– Я должна все обдумать в одиночку. – Она пожимает плечами. – Мы с тобой уже все обсудили. Я не уверена, что мы можем сказать больше. Теперь мне просто нужно решить, каким я вижу свое будущее. Это не то, что ты можешь сделать со мной или для меня, независимо от того, как сильно ты этого хочешь. Но я буду думать об этом весь день.
То, что она говорит, имеет смысл, но я понимаю, что у нее может не быть ответа для меня, пока она не пойдет к алтарю.
Я провожу рукой по лицу.
– Могу ли я что-нибудь сделать или сказать тебе...?
– Нет. Теперь это на мне. Но я знаю, как найти тебя, если у меня возникнут вопросы или мне нужно будет поговорить. – Она держит телефон в руке. – Я знаю, что это не то, что ты хочешь услышать, но я не могу лгать тебе и говорить, что теперь у меня есть ответы. Я сделаю все возможное, чтобы найти их к пяти часам. Я не думаю, что восемь часов – это слишком много, чтобы я могла принять решение, касающееся всей оставшейся жизни.
– Нет, не много.
Я просто чертовски расстроен тем, что меня оставили в стороне от решения.
Что я могу сделать, скажем, дать ей, чтобы она приняла решение?
Ничего не приходит в голову.
– Я должна идти, – бормочет она. – Увидимся у алтаря.
– Как я узнаю…?
Элла долго колеблется.
– Я даже не знаю, буду ли уверена, что делать, пока не начну идти к алтарю. Думаю, тогда мы оба это узнаем.
Она нежно целует мои губы. Я все еще раздумываю, было ли это «до скорого» или «прощай навсегда», когда дверь за ней захлопывается.
Внезапно я остаюсь один. И если я не сделаю что-то, у меня есть подозрение, что я буду одинок до конца своих дней.
Я чертовски хочу, чтобы моя мама и Крейг все еще были рядом. Жениться без них горько. Не быть уверенным, что я вообще связываю себя узами брака, гораздо хуже. Я мог бы воспользоваться мудрым советом, который они мне сейчас дадут. Черт, я бы даже согласился на совет Эдварда. Возможно, он и был эгоцентричным ублюдком, но, судя по всему, что я читал, у него была здравая логика и хороший слух.
На самом деле, держу пари, Эдвард был целеустремленным, безжалостным стратегом, очень похожим на Грегори Шоу. Оба были известны как хитрые люди со здравым смыслом и мудростью. Конечно, я не могу говорить со своим соперником. Именно из-за него я оказался в таком положении. Я не могу попросить у него совета, как разобраться в этой ситуации, не признавшись во всем.
Вздохнув, я прокручиваю эту мысль в голове раз, другой. Хм... внезапно у меня появилась идея.
Я тянусь за телефоном.
Элла
– Ты прекрасно выглядишь.
Темные глаза Эрин наполнились слезами.
Для девушки, которая почти никогда не показывает свою уязвимую сторону, я знаю, что видеть меня в платье, которое она купила с любовью для своей свадьбы с Уэстом, должно быть, тяжело. Но все на ее лице говорит мне, что она говорит правду.
– Спасибо.
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на себя в зеркало на задней двери гостиничного номера. Это зрелище почти шокирует.
Темные волосы были собраны в низкий узел на затылке, локоны обрамляли лицо и спускались на одно плечо. Коса окружала мою диадему, создавая идеальную рамку для вуали, которая падает к моим ногам, задевая подол тюлевой юбки, которая раздвигается спереди, чтобы показать красивую полосу кружева от декольте до лодыжки. Мой макияж идеален – губы розовые, но не кричащие, эффектные черные ресницы и подводка. Мягкие темно-розовые тени для век смягчают взгляд. Румяный розовый оттенок заставляет мои щеки казаться естественно раскрасневшимися, а хайлайтер на скулах заставляет светиться.
Все цвета подчеркивают мой бледный цвет лица и придают мне хрупкий вид с глазами лани.
Даже если бы у меня был год, чтобы точно представить, как я хочу выглядеть в качестве невесты, я не могла бы представить себе ничего более совершенного, чем это.
– Ты выглядишь...вау.
Эхо улыбается и кладет руку мне на плечо.
– Действительно. Вау.
– Несмотря на то, что вы мои младшие и не такие великолепные сестры, вы, девчонки, тоже выглядите довольно хорошо, – поддразниваю я, подмигивая, пытаясь поднять настроение.
Эхо весь день спрашивала меня, что случилось. Эрин не произнесла ни слова, но я вижу, как крутятся ее шестеренки.
Я не хочу, чтобы они что-то знали. Я не хочу возлагать свое решение к их ногам. Это не их вина и не их проблема.
– Мне нужна фотография, где мы все одеты и выглядим как прекрасные сучки, – настаивает Эхо.
Мы делаем пару селфи, некоторые серьезные, некоторые глупые. На мгновение я забываю, что все еще не уверена, должна ли я рисковать всем ради новой любви и верить, что Карсон не позволит работе и всему остальному, что он считает важным, поглотить его...или сделать разумную вещь и вернуться домой в Лос-Анджелес и возобновить свою прежнюю жизнь.
Тихий стук, сопровождаемый женским бормотанием, говорит мне, что Вэша хочет войти.
– Все готовы?
Эрин открывает дверь.
– Да.
– У вас есть около пяти минут. Карсон и шаферы ждут, чтобы занять свои места для церемонии. Струнный квартет играет тихую музыку, чтобы развлечь гостей, которые вошли в зал. Все выглядит идеально. Я сама дважды проверила каждую деталь.
Теперь она пришла меня осмотреть. Она этого не говорит, но я все понимаю.
Проверив молнию, туфли и зубы, чтобы убедиться, что на них нет помады, она выводит нас всех из гардеробной и ведет по коридору. Другие гости отеля смотрят, как мы идем к закрытым двойным дверям за пределами бального зала.
– Давайте начнем эту вечеринку! – говорит Вэша, взявшись за ручку.
– Не забывайте. Эхо, ты войдешь, когда я подам тебе знак. Эрин, ты проскользнешь за ней, встанешь сзади и будешь ждать моего сигнала. Элла, ты услышишь, как меняется музыка, и тогда двойные двери откроются для тебя. Когда ты идешь по проходу к мужчине, которого любишь, верно?
Я киваю.
– Ступайте, дамы. Мы с невестой будем прямо за вами.
Мои сестры обнимают и целуют меня, обе выглядят прекрасно, в их глазах мелькают слезы, прежде чем они выстраиваются в очередь у массивного входа в бальный зал.
Вэша тянет меня в сторону.
– Есть какие-нибудь вопросы в последнюю минуту?
Эм, может мне действительно выйти замуж за жениха?
Мне удается покачать головой.
– Я в порядке.
– Ты чертовски нервничаешь, – поправляет она, обводя меня взглядом. – Вот что я тебе скажу... я занимаюсь этим уже десять лет. Обычно я могу сказать в течение первого часа после знакомства с парой, собираются ли они остаться в браке или нет. Я знала, что Карсон и Кендра обречены. На самом деле, я сказала своему парню, что они разведутся еще до дня своей свадьбы. Я не удивилась, когда мистер Шоу сказал мне, что на церемонии будет другая невеста. Когда я впервые увидела тебя с Карсоном, то знала, что ваша любовь будет длиться вечно. Я вижу много невест и женихов, которые просто влюблены, но у вас двоих есть что-то особенно. Это правда. Я чувствую, что вы влюблены. Так что не нервничай. У вас двоих будет прекрасная совместная жизнь. А теперь иди и будь счастлива.
Когда она входит в бальный зал, я задаюсь вопросом, не является ли это заранее спланированной речью, призванной подтолкнуть нерешительных невест к их прогулке по проходу. Должна признать, это довольно эффективно. На каком-то уровне я верю в то, что она говорит. Я не сомневаюсь, что люблю Карсона или что он любит меня. Но я не уверена, что мы выдержим долгое испытание временем – годами, которые ведут к детям, работе, стрессам, ипотечным кредитам и всему остальному, что готовит нам жизнь. Насколько хорошо мы на самом деле знаем друг друга? Я не уверена, что достаточно разобралась в его чувствах, чтобы сделать прыжок и рискнуть остаться.
Я съеживаюсь. Я похожа на испуганную маленькую девочку. Я слышу вой в своей голове. Я все еще думаю, как девятилетняя девочка, чья мать вложила ей в ладонь ключ от дома и велела проводить сестер домой из школы. Чтобы убедиться, что у них есть что-нибудь поесть, потому что она работала допоздна, а папа уехал из города на работу. Я сделала все, что она просила. Я помогла Эрин и Эхо принять ванну и уложила их в постель. Потом я заснула на диване, ожидая маму. На следующее утро я проснулась с болью в шее и обнаружила, что мама спит в своей постели. Она даже не потрудилась разбудить меня, чтобы уложить в постель, и даже не сказала, что она дома.
