Марта Поллок
Снежное танго
1
Гвендолин мечтала об отпуске так страстно, как только может мечтать молодая женщина о своем ненаглядном суженом.
Стремительный бег лыж, головокружительные спуски в долину, холодное безмолвие заснеженных горных вершин, темно-зеленые ели вокруг поляны укрывают от любопытных взглядов укромную хижину. Жаркое пламя в камине, весело потрескивающие поленья и упоительное чувство одиночества. Ты никому не мешаешь, и тебе никто не мешает! Мягкая постель, уютный свет лампы, немножко любимого ликера и толстенный роман о любви. Что может быть лучше?
Увы, до отпуска еще так далеко — дела фирмы не позволяют расслабиться. Но думать о нем приятно, к тому же никто не запрещает…
Главное, не оказаться в шумной толпе любителей орать песни, избегать роскошных ресторанов, не пользоваться вечно ломающимися подъемниками. Надо, чтобы душу и взор ласкал вид тихой долины, окруженной скалами и поросшей елями, засыпанными пушистым снегом. И никого вокруг! Ни одного нахального взгляда, надоедливых покорителей гор и женщин!
Только я и лыжи, только лыжи и я! Гвендолин закрыла глаза, закинула руки за голову и представила себе, как мчится в облаке снежной пыли по каньону с обрывистыми склонами, по самому краю пропасти, на дне которой ревет незамерзающий поток, поворачивает направо, налево, перелетает через ствол поваленной бурей сосны, и тут на ее пути…
Да, именно так и случаются трагедии. На ее пути… зазвонил телефон!
Проклятый телефон зазвонил за пять минут до окончания рабочего дня, за пять минут до того мгновения, как Гвендолин могла представить себе ели на склонах каньона и немного расслабиться от текущих забот.
Она сосредоточилась, прогнала с лица улыбку и моментально превратилась в деловую женщину, став Гвендолин Снайдерсон, владелицей серьезного бизнеса.
— Чем могу вам помочь?
— Алло! Мисс Снайдерсон? Это Дезире Джонс. Бога ради, простите меня! Я только-только получила работу и уже подвожу вас. Умоляю, не увольняйте меня сразу! Я сделаю все, чтобы исправиться… Да отпустите же меня!
— Успокойтесь, Дезире! Откуда вы звоните, что случилось?
— Из университетской больницы. Я в хирургическом отделении… Да подождите вы, дайте поговорить с начальницей! Откуда я знаю, что там у меня сломано?.. Я слушаю вас, мисс Снайдерсон.
— Это я тебя слушаю. У тебя травма? Ты что-то сломала?
— По-моему, все, что только можно сломать. Но если верить рентгену, то только левую руку и правую лодыжку… Господи, какая боль!
— Не паникуй! Как все произошло?
Гвендолин сама была в панике. Боже, но почему все несчастья случаются именно с ее сотрудниками!
Девичий голос в телефонной трубке дрожал, да еще мешали какие-то помехи на линии.
— Сегодня такой гололед и жуткий ветер! Опаздывала на работу, торопилась, прямо перед автобусом поскользнулась и…
— Тебе нужен номер групповой страховки, Дезире? Сейчас найду, подожди пару секунд.
— Нет-нет, я не за этим звоню, мисс Снайдерсон! Я должна была к шести часам выполнить ваше задание, и вот я здесь и сейчас меня увезут… Да не дергайте мою ногу, больно же!
— Дезире, не волнуйся! Замену я найду! Главное — хорошенько подлечиться, а работа от тебя не уйдет.
— Ох, спасибо, мисс Снайдерсон! А я так боялась…
— Как ты теперь доберешься до университетского общежития?
— Мои друзья уже в курсе, они подбросят. Мы собирались в эти выходные покататься на лыжах, и вот… О господи! Меня везут в операционную. Еще раз извините, мисс Снайдерсон. Мне следовало быть осторожнее… Ай!
Раздались короткие гудки.
Гвендолин взглянула на часы, висящие над дверью кабинета. «Замену я найду!» Легко сказать, когда до представления около часа и максимум полчаса на поиски новой исполнительницы сложного номера, заказанного клиентом фирмы.
Гвендолин Снайдерсон быстро нашла список городских телефонов и тут же набрала номер университетского женского общества. Гудок… еще один… еще…
— Слушаем!
— Говорит Гвендолин Снайдерсон! Будьте добры, позовите Маргарет Ченсдейл к телефону.
— Извините, но она уехала на каникулы в Лос-Анджелес, холода ей противопоказаны.
— Тогда Сюзанну Торнберг.
— Минутку! Судя по листу на доске объявлений, Сюзанна Торнберг уже три дня как отдыхает на Багамах.
Ну, Сюзанна, вовремя ты убралась из города, молодец! Нервно постукивая ноготками по полированной поверхности стола, Гвендолин Снайдерсон навела справки еще о нескольких студентках, подрабатывающих у нее. Увы, все они на время каникул рванули из Эванстоуна — кто на встречу с южным солнцем и теплым океаном, кто в горы, в поисках чудесного местечка для лыжных прогулок.
— На носу Новый год, — раздраженно заметил голос в трубке. — Вам еще повезло, что застали меня. Мне дай бог убрать беспорядок, который эти девицы, помешанные на танцах, здесь оставили, а тут еще работай у них и за секретаря. Решайте свои проблемы самостоятельно. С праздником вас!
И снова раздались сердитые короткие гудки.
— Ничего страшного. Это еще не катастрофа, — пробормотала Гвендолин, набирая следующий по списку номер театрального объединения, актеров которого она часто нанимала.
Ау, актрисы, мечтающие подработать собственным животом!
На этот раз ей вообще не ответили. Точно так же обстояло дело с последующими номерами. Телефоны молчали как проклятые.
Гвендолин охватило мучительное чувство безнадежности. В канун Нового года в огромном Чикаго, казалось, не осталось жителей. Да, все на лыжах, все пьют кофе в уютных хижинах на склонах далеких гор или предаются сладкому ничегонеделанию в Майами. Одна она, Гвендолин Снайдерсон, как дура сидит в офисе! Боже, дай мне сил не расплакаться!
Завывал ветер, и напор его был таков, что содрогались оконные рамы. Стрелки настенных часов безжалостно пожирали драгоценные секунды и минуты, а с рекламного плаката на Гвендолин смотрела гигантская, размером с лошадь, ухмыляющаяся рыжая обезьяна в белоснежной балетной пачке с сертификатом в одной лапе, воздушными шариками в другой и призывала: «Желаете отправить незабываемое послание своим близким? Хотите, чтобы ваш сюрприз, ваш подарок остался у любимого человека в памяти на века? Звоните! У нас в ассортименте более сотни профессионально поставленных веселых музыкальных номеров. Гарантируем неукоснительное исполнение заказа — двадцать четыре часа в сутки, триста шестьдесят пять дней в году!».
Слово «гарантируем» огненными буквами отпечаталось в мозгу Гвендолин Снайдерсон. Четыре года гарантии свято соблюдались. Фирма работала пунктуальнее, чем федеральная почта США, — ей не могли помешать ни дождь и снег, ни град и слякоть. Хотя случалось всякое. Однажды пришлось заказывать костюм для танцовщицы за пять тысяч долларов у модного кутюрье, и не было никакой гарантии, что клиент, останется, доволен и не поскупится с оплатой номера. А происшествие в чикагском отеле «Палас»? Актрису, одетую Золушкой, не пустили на порог бдительные охранники, даже, несмотря на то, что на ногах девушки были настоящие хрустальные туфельки. Пришлось пробираться через черный ход, иначе фирме пришлось бы платить неустойку за невыполненный заказ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
