при других обстоятельствах, — ответил управляющий, пришедший в себя.
— Конечно. Не трудитесь провожать меня.
Я вышел из кабинета. Секретарша продолжала увлеченно печатать, время от времени поглядывая на экран компьютера. Я прошёл через приемную, выбрался из здания и осмотрелся по сторонам. И ко мне тут же подошёл один из дружинников:
— Позвольте проводить вас, мастер Чехов.
Значит, Антон Сергеевич уже сообщил охране, что наша встреча закончилась. И предупредил их, чтобы меня провели до дверей и проследили, чтобы я не шатался по территории. Довольно улыбнулся: значит начальник порта лукавил и ему есть что скрывать.
— Прошу вас помочь мне выбраться отсюда, — согласился я с дружинником, и направился вслед за ним к воротам.
Когда я обернулся, то заметил, как на втором этаже качнулась желтая занавеска. Какой же занятой человек станет смотреть как с его территории уходит обыкновенный адвокат?
Дела у адвоката
Створки со скрипом захлопнулись за моей спиной, и я тяжело вздохнул. Стоило признать, что первый ход в этой партии остался за управляющим порта. Впрочем, это было предсказуемо. Местный хозяин был мужик стреляный, и повидал в жизни немало. Думаю, что он имел связи, которые позволяли ему вести себя смело и не бояться угроз. Хотя упоминание моего батюшки все же заставило Антона Сергеевича дрогнуть. Ясное дело, Чехова подкупить он не мог и давить на начальника охранки было нечем.
Осознание этого наполнило меня умиротворением. Пусть с отцом мы порой не приходили к взаимопониманию, но я точно знал, что мой родственник — человек порядочный.
Я скрестил на груди руки и не спеша пошел по дороге вдоль высокого забора.
Хоть мне и не хотелось, но все же придется применить силу. И если даже это ничего не даст — идти в суд. Шансов у меня было немного, а если точнее — их не было вовсе. Вряд ли кто-то из работяг пойдет свидетелем, боясь испортить отношения с управляющим. И даже уволенные трудяги вряд ли рискнуть здоровьем ради постороннего парня. А начинать полномасштабную войну против порта мне отчаянно не хотелось. Быть может, однажды я и сумею разворошить это осиное гнездо и восстановить справедливость для каждого. Но не сейчас. Понимал, что не потяну и совершенно точно проиграю, если начну эту великую битву сегодня.
— Подожди, Антон Сергеевич. Будут и на твоей улице похороны, — пробормотал я.
Но у меня уже созрел один хитрый план, как можно попытаться взыскать деньги с подлого приказчика для Фомы и при этом не доводить дело до суда. Правда, придется прибегнуть к моим особым талантам.
Никем не преследуемый я обогнул огороженную территорию предприятия, свернул на узкую Портовую улочку, которая спускалась к воде. По обе стороны тянулись серые девятиэтажки, фасады которых были густо исписаны граффити. Под ногами хрустели осколки стекла, куски шифера и битого кирпича.
Прошел к бетонному спуску, о который бились пенные волны. Воровато осмотрелся по сторонам и убедился, что никого поблизости не было. Я скинул пиджак, свернул его и аккуратно сложил на выбеленную водой и солнцем бетонную плиту. Над головой носилась пара неугомонных чаек. Чуть дальше от берега покачивались буйки, а ближе к горизонту виднелась лодочка, с которой какой-то упрямый мужик пытался ловить рыбу.
тут я выдохнул, неспешно призвал силу и активировал тотемы. На секунду замер от эйфории, которую дала темная энергия. Она прокатилась по сосудам, гонимая горячей кровью, а потом волной мурашек прошлась по коже. Каждый волосок на теле приподнялся.
Я сжал кулак, активировав "Радар". И от меня в разные стороны разошлась серая волна. Ее не ощутил никто из живущих. Даже глупые чайки продолжили реять в небе, беспорядочно покрикивая. А вот выбежавший из-под бетонной плиты полосатый кот недовольно зашипел и рванул прочь.Я искренне верил, что в порту порой творятся темные дела, а значит трупы поблизости обязательно найдутся. И оказался прав.
С минуту ничего не происходило. Лишь сила напряженно вибрировала, изливаясь из тела. А затем от моря послышался едва различимый шепоток, который постепенно перерос в гул. И я активировал связующие нити. По коже пробежал холодок от контакта с призраками. Их было много. Слишком. Я стиснул зубы, чтобы остаться в себе и не дрогнуть. А потом принялся выбирать того из умерших, кто был бы мне полезен. Тут были старые кости, давно обточенные приливами. Почти истлевшие тела, которые что-то удерживало на дне. Совсем еще свежая девица, которая, не останавливаясь, визжала отборным матом. Я поморщился и обрезал нить, которая тянулась от нее. Не хватало мне еще озлобленного призрака вынуть на белый свет. От нее я не получу ровным счетом ничего, кроме потока ярости. Перебирая всех тоскующих и стенающих мертвецов на дне, я нашел одного, который обиженно бурчал что-то про порт. И смерть его была совсем недавней.
Я накинул на него петлю, а остальные нити резко оборвал. Призрак встрепенулся и принялся жадно вбирать в себя темную силу. Я подождал несколько секунду, пока он не напитается, а затем потребовал:
"Явись".
Звать умерших стоило уверенно и без тени страха. Иначе сущность продолжить жрать твою силу, а команду выполнять даже не подумает. Любой покойник со временем теряет связь с миром живых и забывает себя. Порой это происходит постепенно, медленно. Особенно если человек жил хорошо или оставил в этой реальности незавершенные дела. А вот ежели несчастный существовал в нужде и смерть принесла ему лишь облегчение, то он может покинуть этот мир быстро и после него останется только жадная тень души. Но даже ее хороший некромант может использовать и вызнать все, что ему надобно.
Через несколько секунд из воды появился полупрозрачный мужчина в рабочем костюме с логотипом порта. Призрак выбрался на берег, подволакивая ногу, и застыл, неподвижно глядя на меня. Смотрелся он жутковато. Очевидно, что мужчина при жизни хоть обладал крепким сложением, но не мог похвастаться привлекательной внешностью. Поперек лица проходил грубый рубец, который придавал ему лихой вид. Губы при этом кривились в постоянной ехидной ухмылке.
"Зачем ты потревожил меня, чернокнижник"? — послышался в голове шелестящий шепот.
— Хотел узнать кое-что об управляющем порта, — просто сказал я.
"Редкая мразь, — был мне ответ. — Это все"?
Я покачал головой:
— Поподробнее бы. Например, обманывает ли он с зарплатой?
Призрак, казалось, даже удивился такому вопросу. Он склонил косматую голову к плечу и окинул меня мутным взглядом.
"А кто же не обманывает честного работягу? Всяк старается сэкономить".
