Более-менее я пришел в себя, уже шагая по лестнице в сопровождении все того же лейтенанта. Мы поднялись на два этажа выше и вышли в длинный коридор.
– Что означают мои новые документы? – вежливо осведомился я у своего провожатого.
– Временный доступ, – после длительной паузы неохотно выдавил лейтенант. – Статус гостя Братства. Конкретно здесь это обозначает право ограниченного передвижения в здании. Можешь сколько угодно шляться по дому, пока не начнешь совать нос в закрытые зоны. Покидать здание без особого разрешения запрещается. Запрещается нахождение в коридорах в неуставное время. Нарушение статуса ведет к изъятию удостоверения «Г-8» и присваиванию нарушителю категории «П-12».
Елки-палки. Как по уставу оттарабанил. Статус, категория, закрытые зоны. Отбросив ненужную словесную шелуху, я мгновенно понял, что это значит, о чем не замедлил проинформировать лейтенанта.
– Короче, ясно. Заключенный. То – нельзя, это – недопустимо. Сиди себе и тупо смотри сквозь решетку на звезды. Кстати, звезды-то кремлевские отсюда видны?
– Нет. Звезды не видны, – меланхолично буркнул служака. – И «Г-8» – это совсем не «П-12» и уж тем более не «П-5». К твоему сведению, здесь неподалеку у нас имеются и камеры и решетки. И лучше бы тебе не стараться с ними познакомиться.
– Какая разница? Пленник – это и есть пленник. «Г-12» или какая там у вас еще есть цифирь ничего не говорят мне. Я не могу уйти сам, и для меня этим все сказано… А что будет, если я сейчас решу врезать тебе в нос и попытаюсь удрать по коридору?
Ух, какой я стал смелый. С чего бы это вдруг? Наверное, надоело выслушивать всякие тупые приказы и плясать по указке убогих личностей, вроде этого лейтенанта с физиономией ярого служаки. Хватит. Со мной лучше обращаться по-человечески… а то я кричать стану и ногами топать.
– Тогда я буду вынужден стрелять на поражение. – Лейтенант выразительно прикоснулся к кобуре. Ну все, сейчас я тебя уем, стрелок вшивый…
– Да, если дело обернется так, то у меня, пожалуй, не останется выбора, кроме как использовать вот это. – С этими словами я закатал рукав и сунул свою левую руку ему прямо под нос.
Все-таки лейтенант оказался гораздо сообразительнее, чем о нем можно было сказать на первый взгляд. И кольцо вероятности он узнал мгновенно. Точнее не само кольцо, потому что его, естественно, видно не было, а след, оставленный этой чертовой железякой на моей многострадальной шкуре. Действительно, не заметить мраморно-белый ободок шириной в два пальца, охватывающий мое запястье, было бы весьма непросто.
Точно! Я его достал! Бедняга аж споткнулся и побледнел.
Стоит задуматься, если даже этот офицерик так боится силы кольца, то насколько же я могуч на самом деле? Возможно, мне достаточно всего лишь подумать, чтобы этот бедняга тут же скопытился? Или нет? Вполне может быть, что я способен убивать даже мыслью, надо только понять как… Но я же не собираюсь этого делать. По крайней мере, сейчас. Да я и не умею! И, если честно, не имею ни малейшего желания учиться.
А что бы случилось, если я на самом деле бросился бы удирать в сторону лифта? Очевидно, этот парень на самом деле стал бы палить мне в спину. И… скорее всего, убил бы меня на месте.
– Ладно-ладно, не нервничай. Мне пока еще провожатый нужен, а то я до своей камеры не дойду. Заблужусь.
Ладно, хорошо. Пока достаточно. Не стоит перегибать палку. У него и так уже все лицо пошло пятнами. Желваки так и играют.
– Вот ваша комната. Если что-нибудь понадобится – обращайтесь на пост охраны или к дежурному по этажу.
– Непременно. – Я вошел в комнату и, повернувшись, мягко захлопнул дверь прямо перед носом напряженно стиснувшего кулаки лейтенанта.
М-да… Комната моя на тюрьму никак не тянула. Во-первых, в камерах обычно бывают решетки на окнах. Хотя зачем здесь, на восьмом этаже, решетка. Я же не псих, чтобы выпрыгивать, хотя, помню, было как-то раз… Во-вторых, дверь не запирают. Это уже плюс. И обстановочка для тюремной камеры что-то слишком уж богатая.
Забравшись на диван, я с наслаждением вытянул ноги и почесался. Это напомнило мне еще об одном дельце.
Оказалось, что здесь есть еще и душ. И ванна. И джакузи, если вот эта лоханка и есть то, что я под этим понимаю. Неплохие условия предоставляют гостям по форме «Г-8». Я, пожалуй, не отказался бы здесь пожить. Если бы еще кормили, и Ольга была со мной…
Я вздохнул. Оля… Как ты там без меня? Жива ли вообще? Что я здесь делаю без тебя? Надо было настоять, чтобы тебя привезли ко мне.
Оля… Я должен убедиться, что с ней все в порядке.
Наспех помывшись, я выбрался из душа и сразу же метнулся к телефону.
Поднял трубку. Недоуменно посмотрел на аппарат. Ни кнопочек с цифрами, ни диска номеронабирателя как на старых аппаратах. Значит, должна быть телефонистка. Вот только в трубке тишина. Может быть, аппарат неисправен?
– Алло… Алло! Есть здесь кто-нибудь?
– Дежурный по этажу слушает. – Голос женский, немного усталый, но доброжелательный.
– Алло… – Я чуть было не поперхнулся. – От вас можно позвонить по междугородней?
– Возможность доступна.
– Тогда, пожалуйста…
– Личность не установлена. Назовите ваш идентификационный номер и статус.
– А… Я…
– Ответ неясен. Повторите, пожалуйста.
Черт возьми… Я только в этот момент понял, что разговаривал с машиной, а не с живой телефонисткой. Вот это номер! Неужто Братство создало искусственный разум?
– Кхм… Как бы это сказать… Я еще не знаю свой номер. А не скажете ли, где его можно узнать?
Я машинально продолжал обращаться к своей электронной собеседнице на вы. А как еще к ней надо было обращаться?
В трубке что-то пискнуло и умолкло. И тишина. Примерно с полминуты я ждал ответа, потом легонько тряхнул трубку.
– Эй! Вы еще слушаете?
В трубке что-то зашипело, а потом снова пробился голос. Мужской. Раздраженный:
– Алло! Кто говорит?
– Это Антон Зуев. Я всего лишь хотел заказать звонок.
– Так в чем же проблема?
– Я своего кода не знаю, который вы от меня требуете! – Я уже едва сдерживался, чтобы не закричать.
– Нет кода?.. Как так? Подожди, я посмотрю в базе. Еще раз: как тебя зовут?
– Антон Зуев… Тьфу. – Я быстренько посмотрел на свою карточку. – То есть Иван Петухов.
В трубке снова послышалось шипение, потом снова раздался раздраженный мужской бас. На этот раз еще более раздраженный, чем минуту назад. Блин! Никакой культуры общения.
– Петухов, он же Зуев! Временный доступ по статусу «Г-8». Ты что мне мозги паришь? Как это у тебя нет кода?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
