ее другом, это все, о чем я прошу. Надеюсь, когда-нибудь она будет готова снова поговорить со мной, но пока ей нужен кто-то. И ты — лучший кандидат».
«ОК. Я сделаю это. Но я не ищу с ней отношений».
«Я знаю, Пит. Еще раз спасибо. Если ты будешь дома на День благодарения и у тебя будет свободное время, позвони мне».
Мы повесили трубку. Я надеялся, что Мелани поговорит с ним. В конце концов, она должна была забыть о своей привязанности ко мне. Если она этого не сделает, у нее никогда не будет ни с кем отношений. Я беспокоился о Бекки точно так же. Я боялся, что она слишком много надежд возлагает на будущее. Я не отвергал это прямо, потому что все возможно, и, честно говоря, я мог бы увидеть себя с ней в будущем, если бы судьба свела нас вместе. Я не считал это вероятным, но, учитывая то, что произошло с Биргит, я ни на что не рассчитывал и ничего не игнорировал.
Во вторник после школы я играл в шахматы с шахматной командой. Я сыграл вничью пару партий, и это меня порадовало. В среду мы играли с Ларри. Мне нравилось проводить с ним время. Теперь, когда я не пытался соревноваться, мы с ним могли разговаривать во время игры. Я получал по заднице, но это стоило того, чтобы провести время с ним. Шахматы теперь были для меня скорее социальным мероприятием, чем серьезным соревнованием.
В четверг я увидел Мелани в коридоре школы. Она встретила мой взгляд, и я подошел к ней.
«Привет», — сказал я.
«Привет», — ответила она угрюмым и грустным голосом.
«Мелани, ты знала, что рано или поздно это должно было случиться. Я пытался тебе сказать».
«Я знаю, что пытался. Мне очень жаль. Будешь ли ты снова моим другом?»
Она выглядела такой маленькой и уязвимой. Это была не та Мелани, которую я знал.
«Конечно, буду. А как же Дженнифер?»
«Нет, я не могу. Не сейчас. Я не знаю, когда».
«Она часть моей жизни, Мелани, и, вероятно, всегда будет ею».
«Я хочу этого и не могу получить».
«Ты можешь быть частью моей жизни как мой друг».
«Но я хотела быть частью твоей жизни, как Дженнифер!» — Она повернулась, плача, и побежала прямо в туалет для девочек.
И это все. В какой-то момент для Мелани это перестало быть просто сексом. И я упустил это. Опять. Ее поведение по отношению ко мне не изменилось — или изменилось? Ее отчаянное желание быть со мной, проводить время вместе один на один, ее разрушение отношений с Питом, использование меня в качестве причины, было ли все это знаками? Или я читал в них что-то, чего там не было. Я понятия не имел, и мне нужно было идти на занятия.
Я не видел ее до конца дня, и когда я искал ее после школы, я не видел, чтобы она шла домой. Поскольку мне нужно было успеть на автобус, я не мог тратить время на ее поиски. Как только я пришел домой, я пошел в свою комнату и набрал ее номер. Ответа не было, поэтому я решил поплавать и заняться домашним заданием. Я попробую снова после ужина.
Стефани вернулась из школы и заглянула ко мне в комнату.
«Значит, ты все-таки не такой уж «тупой мальчик», — сказала она с ухмылкой и скрылась в коридоре.
Я даже не потрудился ответить. Должно быть, она прочитала дневник вчера вечером, когда я играл в шахматы с Ларри. Так что теперь она точно знала, что я сделаю то, что она хочет. Я только надеялся, что до этого еще несколько лет. Я выбросил это из головы и вернулся к переводу отрывков из испанского романа. Я пожалел, что не обратился за помощью к Мелани. Я понял, что мне нужно позвонить Дженнифер и рассказать ей. Я подняла трубку.
«Дженнифер, Мелани говорила со мной сегодня».
«О? Как она?»
«Плохо. И есть новое развитие событий».
«Ты имеешь в виду, что она любит тебя и хочет отношений с тобой?»
«Черт побери, Дженнифер! Как ты это делаешь?»
«Я видела это. Когда вы трахались, ты поцеловал ее в шею, и на ее лице появилось выражение не просто приятного чувства, а эмоционального удовлетворения. Что-то в ее глазах сказало мне, что она влюбилась в тебя по-настоящему, так, как вы оба говорили, никогда не случится. Именно это побудило меня сказать, что все кончено, но также и принять участие, чтобы дать понять, что она не получит тебя в личное пользование. Чтобы защитить нас».
«И ты не могла сказать мне об этом?»
«Сказала, но косвенно. Вот почему я не могла больше допускать ее в наши отношения, почему я не могла с этим смириться. И если бы я не положила этому конец сейчас, я не знала, что может произойти. Вы сначала были вместе, у вас есть общая связь через Биргит, вы сначала были друзьями и так далее. Был риск, что ты можешь заняться с ней любовью, а этого, Стив, я не переживу. Это было бы как с Бекки заново».
«Значит, Мелани была угрозой?»
«Да».
«ОК. Мне не нужно больше никаких объяснений. Я знаю, где ты проводишь черту, и меня это устраивает. Я люблю Мелани, но не так. Я никогда не любил и никогда не буду. Да, у нас были особенные отношения, за которые я благодарен, но теперь все кончено. Честно говоря, так и должно было остаться. Это было мое желание, ты помнишь».
«Да. Я знаю. Я снова подтолкнула тебя к сексу с кем-то в своих эгоистичных целях, и все обернулось плачевно. Извини».
«Ты хочешь просто забыть обо всем этом разрешительном дерьме и стать эксклюзивной? Это было бы намного проще».
«Нет. Может быть, если бы ты не собирался в Швецию в течение года, я бы согласилась, но нет. Я думаю, тебе нужно сопротивляться мне, когда я тебя подталкиваю».
«Это касается и Стефани?»
«Нет! Это единственное исключение. Но в остальном, пожалуйста, не позволяй мне подталкивать тебя к сексу с кем бы то ни было, хорошо?».
«ОК, Дженнифер».
«И я серьезно хочу исследовать свою дикую сторону с тобой. Не с тобой и Мелани, а только с тобой».
«Как хочешь, Дженнифер. Пока это только ты и я. Больше никаких групп. Даже с Мэри, которая все понимает. По какой-то причине ты не можешь с
