Смущаясь такой щедрости, она согласилась взять лишь золотой портсигар для лорда и по паре серег для юных леди, но Сакстона это не устроило.
Во дворе к отправлению Валери был снаряжён черный экипаж, багаж которого был до отказа заполнен заморскими шелками и парчой для девичьих платьев, а также дорогим вином и сигарами для ее отца.
Что и говорить, сестры с истинно девичьим щебетанием приняли подарки, а вот старый граф казался недовольным. Тот все хмурился и поджимал губы, принимая дары и слушая рассказы дочери, которые все больше касались того, каков ее супруг на самом деле. Как несправедливы к нему люди и какое большое и доброе на самом деле сердце у человека, которого она просто и с нежностью звала Дэреком. Потому мужчина очень скоро оставил дочерей одних, предаваться радости воссоединения.
— И что же, он не колдун? – С долей разочарования переспросила Мари, наблюдая, как у большого зеркала в спальне крутится Клара, так и эдак прикладывая к себе отрезы дорогой ткани.
— Конечно нет, глупышка. – Улыбнулась ей Валери. – Когда ты познакомишься с ним поближе, то сразу же поймешь, что только злые языки могли такое сказать о нем. Нет, он конечно скрытный и иногда мрачный… но не мрачнее нашего папы, когда у него нет настроения. Вот как сейчас.
— А когда же мы сможем познакомиться с ним? – С интересом спросила Клара, оторвавшись от своего занятия.
— Думаю… после Рождества. Я смогу вернуться к вам в конце недели не одна или вы приедете к нам погостить. Что скажете?
Девочки переглянулись, будто знали что-то неизвестное Валери, но не могли решиться, говорить ли ей.
— Что-то не так? – Тревожно спросила она, заметив в сестрах такую перемену.
— Мы думали, - после небольшой паузы ответила Клара, краснея при том до самых кончиков ушей, - что ты останешься с нами… ведь завтра сочельник.
— О, мои дорогие! – Вздохнула девушка и смерив их виноватым взглядом, по очереди приобняла обеих за плечи. – Простите меня, но я не могу. Я обещала мужу, что оставлю его всего на одну ночь и завтра вернусь еще до того, как солнце доберется до полуденной высоты. Но я обязательно, слышите, обязательно приеду к вам до конца недели. И либо привезу с собой Дэрека, либо вас заберу, провести выходные с нами…
— Папа болен. – Выпалила Мари.
— Что? – В изумлении отстранилась от нее Валери.
— Да… - неуверенно подтвердила Клара, печально пряча взгляд. – Он просил не говорить тебе… но ему недолго осталось. Он сказал, что может уже не пережить этого Рождества.
Смотря на сестер так, будто видит их в первый раз, девушка медленно опустилась на кровать.
— Но как же так… он же был здоров…
— Доктор сказал, что у него что-то с сердцем. – Со слезами на глазах прошептала Мари. – Ты же останешься с нами на Рождество, правда?
Не представляя, что делать и куда бежать от свалившейся ей на голову новости, Валери встала и начала быстрыми шагами мерить комнату.
— Мне нужно поговорить с отцом… но в начале написать Дэреку. Он непременно простит меня… но в начале нужно узнать у папы чем ему можно помочь…
— Нет, пожалуйста! – Плача уже едва ли не в голос, воскликнула Мари и подбежала к Валери, обняв ее за талию. – Он просил нас не рассказывать тебе! Он расстроится! Ему нельзя расстраиваться, так доктор сказал! Валери, пожалуйста, он сказал, что все, чего ему хочется – это встретить с нами это Рождество!
Чувствуя себя загнанной в ловушку, девушка успокоительно погладила младшую сестренку по голове и посмотрела на среднюю. Клара предпочла ничего не добавлять к словам Мари и просто тихо плакала, сидя среди развернутых рулонов разноцветных шелковых тканей и парчи.
Валери поджала губы.
— Я останусь с вами на Рождество, сейчас же напишу об этом Дэреку. Его слуга Боул и кучер еще здесь, они должны были завтра отвезти меня обратно. Думаю, они еще до заката доставят письмо, если отправятся прямо сейчас. А потом… потом мы вместе с Дэреком найдем для папы лучшего доктора в королевстве, и он обязательно поправится.
Улыбнувшись сестрам, девушка спешно подошла к секретеру у окна и, выхватив из его недр лист бумаги и перо, быстро набросала несколько строчек.
Валери не видела этого, но стоило ей выйти из комнаты, Мари тут же перестала плакать, а Клара, с укоризной взглянув на улыбнувшуюся ей младшую сестру, тяжело вздохнула, опустив в ладони раскрасневшееся от стыда лицо.
42
Тяжелые снежные тучи сгустились над замком графа Сакстона. Смотря на то, как чудесная зимняя погода с ярким солнцем и легкой капелью с согретых им крыш, сменяется на гнетущие сумерки на фоне бледного неба, его владелец хмурился. Что-то холодное и колючее будто застряло в его груди, мешая свободно дышать – плохое предчувствие невесть с чего поселилось там и отказывалось рассеиваться, как бы Дэрек не гнал его от себя.
Валери должна была вернуться только завтра, но он вновь и вновь подходил к окну своего кабинета в высокой башне, из которого открывался вид на окрестности, ров и перекинутый через него мост. И в один из таких моментов он увидел то, от чего дрогнуло и замерло сердце – экипаж в котором его супруга покинула замок вернулся прежде времени. Это могло значить что угодно; как то, что Валери, как и обещала, не выдержала разлуки и решила вернуться раньше, так и то, что случилось что-то непоправимое.
Запрещая себе думать наперед, Дэрек что было сил бросился к лестнице, желая встретить прибывших и как можно раньше разрешить для себя возникшую загадку. С замиранием сердца, запыхавшись от долгого бега, вбежал он в большой зал у парадного входа и замер, увидев одного только Боула, почтительно склонившегося при виде своего господина.
— Что случилось? – Холодным тоном спросил Дэрек, скрывая целый вихрь чувств, взметнувшийся внутри. – Где Валери? Я велел тебе оставаться с ней и вернуться завтра.
— Ваша светлость, я здесь по приказанию ее светлости…
Но громкий шум, раздавшийся во внутреннем дворе замка из-за не успевшей еще затвориться тяжелой двери, не дал ему закончить своих слов.
Ржание и топот коней, крики людей и шум колес по гравию и липкому снегу – главные ворота замка по обыкновению были закрыты, но не теперь,
