очень друг другу подходят. Как пазлы, создают логичную картинку идеальной пары, на которую приятно смотреть. Руслан ведет в танце, а женщина, подстраиваясь, нисколько не выглядит ведомой. И как-то складно у них получается, что даже наивной дурочке, вроде меня, понятно, — эти двое созданы друг друга. Лучшего способа показать мне, что я здесь лишняя, не придумаешь.
— Ну, не скажите, — не соглашается мужчина, продолжая беседу, которая мне совсем не интересна.
Все мысли только о мужчине, которого я даже мысленно боюсь называть своим. Сейчас он улыбается красавице в золотом, наклонившись к ее уху. А та смеется в ответ, сияя белоснежными зубами.
— Наверняка, в вас есть что-то особенное, — не унимается мужчина, — быть может, магия?
Не магия, а просто случай. Притяжение, которое для нас обоих стало неожиданным сюрпризом. Просто сложилось так, что я по своей недалекости напросилась к нему в дом, влезла в окно, как воровка. А потом все само завертелось, я даже не понимаю, как так вышло. Но, разумеется, не говорю всего этого мужчине.
— Никакой магии, — уверяю мужчину, — и ничего особенно во мне нет.
Усилием воли отрываю взгляд от сладкой парочки и поднимаю взгляд. Карие глаза смотря удивленно. Музыка прекращается, я отбираю свою руку. Танец окончен.
— Не уверен, Анастасия, — говорит мужчина, — совсем не уверен.
— Вы ошибаетесь, — настаиваю на своем.
Глава 30
Дорога домой проходит в напряженном молчании. В голове рой вопросов, но, Боже! как же страшно их озвучивать! У нас серьезно? Есть во мне хоть что-то, для него, особенное? К чему ведут эти отношения? И самое странное — почему я?
Так мало времени, еще слишком рано для сложных вопросов. Иногда мне кажется, что я — не просто временное развлечение. Но чаще не понимаю, как Руслан ко мне относится. А спрашивать в лоб слишком боязно.
Да, я трусиха. Но он не дал мне ни единого шанса думать о себе как-то иначе, чем об увлекательном приключении без обязательств. Мы никогда не обсуждали наши отношения, не строили планов на будущее. Да и тесное общение сводится всего к трем неделям.
Конечно, я не имею права задавать все эти вопросы! Слишком рано для таких вопросов. Но это не значит, что меня они не волнуют. Как всякая женщина, я хочу понимать, какие у мужчины планы. Но, вместо того, чтобы говорить о главном, я тупо пялюсь в окно.
— Расскажешь, какая муха тебя укусила? — спрашивает Руслан, закрывая двери квартиры.
Меня разрывает от ревности и не озвученных вопросов. Но я просто не могу предъявлять ему претензии. У меня нет прав, нет власти над ним. Кто я для него? Временная попутчица? А потом он уйдет к той красавице в золотом платье и забудет обо мне? Да, так и будет, я уверена в этом, она идеально ему подходит.
— Пожалуйста, больше не бери меня с собой на такие вечера, — выплевываю.
Это совсем не то, что я хотела сказать. И вечер тут не при чем. Все дело в моих страхах, которые я не смею озвучить.
— Тебе не понравилось? — приподнимает он бровь. Идет к столу, наливает себе выпивку в стакан и выпивает залпом.
— Я там чужая, и все это видят.
Мужчина налил себе еще, сделал маленький глоток.
— Им плевать, Насть, — говорит мужчина, ослабляя галстук-бабочку небрежным жестом. — Поверь, эта публика думает только о себе.
Он отставил стакан в сторону и подошел ко мне. Бесцеремонно спеленав меня руками, уложив ладонь на ягодицу. Внутренний огонь, который вспыхивает во мне от каждого прикосновения этого мужчины, ярко отозвался, впрыскиваясь в кровь раскаленным железом. Как же трудно что-то обсуждать, когда он так близко! Особенно теперь, когда его губы нашли чувствительное местечко на шее, а влажный язык бесцеремонно прошелся по мочке уха.
Нет, не сейчас! Я должна быть сильной! Хотя бы раз!
Вздрагиваю, дергаю руками, освобождаясь из цепкого капкана его рук. Делаю два шага назад, пытаясь увеличить между нами дистанцию.
— Зачем ты говоришь мне все это? — делаю еще шаг назад и заглядываю в серые глаза. В них по-прежнему лед, наверное, этого никогда не изменить. Весь он соткан из холода и невозмутимого спокойствия.
— Потому, что это правда.
Короткая фраза, сказанная хорошо поставленным голосом. И почему я думаю о таких мелочах в столь ответственную минуту? Наверное, потому, что я никогда не считала себя ровней этому человеку. Как бы не сокращалась между нами дистанция, я никогда не могла отделаться от мысли, что мы из разных миров.
— Это не может быть правдой, — выдыхаю устало.
Не может же он не замечать, насколько мы разные? Моя мама сказала бы, что мы из разного теста. И она была бы чертовски права! Будто, я могу поверить в то, что для него мое положение в обществе не имеет значения? Всем все равно? Не думаю. А ему все равно? Конечно же, нет!
Мужчина нервно провел рукой по волосам, выдавая волнение. Но почти тут же взял себя в руки и, повернувшись, уже сияет привычным спокойствием.
— Ты нужна мне, — важные слова, сказанные холодным тоном.
В устах любого другого мужчины они бы прозвучали убедительнее. С ним же все сложно. Я никак не могу отделаться от мысли, что все происходящее между нами, — это нелепая игра, и мы оба не понимаем каким может быть итог. Мы просто увлеклись, пытаясь отвлечься от своих проблем.
— Нет, тебе нужна не я, — заключаю с болью в голосе. — А совсем другая женщина.
— И какая же? — хохотнул мужчина как-то нервно. Арктический взгляд впился в мое лицо, а на скулах заиграли желваки.
— Кто-то твоего круга, — мой голос противно зазвенел на последнем слове. Самый страшный страх, который мучает меня все последние недели, вырвался на свободу в этом, почти, вопле.
Руслан подошел ко мне настолько близко, что лацкан его пиджака касается ткани моего платья. Не касаясь, он смотрит сверху-вниз, давит властной аурой. Колени подгибаются, и хочется вжать голову в плечи. Если еще утром этот мужчина был почти своим, родным, то сейчас передо мной снова глыба льда, которая пугала до ужаса все годы, что знаю его. Испуганно заглядываю в холодные глаза, пытаясь отыскать там теплые чувства. Но нет, этот мужчина не умеет любить. Он просто имеет меня, потому, что может это делать.
— Раздевайся, — звучит холодный приказ властным тоном.
Послушно тянусь к застежке на спине, расстегиваю ее дрожащими руками. Стягиваю платье с плеч, оно падает на пол. Мужчина скользит взглядом по обнаженной груди, сглатывает.
— Белье тоже, —
