Наступила ночь. Вошли солдаты с факелами и едой для рабов. После ужина в помещении осталось двое шолкинов и сколько-то охраняло барак снаружи. Санитарная обстановка внутри была отвратительной, запах стоял удушающий. Абиру явно не заботился о соблюдении приличий в том виде, в котором они были изложены Господом. Однако, должно быть, некоторые из наиболее религиозных шолкинов пожаловались, потому что несколько долинозов пришли сделать уборку. На каждого раба выплеснули ведро воды, а несколько ведер оставили для питья. Гворлы завыли, когда на них попала вода и долгое время после этого жаловались и ругались. Кикаха пополнил запас сведений Вольфа, сообщив ему, что гворлы, подобно сумчатым крысам и другим пустынным животным Земли, не нуждались в воде. У них имелось биологическое устройство, схожее с тем, что было у обитателей природных зон, окисляющих их жир в потребную окись водорода.
Взошла луна. Рабы ложились на пол или прислонялись к стене и засыпали. Вольф и Кикаха также притворились спящими. Когда луна показалась в дверном проеме, Вольф сказал:
— Я хочу попытаться порвать цепь. Если у меня не хватит сил и времени разорвать твою, нам придется играть роль сиамских близнецов.
— Давай, — прошептал в ответ Кикаха.
Длина цепи между их ошейниками была около шести футов. Вольф медленно, дюйм за дюймом, подкрался к ближайшему гворлу, чтобы цепь была менее натянута. Кикаха полз вместе с ним. Это короткое перемещение заняло примерно пятнадцать минут. Требовалось соблюдать осторожность, чтобы часовые в помещении не услышали их. Затем Вольф, повернувшись спиной к охранникам, взялся за цепь обеими руками, сильно натянул ее и почувствовал, как прочно скованы звенья. Тогда, собрав все силы, Вольф сделал резкий рывок.
Звенья с шумом порвались.
Двое шолкинов, громко разговаривавших и смеявшихся, чтобы отогнать сон, замолкли.
Вольф боялся обернуться, чтобы взглянуть на них. Замерев, он ждал, пока охранники обсуждали этот шум. Им явно не приходило в голову, что так могла звучать разрываемая цепь. Некоторое время они высоко держали факелы, рассматривая потолок.
Один пошутил, другой рассмеялся, и они возобновили прерванный разговор.
— Хочешь попробовать вторую? — прошептал Кикаха.
— Совсем не хочу, но если не попробую, мы будем в неудобном положении, — ответил Вольф.
Вольф немного подождал, так как гворл, с которым он был скован, проснулся от рывка. Он поднял голову и проворчал что-то на своем нелепом языке.
Вольф испугался. Если гворл попробует сесть или, чего доброго, встать, то его движения обнаружат работу Вольфа.
После нескольких жутких минут, гворл снова улегся и вскоре опять захрапел. Вольф чуть расслабился. Он даже натянуто улыбнулся, так как действия гворла подали ему идею.
— Подползи поближе, словно тебе хочется согреться возле меня, — тихо прошептал он Кикахе.
— Шутишь? — прошептал в ответ Кикаха. — Здесь такая духота, словно в парилке. Ну ладно.
Он тихонько подполз, и его голова оказалась возле колен Вольфа.
— Когда я порву цепь, замри, — сказал ему Вольф. — У меня есть идея, как привлечь сюда этих часовых, не встревожив тех, которые дежурят снаружи.
— Надеюсь, что смена караула еще не скоро, — заметил Кикаха.
— Молись Господу, — ответил Вольф, — подземному.
— Он помогает только тому, кто сам не промах.
Кикаха усмехнулся. Вольф рванул цепь изо всех сил, и звенья с шумом разошлись. На этот раз часовые перестали разговаривать, а гворл внезапно поднялся на ноги. Вольф укусил его за палец ноги. Тварь не закричала, а крякнула и начала подпрыгивать на одной ноге. Один из часовых приказал ему сесть, и оба двинулись к нему. Гворл не понял их языка. Но уловил тон приказа и заметил направленное на него копье. Он поднял ногу и принялся тереть ее, скрежеща проклятия Вольфу.
Часовые были уже рядом, и свет их факелов ярко освещал место действия.
— Давай! — скомандовал Вольф.
Он и Кикаха одновременно поднялись, стремительно развернувшись, и оказались лицом к лицу с растерявшейся охраной. Наконечник копья находился в пределах досягаемости Вольфа. Он протянул руку и, схватив древко, рванул копье к себе. Часовой открыл было рот, чтобы крикнуть, но тупой конец копья, ударившей его в челюсть, помешал этому.
Кикаха был менее удачлив. Шолкин отпрянул назад и занес копье для удара. Кикаха бросился на него, словно полузащитник на игрока с мячом. Он упал на землю и покатился, а копье лязгнуло выше о стену.
Но тишина была нарушена. Один из часовых уже призывал на помощь. Гворл поднял упавшее рядом с ним копье и метнул его в стоявшего поблизости охранника. Острие вышло из шеи.
Кикаха рывком высвободил копье, вытащил из ножен тесак убитого часового и ловко метнул его. Первый из вошедших шолкинов получил его по рукоять в солнечное сплетение. Увидев, что он упал, другие, рвавшиеся следом за ним, отступили. Вольф забрал нож у убитого, заткнул его за кушак и спросил:
— И куда нам дальше?
— Только не через эту дверь. Там нам не прорваться.
Вольф показал на дверной проем в противоположном конце помещения, и они устремились туда. По пути он подобрал выроненный часовым факел. Кикаха сделал то же самое. Дверной проем был частично забит землей, и им пришлось опуститься на колени. Вскоре они очутились в месте, через которое насыпалась земля. Свет луны падал сквозь дыру в каменных плитах потолка.
— Они должны знать об этом месте, — вслух подумал Вольф, — скоро эта гвардия будет здесь. Не надо торопиться.
Едва они миновали освещенное луной место, как наверху над ними запылали факелы. Беглецы шмыгнули вперед как можно быстрее, слыша через отверстие возбужденные голоса шолкинов. Секунду спустя в землю врезалось копье, едва не попав Вольфу в ногу.
— Они бросятся вслед за нами теперь, когда узнают, что мы покинули главное помещение, — сказал Кикаха.
Они побежали вперед, выбирая направление, которое, как им казалось, вело к черному ходу. Вдруг пол под Кикахой провалился. Он попытался переползти по плите, на которую упал, к следующей, но не сумел.
Одна сторона большой плиты поднялась, вторая опустилась и сбросила Кикаху в дыру. Кикаха закричал, выпустив факел. Оба упали.
Вольф остался стоять, уставившись на поднятую плиту и проем под ней. Из этой дыры не доходило никакого света, так что факел Кикахи либо погас, либо отверстие было настолько глубоким, что свет не доходил до верха.
Вольф застонал от отчаяния и подполз к краю ямы, заглянув туда. Шахта была, по меньшей мере, десяти футов шириной и пятидесяти глубиной. Она была выкопана в земле, и в разных местах вниз сваливались большие куски. На дне он увидел кучу земли, но ни самого Кикахи, ни даже следов его падения он не обнаружил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
