Джордайн огляделся. Все защитники были мертвы или обездвижены. Несколько крохотных огоньков вспыхивали тут и там — остатки защитной магии. Купол света, окружающий Азутских танцующих, быстро гас.
Один из эльфов спешил к Киве. За его плечами тяжело покачивался мешок, набитый книгами заклинаний и артефактами, и эльф бережно держал в руке два маленьких темных шара. Кива осмотрела шары и метнула их в защитный купол. Хрупкие кристаллы разбились вдребезги от удара, и клейкая черная субстанция начала обволакивать полусферу. Выхватив стрелу, эльфийка поднесла наконечник к одному из огней. Стрела загорелась. Кива высоко вскинула лук и выпустила пылающий снаряд на купол.
От удара стрела взорвалась огнем и энергией. Пламя заструилось вниз, как лава, быстро скрывая защитную полусферу за извивающейся, горящей стеной.
Безумная ярость охватила Андриса, состязаясь с жаром пылающего купола. Джордайн последовал за отступающими соратниками, останавливаясь лишь затем, чтобы подхватить раненного эльфа на плечо. Двое эльфов забрали товарища из рук Андриса и скрылись среди деревьев.
Джордайн побежал к Киве, которая стояла, наблюдая за огнем.
— Ты убьешь их всех!
— Быстро и эффективно, — она наградила его презрительной усмешкой. — Твой план был чудесен, в известной мере, но мне требовалось большего.
— Зачем? — взывал он, указывая на огненный купол. — Мы могли скрутить стражу, ограбить библиотеку и удрать до того, как защитный барьер был бы снят. Никто не должен был умирать!
Эльфийка не ответила. Андрис даже не был уверен, что она услышала его, так пристально она вглядывалась в потухающие огни. Неохотно он развернул ее, чтобы привлечь ее внимание.
Огонь ослабел почти так же быстро, как и вспыхнул. Защитный купол исчез тоже, явив пепелище внутри. Тела азутцев лежали сплетенные, со следами муки, а праздничные одеяния почернели и дымились.
Андрис пробрел меж них как во сне. Он присел у павшего жреца. Быстрого взгляда хватило, чтобы определить, что уже ничего не сделать.
Слабое хныканье достигло его ушей. Юноша встал и повернулся к озеру. На берегу лежала молодая женщина. Отблески разбросанных костров играли на ее бледной обнаженной коже, а запачканные крылья безвольно свисали с плеч. Ее лицо исказила боль и замешательство. Безотчетно, Андрис сбросил плащ и направился к ней.
Кива подбежала к девушке, успокаивающе говоря на эльфийском, зовя шамана. Две эльфийки склонились над сбитой с толку девушкой. Кива влила зелье ей в рот, пока шаман читала лечебную молитву. Наконец шаман помогла девушке подняться на ноги и аккуратно увела ее прочь. Андрис вцепился в Киву, не дав ей отправиться следом.
— Ундина, — объяснила она. — Озеро было ее домом, и это ее лицо пилигримы видели в воде. Азутцы были либо глупцами, либо шарлатанами, восхваляя Мистру за эти знаки «величайшего расположения»!
— Ты знала! — произнес Андрис с неожиданной уверенностью. — Ты знала, что ундина жила в Зеркале Богини. Зачем еще нужен был огонь, кроме как выманить ее из горячей воды на воздух?
Кива выразительно обвела взглядом беспощадную бойню:
— Многие легли трупами — волшебники, маги-гончие, жрецы Азута. На мой вкус, это хорошая ночная работа, даже без книг заклинаний. Которые я тоже намерена взять. Наши друзья уже должны были закончить обчищать библиотеку.
Книги заклинаний, добытые в Зеркале Богини, были настоящим сокровищем. Андрис понимал их цену и знал, что Киве они требуются, чтобы восстановить силу волшебника:
— Почему ундина?
Эльфийка посмотрела на него с насмешкой:
— Я предупреждала тебя, что это не подвиг для паладина. Я хочу опрокинуть порядок Халруаа, сбросить покровы с древних секретов. Ты ведь не мог ожидать, что это случится без огня и крови!
— Я не настолько наивен, — резко возразил Андрис. — Ради того чтобы увидеть, как Кабал будет разрушен, я буду сражаться и, если потребуется, умру. Но в честной и благородной битве, Кива, а не в бессмысленной резне.
На миг Кива казалась удивленной, а потом ее смех разлился над опустошенной поляной как фальшивящие колокольчики.
— Мой милый Андрис, я думала, что ты изучал приемы ведения войны! Разве тебе не говорили, что, когда все сказано и сделано, разница между победой и резней зависит от того, кто пишет историю?
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
После нападения на Зеркало Богини Кива, а значит и Андрис, отправились на север, предпочитая торговым трактам ухабистые, еле различимые тропы. Они ехали вдвоем, поскольку никто из мхейрских эльфов более не желал иметь с Кивой ничего общего.
Один эльф тогда получил сильные ожоги и теперь остаток жизни будет носить шрамы. Несколько других — были ранены мечом или заклинанием. Никто не погиб, впрочем, и они вернулись в Мхейр с богатой добычей. Кива убеждала сородичей, что магические сокровища вернут ее способность творить волшебство и подготовят ее к победе над Ахлауром.
И даже так, предводитель эльфов попрощался той самой ночью, попрощался решительно, не оставив возможности возразить. Кива не казалась сильно обеспокоенной этим отказом, но взяла с эльфов обещание позаботиться о раненной ундине. Андрису показалось, эльфы обиделись, что она сочла необходимым о подобном просить.
Они шли пешком, пока не добрались до глухой деревушки. Там несколько монет из сокровищ храма помогли разжиться лошадьми и припасами. Продолжив путешествие верхом, Кива изучала книги заклинаний неустанно, неистово; ее губы шевелились, когда она тренировала одно заклинание за другим. Каждый вечер, прежде чем остановиться и дать отдых лошадям, она практиковалась с маленькими кантрипами: призывала огни, зажигала костерки — такое в Халруаа умели даже дети.
Андрис еще никогда не видел столь яростной, полной сосредоточенности. Он знал волшебников и их образ жизни, но не представлял, что магию можно постигать так быстро. Усилия дорого стоили. Кива старела быстро и заметно, так, как будто выменивала собственную жизненную силу на другую разновидность магии. Одним нетерпеливым шагом за другим, как младенец, жаждущий проскочить детство за один день, так Кива поглощала книги и свитки.
Несколько дней они пробирались через горы, неуклонно двигаясь на север, а потом — на восток. Дорога становилась все более неровной и опасной. Каждый день Андрис допытывался у Кивы, куда и с какой целью они едут. Она не обращала на него внимания, пока не разозлилась. Оторвав взгляд пылающих золотых глаз от страницы, она выбросила вперед руку. Огненные брызги полетели в джордайна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
