Софи тронула ее за плечо.
— Здо́рово! — восхитилась она. — Мне бы такую маму!
Джемме хотелось сказать: «Забирай мою», но, чтобы не показаться неблагодарной, она промолчала.
— Просто не верится, что она приехала сюда повидать тебя!
Джемма покачала головой:
— Она приехала сюда не меня повидать. Она приехала, чтобы все повидали ее.
Она почти в ужасе смотрела, как Ким подскочила к Терезе. Режиссер, очевидно, о чем-то серьезно разговаривала с Оли, но с приближением Ким оба умолкли. Та, увидев красавца-актера, затрепетала длинными ресницами.
— Роль Анжелы Тиррел стала знаковой для телевидения семидесятых, — донесся до Джеммы голос Оли.
— Ах, вы просто душка!
От комплиментов Ким начинала таять.
«Нет, — снова пришло в голову Джемме, — мама приехала сюда вовсе не повидаться со мной».
— До чего несправедливо! — жаловалась Бет с дивана. — Все пошли в паб веселиться вместе с Ким Рейли, а я сижу здесь с растяжением, как прикованная!
Было десять часов вечера, и в Уэнтуорт-хаусе уже знали о приезде бывшей телезвезды.
— Но я тоже сижу здесь и не могу туда пойти, — возразила Кей.
— Да, но ты не в счет, — вздохнула Бет.
Кей смотрела на нее в изумлении, не зная, что на это ответить.
— Ну, понимаешь, — добавила Бет, заметив, как изменилось лицо хозяйки, — ты же не актриса. Для тебя встреча с Ким Рейли не так важна.
Кей пришлось признать, что ее гостья по-своему права, хотя ей ничуть не меньше хотелось встретиться с известной актрисой. Правда, общения со знаменитостями у нее сейчас было хоть отбавляй — от одной только Бет у любого нормального человека потемнеет в глазах.
— Боже, ну и скука! — вздохнула Бет. — Я бы ни за что не смогла жить во времена Джейн Остин и целыми днями сидеть дома!
— Как продвигается «Гордость и предубеждение»? — с беспокойством поинтересовалась Кей.
— Уже никак, — заявила Бет. — Я дочитала до места, где Элизабет поссорилась с Дарси из-за того, что он не захотел с ней танцевать, и бросила.
Кей не верила своим ушам: речь шла об одном из ее любимых эпизодов. Как можно бросить читать в такой момент?
— Может, еще почитаешь?
— Умоляю, не проси! — патетически воскликнула Бет. — Мне это напоминает домашнее задание, а меня и в школе невозможно было заставить его делать.
Кей покачала головой, недоумевая, о чем они могут говорить, если сама она просто боготворит Джейн Остин.
— Почему ты захотела стать актрисой? — наконец придумала она тему.
Бет, приунывшая после обсуждения «Гордости и предубеждения», немного оживилась.
— Можно носить красивую одежду, — призналась она. — У вас в школе была своя костюмерная?
— Нет, — ответила Кей, вспомнив свою школу.
На самом деле их было целых три: мама, после того как муж ушел от нее, время от времени переезжала, чтобы «начать новую жизнь», но каждый раз разочаровывалась по мере того, как очередной кандидат в мужья не оправдывал звания идеального мужчины. Кей часто приходилось быть новенькой в классе и чувствовать себя не в своей тарелке.
— Костюмерная мне бы очень пригодилась, — задумчиво сказала она.
Кей представила, насколько легче было бы осваиваться среди новых одноклассников. Ей всегда нравилось переодеваться какой-нибудь вымышленной героиней.
— А у нас была, — похвасталась Бет, — и за лучшие вещи постоянно шла драка. Помню, было там вечернее платье изумрудного цвета с блестками по корсажу. Все девчонки старались его примерить — в нем любая выглядела принцессой. Было так здорово! — Бет мечтательно улыбнулась. — И я подумала тогда, что актерская игра — то же самое. Без конца примериваешь эффектные наряды и все время в кого-нибудь превращаешься. Хотя так получается не всегда. Моей первой работой была крошечная роль в сериале о работягах, там я была одета просто отвратительно — в какие-то тряпки!
— Думаю, для сериала о работягах — в самый раз, — заметила Кей.
— Но красота важнее! — не оценила ее юмора Бет.
— Важнее сама роль.
— Ничего подобного! Теперь я соглашаюсь на роль только при условии, что буду выглядеть на все сто.
Кей вынуждена была себе признаться, что это заявление ее не удивило.
— Между нами говоря, я гораздо лучше сыграла бы Энн Эллиот, хотя и уверена, что Луиза в этой истории куда важнее, как считаешь?
— По крайней мере, тебе не досталась Генриетта, — утешила ее Кей. — У нее намного меньше экранного времени, чем у Луизы.
— Ага, — подхватила Бет. — Я бы текст Генриетты даже читать не стала. Не знаю, зачем Софи эта роль, хотя, конечно, нищие не выбирают.
Кей улыбнулась. Она не сомневалась, что Софи наслышана о колкостях Бет в свой адрес и только посмеивается над ней.
— Интересно, где Оли? — обронила Бет. — Что его так задержало?
— Я должна была рисовать его сегодня вечером, — добавила Кей.
— Что ж, он кинул тебя так же, как всех бедняжек, с которыми встречался, — скривилась Бет.
Кей вздохнула, понимая, что ее разочарование слишком заметно, хотя она всячески старалась его скрыть.
— Ненавижу мужиков, — призналась Бет, хотя выражение ее лица свидетельствовало об обратном. — Большинство из них — бездельники, и все отрывают нас от дела.
Раздался стук в дверь, и в холле послышался голос Оли.
— Мы здесь, дорогой! — крикнула Бет с дивана, поспешно взбивая локоны и, очевидно, напрочь забывая о том, что Оли тоже мужчина и его положено ненавидеть не меньше, чем прочих.
— Привет, дамы! — поздоровался Оли, переступая порог гостиной.
На лице его сияла улыбка, а на щеках играл румянец от выпитого алкоголя и недавней оживленной беседы.
— Вы пропустили чудную вечеринку! Ким просто чудо! Вы бы послушали, какие истории она нам рассказывала!
— Ты должен был сегодня вечером остаться с Кей! — заявила Бет, смутив хозяйку.
— Что?! — не понял Оли.
— Кей хотела тебя нарисовать, а ты забыл. Свинья ты, Оли!
Оли, насколько мог, изобразил запоздалое раскаяние.
— Боже! Простите меня, Кей! — Он подошел к ней и взял за руку. — Бет права, я свинья!
— Вовсе нет, — возразила Кей, неловко улыбаясь.
— Нет, я свинья! — настаивал Оли, подмигнув Кей, отчего она заулыбалась смелее. — Но ведь и сейчас еще не поздно?
— В каком смысле?
Оли взглянул на часы:
— Еще только пол-одиннадцатого. Пойдем!
Не выпуская руки Кей, он привел ее в комнату для завтрака, отодвинул от стола стул и сел на него с каменным лицом, старательно выпрямив спину.
— Это так ты мне позируешь? — улыбнулась Кей.
