я, — займите свое место и давайте вернемся к деловому разговору.
— Хорошо-хорошо, — призрак всплеснула руками и тотчас оказалась в кресле. — Какой ты сегодня нервный, Павел Филиппович. Того и гляди на «вы» себя заставишь называть.
— Вряд ли вы согласитесь.
— Очень вряд ли, — не стала спорить хозяйка дома и поправила свое призрачное платье, соскользнувшее с плеча.
— Я способен предложить вам больше, чем вы можете представить.
— Вся внимание.
— Первое — вы официально получите свою гардеробную в личное пользование. И в вашу бывшую комнату я буду пускать гостей только с вашего разрешения.
Любовь Федоровна положила ладонь на грудь и уставилась на меня.
— Второе — я не стану вас развоплощать.
— Это уже не звучит как условие, — проворчала пришедшая в себя Любовь Федоровна. — Скорее как угроза.
— Что поделать, у нас с вами свободная форма договора.
— Ясно, в профсоюз с таким не пойдешь.
— Также я обещаю вам доступ в сейф, где вы можете трогать деньги.
— То есть? — нервно уточнила женщина.
— Я закажу для вас некую сумму в банке, чтобы вы могли ее считать, так сказать, наяву.
— И записывать номера, — неожиданно восхищенно протянула Виноградова и зажмурилась. — А сможешь иногда менять деньги на свежие?
— Думаю, что с этим не будет проблем, — я постарался скрыть улыбку.
— А ты умеешь угодить даме, — Любовь Федоровна поправила волосы, которые случайно скатились со лба. — Чертяка.
— Как скажете, уважаемый бухгалтер адвоката Чехова.
— Некроманта, — добавила женщина и погрозила мне пальцем. — Не забывай о своих плюсах. К примеру, именно потому ты и смог нанять лучшего бухгалтера Петрограда из ныне живущих и почивших.
— Неужто и впрямь лучшего? — поддел я.
— Поживешь — увидишь, а умрешь — удостоверишься.
— Типун вам на язык, — я трижды плюнул через плечо, больше для острастки.
Но этим развеселил свою новую сотрудницу.
— Ты не пожалеешь, Павел Филиппович. Обещаю, что будешь доволен моей работой. А по поводу листовок, — она ловко смяла бумажку призрачными пальцами и запустила комок в мусорную корзину, — забудь. Я смогу организовать тебе отличную рекламу.
— Сможете? — с сомнением протянул я.
— Не расплатишься ты со мной, некромант. Ох, чую, что вгоню тебя в долги лет на триста, — засмеялась женщина, враз став похожей на живую.
— Расплачусь, — я хитро сощурился. — Вот возьму и переведу свои активы со свечного завода под ваше управление.
Любовь Федоровна подавилась смешком, и ее лицо приобрело странное выражение, которое появляется у котов, увидевших добычу. Глаза расширились, зрачки стали огромными, а губы задрожали.
— Не шутите так со старой больной женщиной, — произнесла она сдавленно.
— Какие уж тут шутки, Любовь Федоровна, — теперь уже я погрозил ей пальцем. — Если ваш испытательный срок будет отработан как положено и без нареканий…
— Испытательный? — удивилась Виноградова.
— Все по закону, — я пожал плечами.
— Молодой ты еще, Павел. И наивный. Ну ничего, я научу тебя и налоги не платить и находить лазейки в законах.
— Без фанатизма, Любовь Федоровна.
— Никогда не страдала срамными болезнями, — отмахнулась призрачная дама. Быстро подписала документ и вышла из кабинета через стену.
Я потер лицо ладонями и решил, что заключил, пожалуй, выгодную сделку.
Дело о Васильевской лавке почти закрыто. Нужно только дождаться, пока клиент получит деньги. Остался ещё один нерешенный вопрос, который я хотел бы решить как можно быстрее. Встал из-за стола, вышел из кабинета.
Фома нашелся на крыльце. Он сидел на ступенях и с интересом смотрел в одну, только ему видимую точку на красных кирпичах арки.
— Занят? — уточнил я, подходя к слуге.
Фома вздрогнул и обернулся. Посмотрел на меня:
— Простите, барин, задумался. Что вы спрашивали?
Я с удивлением заметил, как изменилась манера общения Фомы. И с просторечного диалекта, распространенного в рабочих кварталах, тот довольно легко перешёл на обычный язык.
— О чем задумался? — уточнил я.
— Да про этого парня, который технику привозил, — Фома кивнул в сторону арки, где скрылась машина работника. — Хронос, а работает обычным курьером. Чудно это.
Я недоверчиво посмотрел на парня:
— Хронос? Тебе не показалось?
— Не показалось, мастер, — покачал головой Фома.
Что же, тогда понятно, как парень так быстро собрал технику, подключил ее, настроил принтер и сеть. Да ещё и модемы подключил. Парень мог управлять временем. Ускорять его ход, замедлять, или даже поворачивать ход времени вспять на пару мгновений. Такие способности были редкостью, а сфер для их применения очень много. Повелителей времени можно было пересчитать по пальцам. И все они обычно работали либо в охранке, либо занимали высокие посты в корпорациях. Но простой курьер-сборщик, пусть и в крупной лавке… это и правда было чудно.
— Я хотел бы попробовать заняться твоим делом, — начал я. — Про порт, который тебе должен остался. Шансов, что все получится немного, но…
Фома несколько секунд недоверчиво смотрел на меня, словно пытаясь понять, не шучу ли я. А затем, на широком простом лице парня расплылась улыбка:
— Правда, вашество?
Я кивнул, и Фома вскочил на ноги и затараторил:
— Спасибо, барин. Вовек вашей доброты не забуду.
— Пока не за что, — ответил я. — Да и к тому же повторю: шансов, что приказчик отдаст деньги немного.
Фома чуть погрустнел и кивнул:
— Все равно спасибо, Павел Филиппович.
— Мне нужно, чтобы ты написал заявление о предоставлении твоих интересов. И передал его Арине Родионовне, когда она вернётся.
— Сделаю, — закивал Фома.
— Что мне нужно передать? — послышался от арки голос секретаря.
— Фома напишет заявление о предоставлении интересов, — повторил я. — А потом я займусь его делом.
— В чем суть? — тут же уточнила секретарь.
Девушка на ходу сняла с головы шляпку, и по ее плечам рассыпались волосы. На дорожку упало несколько шпилек, которые секретарша быстро подняла.
— Да приказчик в порту меня уволил и забыл рассчитаться, — ответил парень.
Арина внимательно посмотрела на него и уточнила:
— Ну что? Тогда пойдем писать?
Парень закивал и направился за Ариной в офис. Я тоже решил вернуться на работу.
Девушка вошла в приемную, двинулась к столу, повесила сумку на спинку кресла:
—
