– У меня была огромная перегрузка в последнее время. Я имею в виду работу. Потому что Питер болел, ну и так далее. – Она посмотрела на него и увидела, что он ей не верит. На мгновение закрыв глаза, она продолжила: – Вспомни, я рассказывала тебе, что не переношу высоты, полетов на самолете и боюсь лифтов. От всего этого у меня возникает тошнота. В последнее время я сполна испытала все эти эмоции.
– Ты забыла про икоту, – добавил он.
Она пожала плечами, бросила на него ироничный взгляд и хотела отшутиться, но неожиданно для самой себя начала икать. Он вскочил, побежал на кухню и на этот раз вернулся с бренди.
– Я подумал, что ты избегаешь спиртного из-за беременности…
Она сделала глоток, глубоко вздохнула и, когда согревающее тепло проникло во все клеточки ее тела, болезненная икота исчезла так же внезапно, как и появилась.
– Конечно, то, что сказала моя секретарша по телефону, прозвучало очень подозрительно. Я даже сделала ей замечание за то, что она провоцирует слухи о моей беременности, но при этом не подозревала, насколько близка к истине. Зачем ты позвонил мне?
– Чтобы разобраться со всем этим. – Он кивнул на эскизы, неожиданно схватил их и смял в комок. Эйрин наблюдала за ним, широко распахнув глаза. – Но… – Дэниел замолчал и посмотрел на нее сверху вниз, – но когда я узнал от миссис Джексон неожиданные подробности, то подумал, что у меня появился еще один шанс.
– Какой шанс? Не понимаю.
– Еще один шанс найти дорогу к тебе, Эйрин.
– Но… У тебя накопилось против меня столько обид, уж не говоря о том, что я – ходячее недоразумение, по твоему определению. Не могу поверить, Дэниел.
Он сел рядом с ней и шутливо заметил:
– И я тоже. Расставаясь с тобою в последний раз, я думал, что никогда больше тебя не увижу. Я не слушал ни мать, ни Рони. Убедил себя в том, что все прошло… – Он замолчал и вздохнул. – Но, увидев эти эскизы, я понял, что ошибался. Мне самому было удивительно, какую… неожиданную ярость они у меня вызвали. Потом я узнал, что ты беременна, и окончательно вышел из себя. Но, конечно, не из-за самого факта беременности, – добавил он устало.
– Тогда из-за чего?
Эйрин затаила дыхание. В его глазах ока увидела такую муку, что ей захотелось прижать к себе его голову и заставить забыть обо всем дурном, дать ему утешение.
– Из-за того, что убедил себя, будто ты – не то, что я ожидал. Хотя основания для этого у меня были. Ведь ты не объяснила мне ничего. Сказала, что солгала моей матери. И, в довершение всего, приняла контракт. – Ей показалось, что перед ней сидит бесконечно родной человек, что все, что было в ее жизни до него, несущественно и неинтересно, что до него она вообще не жила, а просто существовала. Эти чувства так захватили ее, что она замерла в оцепенении. – И несколько минут назад, ~ сказал он, – тебе стало плохо, но, как выяснилось, только от переутомления. Значит, я здесь ни при чем.
Она судорожно вздохнула.
– Я солгала твоей матери только в одном, – еле слышно прошептала Эйрин. – Она спросила меня, не влюблена ли я в тебя. Я ответила, что «нет». Это была моя единственная ложь.
– Эйрин!
– Нет, Дэниел. – Она положила свою руку на его ладонь. – Дай мне закончить. Между нами столько недоразумений, начиная с твоих слов, что ты создан не для меня. Как я могла справиться с этим? Тем более когда рядом была Эйбл, с которой, как я думала, твои отношения еще не были окончательно разорваны.
– Эйбл, – прервал он ее, – ушла из моей жизни раз и навсегда. Это случилось три года назад, задолго до того, как я встретил и полюбил тебя.
– Но ты сказал, что сохранил бы ваш брак…
– Да, я так сказал. Но сделал бы это только ради ребенка, потому что считаю: у каждого ребенка должен быть отец и каждый ребенок должен жить в семье. А попытки Эйбл сблизиться с Рони всего лишь снова проявили ее истинное лицо. Меня они не задевали. – Эйрин нахмурилась. – Тогда как одна мысль о том, что ты флиртуешь с Рони, – с усилием продолжил он, – доводила меня до бешенства, и я с трудом удерживался от желания придушить вас обоих.
– Но в Сан-Бич я видела, что ты расстроен из-за Рони и Эйбл и именно по этой причине хочешь уехать из поместья.
– Да, но истинная причина заключалась в том, что мне просто было противно. Только и всего.
Она немного подумала и беспомощно сказала:
– И все-таки я не понимаю, зачем ты настоял, чтобы я присутствовала на вечере?
– В Сан-Бич на меня навалилось сразу столько противоречивых чувств, что мне показалось, будто меня атакуют со всех сторон. – В первый раз искорка юмора блеснула в его глазах. – Сначала ты заявила, что не хочешь получить контракт. Потом продемонстрировала готовность оставить все, что было между нами, позади безо всякого сожаления. Тут я понял, что не могу позволить тебе уйти. – Губы Эйрин раскрылись от изумления. – Так что дело не в контрактах и ни в Эйбл, а только в нас с тобой. Есть только ты и я. Ты это понимаешь?
Чувствуя, как кровь приливает к лицу, она закрыла щеки ладонями.
– И как я должна была догадаться обо всем? Ты ничего не говорил…
– Да, знаю, это моя вина. Разве я мог заглянуть так далеко, когда ты вошла в мой офис босиком? Я действительно был разочарованным циником и не собирался сближаться ни с одной из женщин.
– И что тебя заставило измениться? – спросила она. – Ты пришел сюда с ненавистью ко мне и к тому, что я делаю… – дрожащим голосом сказала она.
– Я пришел сюда, ненавидя себя за то, что влюбился в тебя, тогда как осталась ты ко мне равнодушной.
Эйрин не могла вымолвить ни слова и лишь молча смотрела на него. Тысяча эмоций отразилась в ее бездонных карих глазах. Потом она встала и отошла к окну. За окном шумела вечерняя жизнь, на улице зажглись фонари, по мостовой неслась бесконечная вереница машин. Она почувствовала, что он стоит за ее спиной, полуобернулась к нему и сказала с отчаянием:
– Тогда, на вечере, я и в самом деле думала, что смогу наладить ваши отношения с Эйбл. Но все кончилось ничем. И когда ты так жестоко оставил меня одну, я приняла решение не доверять тебе больше никогда, Дэниел. Я никогда не смогла бы сблизиться с мужчиной, если бы не любила его. Но я знала, что для тебя это не так.
– Эйрин…
– Нет, – спокойно ответила она, – ты не доверял мне даже после того, как я позволила тебе заглянуть в мою душу… Прости, но я не хочу снова испытать такое разочарование. Мне это не по силам. Не скрою, я пока нахожусь у разбитого корыта. Но обязательно с этим справлюсь, со временем, конечно.
Дэниел сделал над собой усилие, чтобы не прикоснуться к ней. Она видела, как желваки яростно заходили на его скулах. Он был так напряжен и сосредоточен, будто для него сейчас решался вопрос: жизнь или смерть? Ей стало его глубоко жаль.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
