— К счастью, завтракать нам предстоит не на открытом воздухе. Вы можете быть в городе сегодня примерно в час тридцать?
— Сегодня не получится. А как насчет завтра? Это была странная неделя. После разговора, который состоялся у них с Чэннингом в кафе, Мэгги все время ощущала странное напряжение. То ли она сама попортила с ним отношения, то ли Чэннинг решил ограничить ее свободу, оставляя на острове с грудой деловых бумаг. Дождливая погода и работа почти не давали ей выходить из дома, но Брехт не спускал с нее глаз, даже если она просто шла к себе в комнату.
— В таком случае, завтра после двух, — предложил Твилар, — нет, погодите-ка, наверное, я смогу кое-что отложить. Тогда в одиннадцать полдвенадцатого.
— Договорились.
— Теперь давайте условимся где. Вы знаете ресторанчик на пересечении Первой и Иеслер?
— Наши ребята ходят туда иногда выпить пива.
— Чудесно. Я заберу вас оттуда в одиннадцать тридцать.
Как ни странно, повесив трубку, Мэгги почувствовала облегчение и даже снова ощутила прилив сил. Она видела Твилара Зарзи всего один раз в жизни, но чутье подсказывало ей, что этому человеку можно доверять. Несмотря на скептицизм Троя, она чувствовала себя с ним легко и почти не сомневалась, что сумеет с его помощью узнать что-нибудь новое о Чэннинге.
