на корточки – я поступила так же – и написал в воздухе несколько символов. Те почти сразу зашипели и погасли, выпустив пару клочков темного пара. Кока нахмурился, попробовал еще раз. Эффект был тот же.
Удача, воспользовавшись возможностью, усиленно терлась о наши колени. Откуда в этом хрупком создании было столько силы? От очередного заряда ласки я потеряла равновесие и брякнулась на мостовую.
– А это может сработать! – воскликнул мой рыжеволосый спутник. – Переместись точно туда, где находился проход между мирами.
И так было, мягко говоря, неловко за свое неуклюжее падение, а ярмарочный люд уже начал с интересом посматривать в нашу сторону. Но отказывать я не решилась. Пересела и устроилась поудобнее.
На этот раз символы были немного другие и висели прямо напротив моего лица. Висели и не исчезали.
– Отли-и-ично! – протянул кока и дорисовал что-то.
Вокруг меня снова пополз огонек, очерчивая круг. Точно такой же, как тогда, на тетиной крыше. Я успела бросить на Хэйме недовольный взгляд – и тут кока прыгнул вперед, одной рукой сгребая в охапку кошку, а другой меня. Под мой визг и шипение Удачи мы полетели в пустоту.
Первые пару секунд я еще видела кружок света над нами – ровненький, как будто нарисованный циркулем. Он становился меньше, показывая, что мы падаем. Скоро кружок пропал, а ощущения изменились. Сложно описать разницу между падением и притяжением вниз, но поверьте – она есть. И, как по мне, притяжение даже страшнее. Ладно хоть длилось все это недолго.
Нас протащило через слой невнятного тумана – и за ним открылась такая красота, что я почти забыла о самой себе. Впереди простирался фантастический пейзаж. Зеленые горы с голубыми водопадами и цветущие долины с зеркалами озер не были затронуты дорогами, не перемежались городами. Лишь иногда из великолепия природы вырастала какая-нибудь ухоженная усадьба с балконами и башенками.
Мы уже не летели вниз, а мягко, полого приближались к земле. С каждым мгновением я могла рассмотреть все больше деталей. Златогривых лошадей, пасущихся без всякой привязи, арки радуг над изящными фонтанами и огромных диковинных птиц, сладко поющих прямо на карнизах распахнутых окон.
– Это что, рай? – прошептала я.
– Мир богов, – скривился кока так, будто перед нами лежало гнилое болото, а не цветущие кущи. – И если что, к тому Богу, с которым ты недавно имела удовольствие побеседовать, они относятся только опосредованно.
– Ну конечно! Если в твоем распоряжении обещания существ из всех миров, бери то, которое принадлежит богу! – язвительно сказала я, не переставая пожирать глазами этот почти что рай. – Можно было не ходить в хранилище, а сразу отправиться сюда!
– Поверь, есть миры и получше, – игривая издевка в голосе моего спутника намекала, что я явно чего-то не знаю, но это ненадолго.
В это время мы нырнули в прохладную фруктовую рощу, и ноги наконец коснулись земли. Деревья вокруг цвели и плодоносили одновременно, аромат стоял непередаваемый. Птицы пели так, будто много лет репетировали вместе, чтобы теперь исполнить лучшее свое произведение. Из мягкой травы выглядывали цветы и столь же яркие шляпки грибов. Казалось, они даже растут не в беспорядке, а создавая какие-то спиральные узоры. Было даже страшно идти по этому саду. Я ощущала себя слишком неуклюжей и мрачной для него. Да еще навязчивые часы все болтались где-то на периферии зрения…
А вот Удача, как обычно, не забывала веселиться, что бы ее ни окружало. Сейчас она охотилась за особенно крупной бабочкой. Без цели съесть, просто гоняла с одного цветка на другой. Мы молча шли следом.
Вдруг издалека донесся чей-то злобный рык и удары металла о металл. Я заволновалась, но кока, наоборот, довольно ухмыльнулся:
– А вот и местные жители.
Перед нами предстала такая картина: девушка с длинными серебряными волосами билась на мечах с мальчишкой лет двенадцати. Шелковые рукава их одежд парили, от столкновений клинков разлетались искры. Какое-то время я наслаждалась эстетикой этого поединка, будто хорошо срежиссированного. А потом девушка сделала очередной ловкий выпад и пронзила грудь оппонента. Хладнокровно, с неприятным хрустом провернула в груди мальчика оружие и отпустила рукоятку. Паренек захрипел, скорчился. Глаза его остекленели, и он куклой повалился в траву.
Я с ужасом смотрела, как стремительно расползается ярко-алое пятно на его груди. Как на торчащую рукоять садится одна из фантастических бабочек… Я не выдержала и отвернулась. Как вся эта красота могла соседствовать с убийством, просто не умещалось в голове.
– Абхилая! – разнесся над поляной строгий, но приятный женский голос. С другой стороны поляны вышла красавица – может, чуть старше той, чье лицо сейчас обрело выражение как у нашкодившего котенка… – Ты опять убила брата?!
– Что?! – не поверила своим ушам я.
– Он сам меня подбил! – сложила руки на груди серебровласая.
– Васанту юн и многого не понимает. Но ты! – отчитывала ее женщина. – Пусть дерется с мальчишками сколько хочет, но проиграть леди! О мать земля и великий закон, когда же ты наконец поймешь, что его позор – это позор семьи? А значит, и твой позор!..
Носик девушки наморщился, она недовольно принюхалась:
– Что это за запах?
Но ее собеседница явно еще не договорила:
– …Мало моего отца с этими идиотскими подвигами, которые стоили ему половины жизни!
Тут она замерла и принюхалась тоже. А потом испуганно повернулась в нашу сторону.
– Не мешаем? – ухмыльнулся кока.
Только сейчас я заметила, что Хэйме уже выглядит скорее как демон. Его волосы извивались языками пламени. Пальцы стали длинными и заканчивались угольно-черными когтями. Трава под ним чернела и тлела, выпуская вверх кудри черного дыма с россыпью искр. Он сделал шаг.
– Чужаки! – скривилась женщина. – Вот что так смердит! Не надо, не подходи ближе! – выставила она вперед руку, унизанную золотыми браслетами. – Я тебя и отсюда прекрасно вижу и слышу.
– Судя по тому, что мой вид вас не удивляет, вам уже приходилось сталкиваться с кем-то подобным?
Губы женщины сжались в линию.
– Мой отец знался с демонами. За что и поплатился, – злобно бросила она.
– Как же? – выражение лица Хэйме было пугающе безумным. Не то из-за полыхающих желтым светом глаз, не то из-за улыбки, стремившейся разделить голову надвое.
Ответа не последовало. Он сделал еще пару шагов вперед, и радиус увядания вокруг него увеличился втрое.
– Может быть, спросите у него сами?! – выпалила старшая из красавиц. – Поищите за Чертой прощания. Уверена, он все еще там!
– Стервятник, – прошипела сквозь зубы другая. – Как и все вам подобные!
Кока поклонился и возвратился ко мне.
