Тессей заволновался. Он выпрыгнул из окна на сухую затоптанную траву и, наклонив голову, подошел к окнам столовой. Солнце скрылось за узорной крепостной стеной, и сквозь цветные стекла сочился бледный свет свечей. Мальчик заглянул в щель между ставнями.
Гонец, скинув желтый плащ, с неимоверной быстротой поглощал яства. Вежливый панМарци глодал жирные косточки.
Всадник с шумом отпил из мощного бокала и сыто откинулся на стуле, вытирая жирные пальцы о колет.
— Ну и дела творятся в нашем Королевстве, — сипло сообщил он для затравки разговора. Гость скинул шпагу и вытер блестящий подбородок шелковой перевязью. Оглянувшись, гонец наклонился к барону и доверительно сообщил:
— Сегодня с утра к нам во дворец заявились двое каких–то иностранцев и стали требовать, чтобы им отдали чью–то дочь! Вот. Мама–королева перепугалась… гы–гы–гы… и предложила иностранцам любого из тридцати королевских детей. Но потом выяснили, что дочь одного из этих тощих иноземцев, — гонец старчески потряс руками, иллюстрируя немощь просителей, — пошла погулять в наш королевский сад и, должно быть, заблудилась. Во всяком случае, пока еще не нашли… Меня вот послали к Разбойникам узнать, может они случаем прихватили девчонку? Так дворовые прихвостни согласны любой выкуп заплатить, лишь бы избавиться от настырных иностранцев.
Гость помолчал, наливая себе вино.
— Я лучше у вас пережду, — сказал он просительно, — а то Разбойники не сахар. Вж–жик — и все!
ПанМарци покивал головой, гулко глотая вино. Гонец успокоился и осушил кубок.
— Милейший вы человек, ваша милость, — елейно произнес он и противно захихикал. — Знаете, ваша милость, а графиня де ля Шейм опять… хе–хе–хе…
Принц отошел от окошка, оглянулся. Почти совсем стемнело, звезды начали рисовать на небесах свои странные и таинственные орнаменты. Тессей подцепил носком сапога одинокий дождевик и пошел к своим покоям.
«Уходить отсюда надо, — подумал он, — пока спокойно, пока никто не пронюхал, куда мы идем, надо уходить. Мало ли что».
8
Рано утром «ловцы» прохладно простились с бароном, поблагодарили его за гостеприимство и спешно вышли за ворота цветастого замка.
Утро поднялось холодное. Небо затянуло неряшливыми рваными тучами. Солнце мельком заглядывало в просветы и быстро пряталось. Заливные Луга поникли, исчез их ясный зеленый цвет. Порывами на путешественников налетали капли далекого дождя.
Возле развилки принц остановился.
— Стой! — тихо сказал он. — Давайте сойдем с дороги.
— А чего бояться? — вызывающе ответила маленькая фехтовальщица.
— Графиня, ну пожалуйста…
Лена независимо шагнула в траву. Кроссовки сразу намокли в росе.
— Присядьте, — сказал Тессей, кладя руку сестре на плечо.
Лена тоже почувствовала тревогу. Она присела. Теперь намокли брюки и борта расстегнутой куртки.
Раздался топот. Со стороны замка панМарци I появился отряд всадников в лиловых костюмах и серых плащах. Качались шлемы, надвинутые на глаза, блестели эфесы шпаг. В складках плащей сверкали золотыми глазами изображения лиловых пауков. В середине отряда ехал человек в черной рубашке, со связанными руками и петлей на шее. Он был бледен. Рассеченная кожа на лбу засохла неровной коркой.
Отряд повернул направо.
— Они поехали к резервации Удивительных, — прошептал Тессей.
— Кто это? — спросила принцесса у брата.
— Не знаю, — принц был обеспокоен, — первый раз вижу… Но знаю, что вслед за ними мы не пойдем.
Маленькая фехтовальщица промолчала.
— А куда же мы? — спросила Арианта.
— Налево, — мрачно сказал принц.
— А что там?
— Резервация Разбойников, — еще мрачнее сказал Тессей.
— А… — сказала растерянно Арианта. — Но… Как…
Маленькая фехтовальщица молчала, но ей тоже не хотелось идти вслед за лиловым отрядом.
— Ну, пошли, — сказал принц.
Девочки поплелись следом. Настроение было дождливое. Холодело сердце, когда взгляд падал на темнеющую впереди чугунную полосу Разбойничьего Леса.
К полудню погода разгулялась. Проявилось солнце.
Возле Леса Луга обрывались неожиданно — метрах в двадцати от первых голых деревьев. Край границы был неровным, изъеденным. Казалось, на несчастный лес плеснули азотной кислотой.
Путники быстро шли по сухой лесной дороге. Быстрее! Они торопились проскочить Лес, узкой полоской вытянувшийся на пути к Ущелью Красных Эдельвейсов. Тессей оглядывался в озабоченном испуге и щупал кинжал под курткой.
Дорога сделала резкий поворот…
С обочины поднялся одетый радужно, как попугай, высокий молодой человек. Раскинул руки:
— Вот так встреча, господа! Сама Фортуна посылает мне вас в подарок: ей наверняка стало известно о пустоте моего кошелька!
Ребята угрюмо молчали.
— Господа! — Молодой человек снял трехцветную шляпу и прижал ее к животу. — Разрешите представиться — Гриди де ля Роббе, атаман Стаи Вольных Койотов!
Глаза разбойника весело засверкали.
— А теперь, господа, разрешите считать вас своими пленниками и связать вам руки.
Де ля Роббе достал длинную шелковую веревку и подошел к маленькой фехтовальщице.
Лена шарахнулась в сторону и ловко выхватила шпагу из посоха.
— Юноша, вы можете погибнуть, — с укором сказал де ля Роббе, уважительно рассматривая острый кончик шпаги около своей груди. — Если вы потрудитесь оглянуться, то увидите бородатого человека с добротным пистолем в руках. В нужный момент он прострелит вас, как куропатку. Уж будьте спокойны.
— Арианта, взгляни, — сквозь зубы сказала маленькая фехтовальщица.
— Стоит, — обреченно вздохнула принцесса.
— С пистолетом?
— С ним. — Из глаз Арианты покатились крупные слезы.
— Перестань, — презрительно сказал принц.
— Н–нда, а если так? — словно самому себе сказал де ля Роббе и быстро шагнул назад. В руке атамана блеснул длинный нож. — Защищайтесь, юноша!
Маленькая фехтовальщица недовольно двинула шпагой. Разбойник восхищенно выругался: нож вывалился из руки и зарылся в дорожную пыль.
— Юноша, вы — дворянин?.. Тогда где же вы научились обращению с этим дворянским вертелом?.. Н–нда… Сколько раз мама говорила мне: Гриди, милый, научись владеть шпагой, сынок. Тебя же зарежут на первой дуэли!» И вот вам результат. Дети, всегда слушайтесь маму!
Лена угрожающе уткнула оружие в пестрый платок на шее атамана. Тот поднял руки.
— Я все–все понял. Вы идете добывать шпагу де Фиелисса. Можете не возражать. Вас выдает необычность. Любой на вашем месте упал бы на колени, стал бы просить пощады взамен своего кошелька: в Королевстве давно уже разучились так гордо любить жизнь и свободу. За них цепляются, платят деньгами, часто — совестью, но любить…
