поторопиться. Я всё же обещала.
Да и есть хотелось слишком сильно.
За обедом мы оба с Робом были слишком сильно поглощены едой, поэтому не разговаривали, но, когда всё же голод был утолен и пища осела в животе приятной тяжестью, молчание стало слишком неестественным между нами двумя. И я решила разрушить его первой.
— Как думаешь, кто на этот раз пытался нас всех убить? — спросила я мужчину. — Может, опять мэр? Возможно, у него были подельники?
— Может быть, — пожал он плечами, задумчиво рассматривая меня, а затем опять завел свою шарманку: — Мы должны пожениться, Аника.
Я поскучнела.
— Я серьезно, — сказал капитан, и я заметила, что в его голосе появились раздраженные нотки.
Перевела взгляд на Роба, смотря прямо и открыто, чтобы он понимал моё отношение к этому, а не думал, что я кокетничаю.
— Я не выйду за тебя замуж. Я приехала в этот город работать. Быть хозяйкой Белого Дома — белой ведьмой. Замужество для меня — это конец карьеры. А я хочу всю свою жизнь посвятить лечению людей. И семья в мои планы не входила, не входит и не будет входить. Мне понравилось с тобой заниматься сексом. Ты и сам мне приятен как человек. Я могла бы согласиться на роль любовницы, но не жены. Но что-то мне подсказывает, что тебя это не устроит, — последние слова я произнесла немного насмешливо, видя, как мрачнеет взгляд мужчины.
— Почему? — выпалил он. — Об этом же каждая женщина мечтает! — и тут же осекся, видя мой насмешливый взгляд.
— Тебе не приходилось общаться с белыми ведьмами?
Какое-то время капитан буравил меня злющим взглядом, но затем все же процедил сквозь зубы:
— Нет, не приходилось, но я знаю, что многие ведьмы выходят замуж.
— Те, чей потенциал слишком мал, чтобы работать в Белых Домах, и те, что не хотели бы пойти работать в Серый Дом, — пояснила я. — Для тех ведьм предпочтительнее замужество. Ты и сам видел, что мой потенциал выше. И к тому же у меня будет свой собственный Белый Дом, где я буду хозяйкой. И никто мной не будет командовать.
— Для тебя это принципиально важно? — в недоумении приподнял брови мужчина.
— Скажи, у тебя есть вышестоящее начальство? — спросила я Роба.
— Конечно, как без него, я военный, — пожал он плечами.
— Здесь, в этом городе? — с усмешкой переспросила я.
А на лице Роба наконец-то появилось понимание, и он хмыкнул:
— Нет, в этом городе среди военных я — самый высший чин.
— Ты дослужился до своего звания или выбрал место, где мог бы быть высшим чином? — продолжила я допрос мужчины, не забывая об ироничном тоне.
— После того как я окончил духовную семинарию и год отслужил инквизитором, моё образование позволяло мне стать капитаном в этом городе, — недовольно ответил Роб, явно уже понимая, к чему я веду.
— Интересно, а тебе другие должности предлагали или только эту?
— Предлагали, — отвел он свой взгляд в сторону.
— Но ты согласился на эту? Почему?
— Много всего, — выдохнул мужчина и нехотя все же добавил: — Но ты права, одним из главных факторов было то, что здесь надо мной не будет высших чинов. Они будут где-то в столице, но это не то же самое. Здесь я буду сам высшим чином. И именно этот факт склонил меня на сторону этой должности. Но и ответственности у меня здесь тоже намного больше.
— Ну вот видишь, — пожала я плечами. — Ты и сам всё сказал. И да, на мне тоже ответственности больше, ведь куда проще работать под патронажем опытной белой ведьмы. А не тыкаться самой, как слепой котенок.
— Но ты девушка! — опять возмутился капитан.
— Ты знаешь, как воспитывают белых ведьм? Изучал систему образования? — приподняла я бровь.
— Так, поверхностно, — стушевался мужчина. — Но нам говорили, что вас готовят к служению обществу, а не к роли матери и жены.
— Ну вот, теперь ты должен меня понять, — выдохнула я от облегчения, надеясь на то, что это объяснение капитана устроит и он успокоится.
Какое-то время мы оба молчали, но я всё равно видела во взгляде Роба упрямство.
Покачав головой, я спросила то, что меня немного беспокоило:
— Как думаешь, почему нас не было целые сутки? Хотя мне показалось, что всего час — ну может, чуть больше.
— Есть пара догадок, — нехотя ответил мужчина.
— И? — протянула я, уже слегка раздражаясь, что приходится тянуть из капитана информацию чуть ли не клещами.
— Скорее всего, Комната Сустэйна находилась глубоко в Диких Землях. Именно поэтому и время сместилось.
— В Диких Землях неправильно идет время? — нахмурилась я.
— Бывали случая, что из Диких Земель выходили старатели, и они были уверены, что прошло всего несколько дней, а на самом деле они отсутствовали месяц или больше. Обычно это были те «дикари», что уходили очень далеко от границы. А иногда случалось и наоборот. Некоторые путники блудили в Диких землях больше месяца, а когда возвращались, оказывалось, что их не было всего несколько дней.
— Ничего себе, — пробормотала я, оглушенная новыми знаниями. — И от чего это зависело?
— Никто так и не понял, — пожал плечами Роб.
— А может быть, существует карта Диких Земель? И можно было…
— Нет, — прервал мои размышления капитан. — Карты нет. Потому что их бесполезно создавать. Еще возле границы — да, можно, но дальше — бесполезно. Ландшафт меняется постоянно.
— Невероятно, — пробормотала я.
Про Дикие Земли в книге было совсем немного. Сильвия знала о них с детства, им рассказывали на уроках. Ведь из Диких Земель выносили почти все артефакты, которыми пользовались в быту имперцы. Хотя белые ведьмы не одобряли их использование, потому что считали, что именно темная энергия, исходящая от темных артефактов, отрицательно влияет на здоровье человека. Но на артефактах делался огромный бизнес, к тому же жизнь с ними была в тысячу раз удобнее, и поэтому ведьм никто и слышать не хотел. Но всё же белые ведьмы добились, чтобы из Белых Домов артефакты убрали полностью. И даже уборкой занимались старым добрым способом — ручками. И для этого нанимали обычных людей.
Хотя мне кажется, что, возможно, в чем-то они были правы. Ведь если темная энергия отрицательно влияет вообще на магов и они даже с ума сходят, если начинают слишком много с ней работать, то и наверняка на простых людей она влияет. Просто в малых дозах это менее заметно…
Что-то типа радиации.
Если получить большую дозу, можно быстро умереть от лучевой болезни. А маленькую — долго болеть…
— Мне нужно съездить в часть, меня ведь не
