чуть не заметили какие-то люди, и вдобавок к этому оставили ловушку. В общем, я едва не умер. А когда возвращался, — Девин замолчал. Он сжимал кулаки.
— Всё в порядке? — Келмиур положил руку ему на плечо.
— Нет. Нет, не в порядке! Уроды оставили меня здесь погибать. Почему?! — последнее слово он прокричал прямо из глубин души, высвобождая мрачную ненависть.
С крон деревьев взмыли птицы и разлетелись во все стороны, создав над лесом темную сферу. Их гул разносился на далекие сотни метров. Лес оставался спокойным, чтобы не беспокоить Девина. Все трудности шли из его же головы. Не получится долго врать самому себе.
Девин сел на холодную каменистую землю.
— Мне так плохо. У меня не получается скрывать это, — сказал он на издыхании.
— Я всё понимаю. Мы решим и эту проблему, можешь положиться на нас. Ты наконец-то дома, Девин.
Девин посмотрел на Келмиура, наклонившегося к нему.
— Спасибо тебе. Я… дай мне минуту, надо прийти в себя.
Девин встал и потрусил головой. Дал себе пощечину. Было больно, но это сработало. Он неспешно подышал. Контроль над эмоциями вернулся.
— Да, всё нормально. Давай поговорим о чём-нибудь другом. Расскажи мне, как у вас всё устроено, — Девин пришел в себя.
— Ты прав, давай отвлечемся. Итак, быстрый экскурс в наше, так сказать, общество.
Девин кивнул и внимательно слушал его.
— Главный у нас Фонс, так как он всё это время был капитаном. Я, можно сказать, его правая рука. Поэтому все вопросы можешь решать со мной. Звучит просто, но на деле всё немного сложнее, — Келмиур протер глаза, — хоть Фонс и главный, люди не особо рады этому. Они помнят, как они подверг каждого из них опасности ещё в самом начале, когда приказал лететь на Гитери. Да, после этого он сделал много чего полезного для всех нас. Попытался, так сказать, очистить своё имя. Но сейчас мы все думаем головой, а в тот момент… когда мы проснулись и всё поняли… в тот момент мы думали далеко не головой. Эта ситуация навсегда отпечаталась в сознании каждого из нас, и то, что сделал Фонс, осталось на одном уровне с тем ужасом, который мы испытали. Может они бы и хотели его простить, но, мне кажется, что этому не бывать. Такова уж природа человека. Поэтому к нему не самое лояльное отношение как к управленцу. И мне надо найти выход из этой ситуации. Ну да ладно, это не твоя забота.
— Звучит… умно. Ты точно был охранником на корабле?
Келмиур рассмеялся. Девин тоже хмыкнул в ответ.
— Общество. Именно общество мы и пытаемся построить. Такое, в котором каждый его член будет полезен всем остальным и при этом это общество должно оставаться полезным человеку. Поэтому-то я тебя и повел сюда. Мы должны уметь защищаться и добывать пищу. Это то, что зависит от нашего физического «я». Это во-первых. Во-вторых, человек не сможет помогать обществу, если не у него не будет базовых знаний о мире, науках и прочем. Мы должны быть образованными. К счастью, мы нашли дома целый сектор-библиотеку.
— А откуда вообще эта база? Кто умудрился построить целый город под водой?
— Точно не знаю, никаких записей о чём-то подобном мы ещё не находили, но подозреваю, что подобные «города» строили для спасения самых важных людей. Скорее всего тех, кто выдавал себя за Доктрину. Там нет ни голограмм, ни плакатов, ни другой дребедени, которая рассчитывалась на промывку мозгов обычным людям.
— Промывка мозгов? Это ещё что-то такое? — переспросил Девин.
— Это то, как работала вся система Доктрины. Я тебе расскажу об этом подробнее позже. И дам книгу почитать.
Девин снова закивал. Придётся подстраиваться под здешние правила.
— Периодически я буду учить тебя стрелять. Но своим образованием ты будешь заниматься сам. Я дам тебе несколько советов, с чего начать, но потом всё в твоих руках. А затем мы распределим тебя на какую-нибудь должность, как и всех.
— Хорошо. Хорошо, — тихо сказал Девин, — ммм… а можно вопрос?
— Конечно.
— Вот то, что ты говорил о Доктрине. Почему ты так говоришь о ней?
Келмиур остановился.
— Как раз к этому веду. История не короткая, так что слушай внимательно.
Келмиур вздохнул. Глянув на Девина, он снова протер глаза.
— Я верю, что ты ценишь то, что Фонс спас тебя, и оставишь это в тайне. Итак. Что ты знаешь о Повстании?
— Повстание? Впервые слышу.
Келмиур ухмыльнулся.
— Правильный ответ. Эх Девин, мы всё делали правильно…
На лице Келмиура держалась легкая облегчающая улыбка.
— Девин, Доктрина — это кровожадный и крайне расчетливый хищник, который убивает незаметно. Прямо как рысь, напавшая на тебя.
Слева от них зашелестела трава. Одним движением правой руки Келмиур снял ружье со спины, а левой рукой отодвинул Девина, преграждающего ему путь. Три быстрых выстрела. Три громких взрыва. Одно тело.
— Даже когда ты пытаешься спрятаться, Доктрина всё равно достаёт тебя, — Келмиур подошел ближе к источнику болезненных стонов. Ещё один выстрел.
— Это тот олень.
— Как видишь, никому не скрыться. Но мы, члены Повстания, должны были побороть эту ужасную систему, — он достал из кармана веревки и связал лапы убитого животного: — подай вон ту толстую ветку.
Они пропустили ветку между лапами животного, взяли её с двух концов и понесли добычу. Келмиур продолжил:
— Фонс тоже был в Повстании. Мы работали вместе. И однажды его поймали, когда мы пытались взломать мониторы с пропагандой. Я успел сбежать, а его сцапали прямо на месте. Знаешь, как наказывала Доктрина вне зависимости от нарушения? Тебя сначала пытают самыми изощренными методами, чтобы выведать хоть что-то. В ход идёт всё — от подвешивания за шею на огромной высоте до ужина из собственных частей тела. Эти люди ужасны.
Когда они понимали, что большего не узнать, то стирали память человеку и все упоминания о нём где-либо. Просто уничтожали твою жизнь. В одну секунду ты полностью исчезал из этого мира. А дальше начинался так называемый «маскарад». Человеку вживляли искусственные воспоминания, создавали в нём
