обличьем.
− Ты сейчас о чём? Кого я прячу? Я тебя вообще не понимаю, − ответил Виго и снова перевёл взгляд на картину.
− В самом деле? — спросил Доменик, и с его лица исчезла улыбка. — Ты и в самом деле не знаешь, кто это?
− Тебе поклясться что ли на Святой книге? Конечно, я не знаю! — раздражённо ответил Виго, не сводя с картины глаз. — Хотя работа прекрасная.
− Это твой помощник, Эмерт. Я был уверен, что ты знаешь…
− Кто?! Это — Эмерт?! Но Эмерт — мужчина!
Виго посмотрел на Доменика, потом на картину, потом снова на Доменика и снова на картину.
− А ты в этом уверен?
− Я? Хм… Ты вообще… С чего вообще ты это взял?! — спросил Виго внезапно охрипшим голосом.
− Ну, я же художник. Могу отличить анатомию мужчины от анатомии женщины, − ответил Доменик так, будто сама постановка вопроса вызвала у него удивление. — Мужская ладонь и запястье совсем другие. Кадык, пропорции тела, скулы, кожа… Это всё видно. Да и поведение. Неужели ты не знал? Ну или не замечал? Хотя, как это можно не заметить…
− Да не может быть… − прошептал Виго, вглядываясь в картину и начиная понимать, что за неуловимое сходство он заметил сразу.
Или может?
− Извини, я просто был уверен, что это перевоплощение — твоя идея. Но я же говорю, твои тайны — это твои тайны, и кто я такой, чтобы в них лезть. И тем более, кому-то о них рассказывать. Как и тайны Оливии. Поэтому поговори с ней сам…
Но Виго не слышал того, что дальше говорил его брат. Он смотрел на картину и не мог оторвать глаз. В отличие от самого Виго, у Доменика был совершенно особенный талант в живописи. Мазки мазками, композиция, свет, всё это, конечно, имело значение, но… Доменик умел вдыхать в свои картины жизнь. И девушка на холсте была настолько реалистична и прекрасна, что, казалось, она сейчас моргнёт, увидит строчки на листе и продолжит писать письмо. Или повернёт голову и посмотрит на Виго.
− Ты абсолютно в этом уверен? — спросил он, наконец, оторвав взгляд от картины.
− Я понял это с первого взгляда. Странно, что ты этого не заметил, − снова улыбнулся Доменик. — Но она хорошая девушка и очень предана тебе.
− Предана?
− Да. Я вижу. Она так старается для тебя, вот поэтому я и подумал, что это была твоя идея — скрывать её под мужским обличьем. Извини, что я так ошибся в мотивах.
− Хорошо… Хорошо. Спасибо… Мне нужно идти.
Виго вышел из комнаты брата и остановился на галерее, погружённой в ночной сумрак.
Эмерт − девушка?!
Чёрт…
Не может быть…
Или…
…может?
Но тогда… Чёрт возьми! Тогда всё объяснимо. И…
Он был зол и раздосадован, и при этом внезапно испытал настоящее облегчение, потому что после сегодняшнего разговора с Морисом у него на душе лежал камень. Но теперь всё встало на свои места, если, конечно, Доменик не ошибся. Но это можно было проверить и прямо сейчас.
Виго направился по коридору к своей спальне, прихватил пистолет и первую попавшуюся рубашку, а затем спустился в крыло для слуг. У двери в комнату Эмерта он прислушался, спрятал пистолет и прежде, чем постучать, подумал, что, кажется, в душе он очень хочет, чтобы Доменик оказался прав.
Проклятье!
Виго сжал пальцы в кулак и осторожно постучал костяшками по двери.
− Эмерт, открой.
− Минутку, сеньор! — донеслось из комнаты.
И Виго подумал, что вот так, через дверь, голос Эмерта легко можно принять за женский. Почему он раньше этого не замечал? Ведь сегодня смотрел на его запястья и думал о том, что в его годы у него самого была куда более крепкая рука!
Болван! Идиот! Тупица! Так позволить себя одурачить! Хотя, если вдруг Эмерт окажется мужчиной…
Но лучше, чтобы он им не оказался.
За дверью послышались торопливые шаги, какое-то шуршание, и, наконец, она отворилась. В комнате горел тусклый ночник, и при его свете лицо Эмерта в деталях было не разглядеть, но Виго и не собирался к нему присматриваться.
Он выяснит всё прямо здесь и сейчас, без обиняков.
− Что случилось, сеньор? — встревоженно спросил Эмерт, отступая назад.
− Я войду? — спросил Виго.
И шагнул в комнату, не дожидаясь разрешения. Захлопнул дверь и, повернув в ней ключ, вытащил его и положил в карман. А затем бросил рубашку на кровать и, присев на стул, произнёс:
− Примерь.
− Сейчас? — растерянно спросил Эмерт, и выглядел он сильно испуганным.
− Ну да.
− Но… зачем, сеньор? Что случилось?
− Затем, что я велел тебе это сделать, Эмерт. Это просто рубашка, а не гремучая змея. И её нужно просто надеть, а не отрубить ей голову. А ту, что на тебе, разумеется, снять. Давай.
Глава 12. Куколка превращается в бабочку
Виго смотрел на Эмерта и с каждым мгновением всё яснее понимал: Доменик прав. А он просто болван из болванов и тупица из тупиц. Как он раньше этого не замечал?!
Мешковатый пиджак, который любой мальчишка в это время года даже надевать бы не стал, широкие штаны, рубашка явно большего, чем нужно, размера. Но даже сквозь этот ворох одежды можно понять, что у его помощника слишком худощавое для мужчины телосложение, тонкие запястья, изящные пальцы, шея…
«Ты не замечал, как он смотрит на тебя?»
Да, теперь-то это совершенно объяснимо! И смущение, и то, что произошло в лавке.
Картина Доменика, которую он показывал Виго в своей студии, позволила воображению дорисовать полный образ. Виго смотрел на замершего Эмерта и почти видел в нём ту девушку. Он вспомнил, как был в этой комнате и рассматривал аккуратно разложенные вещи, слишком аккуратно разложенные для мужчины. И цветочный запах, исходивший от рубашки. Он мог бы и сам заметить всё это и сложить воедино! Но… если даже Морис не увидел истины…
У него в голове засела сейчас только одна мысль: зачем? Зачем этот маскарад? И мимолётно Виго даже подумал, что эта женщина может быть той самой воровкой с фиесты, но…
Нет! Ту женщину он бы узнал! Он ни с кем её не спутает! Но вдруг это какая-нибудь её помощница?
— Ну, чего ты застыл? — спросил Виго, скрестив на груди руки и не сводя глаз со своего помощника.
— Это… совершенно необходимо, сеньор? — голос Эмерта прозвучал глухо и
