Только посадив ее в карету и убедившись, что громоздкий экипаж тронулся с места, взяв курс на Лондон, Джеффри вспомнил ее слова: «Тогда мне придется нанести визит в дом терпимости».
Дом терпимости? Нет, она не осмелится.
Но сердце подсказывало ему, что Каролина слов на ветер не бросает и своими научными интересами не поступится.
Глава 6
Каролина задумчиво крутила в пальцах перо, но в чернила его не макала.
Джеффри трогал ее грудь. Трепет, вызванный его прикосновениями, разжег в ней огонь. И теперь она недоумевала, как это листья вокруг них не охватило пламенем. Вчерашняя сцена все еще стояла у нее перед глазами, и она снова и снова переживала испытанное в те минуты трепетное состояние.
И это определенно служило оправданием дальнейших исследований.
Каролина честно призналась себе, что поцелуи Джеффри для продолжения первого этапа исследований ей больше не потребуются. Она помнила мельчайшие подробности, каждый нюанс его прикосновений во время первых двух поцелуев. Мысленно она неоднократно проигрывала их в памяти, днем и ночью мечтая о повторении.
Каролина помнила о нем все. Даже когда они препирались и его глаза сверкали от гнева. Память свято хранила все их беседы, эмоции и ощущения, которые пронзали их жаркие перепалки. И эти воспоминания затмевали все остальное, связанное с ее опытом, приобретенным с другими мужчинами. Даже их поцелуи не оставили у нее столь ярких впечатлений.
По сравнению с графом все прочие джентльмены казались серыми и скучными.
В этом-то состояла главная трудность. Каролина затеяла все эти опыты, чтобы установить взаимосвязь между рассудком и сердцем, и обнаружила, что на самом деле таковой не существует.
Взять, к примеру, Перри Фэрфакса. Он был любезен, очарователен и удивительно образован в области овцеводства. Он ей очень нравился, и она ожидала, что и его поцелуи ей тоже понравятся. Однако, к сожалению, все свелось к пресному, сухому прикосновению губ, ставшему для нее вместо трепетного переживания истинным испытанием терпения.
Еще она целовалась с лордом Хиллманом. Весьма почтенного возраста, он был самым старшим из ее кавалеров. Но озорные искорки, плясавшие в его глазах, свидетельствовали, что мужские забавы ему отнюдь не чужды. Каролину поразила почти научная точность и проницательность высказываний лорда по поводу своего приятеля, и она ожидала, что и поцелуй старца будет таким же научным, холодным и отвлеченным, с аккуратным выполнением всех предписанных движений. Она опять ошиблась. Его поцелуй по горячности и страстности уступал разве что поцелую юного лакея. Он согрел ее, но не вызвал трепета.
Остальные джентльмены, включая мистера Лутса, только запутали ее и вообще не оправдали ожиданий. Мистер Лутс, близкий друг ее отца и человек, увлеченный химией, должен был бы, по ее мнению, продемонстрировать более нежный и научный подход или хотя бы постараться вызвать у нее приятные ощущения. Но результат оказался еще более удручающим, чем при поцелуях с Гарри. Его суетливые движения и полное неподчинение ее желаниям страшно раздосадовали Каролину. Хотя при участившихся за последние дни встречах он всегда был милым и предупредительным.
Короче говоря, Каролина пришла к выводу, что вся ее затея безнадежна. Она все чаще склонялась к мысли, что должна поговорить с женщиной, имеющей более солидный опыт в данной области. Следовательно, необходимо разыскать любовницу Джеффри. Почему ей понадобилась именно эта женщина, оставалось тайной за семью печатями даже для нее самой. Она решила, что раз знаки внимания со стороны графа вызывают у нее наиболее яркую реакцию души и тела, то и в дальнейшем следует сосредоточиться на изучении эффекта именно его поцелуев. Значит, нужна женщина, имевшая опыт поцелуев не только с Джеффри, но и со значительным числом других мужчин.
Конечно, можно было бы найти женщин, целовавшихся с графом, среди представительниц бомонда, но проще и безопаснее отыскать его любовницу.
В заявление Джеффри, что его дама сердца скончалась от оспы, Каролина нисколько не поверила. Она слишком хорошо знала, что мужчины склонны яростно отрицать наличие у них дам для любовных утех. Оспа наверняка была просто выдумкой. Оставалось лишь вычислить его любовницу и установить ее местожительство. С этим вопросом Каролина решила обратиться к тете Уин, которая, похоже, знала все обо всех.
Только сделать это нужно очень осторожно.
– Тетя Уин, – позвала Каролина, врываясь в комнату тетки.
– Господи всемилостивый, Каролина! – испугалась миссис Хибберт, роняя вышивку.
– Я думала, ты поехала кататься с лордом Пауэллом.
– Я уже устала от всей этой светской суеты, – поморщилась Каролина, покачав головой, и опустилась на диван рядом с тетушкой. – Я послала ему записку с просьбой не обижаться и отложить поездку на завтра.
Тетя Уин, как и следовало ожидать, нахмурилась. Однако сказать ей было нечего. Она слишком хорошо знала свою племянницу. Каролина отменила бы свидание, даже если бы не поставила себе цель заняться розыском любовницы Джеффри. Пустопорожняя болтовня и бессмысленные улыбки наводили на нее тоску и вызывали головную боль.
– Он отнесся к тому с пониманием, тетя Уин. Надеюсь, я его не отпугнула.
– Хорошо, но я должна напомнить, что тебе следует быть более покладистой.
Каролина пропустила замечание тетки мимо ушей, не желая выслушивать очередную нотацию. Она лишь наклонилась и, подняв с пола упавшую вышивку, громко восхитилась прелестным рисунком:
– Довольно мило. Это твой садик в Хедли?
– Брось, Каролина, не хитри. Ты же знаешь, меня не проведешь. Давай лучше выкладывай, что у тебя на уме. – Хотя в словах тетки прозвучал явный укор, тон был добродушный, даже материнский.
Каролина покраснела. Она не ожидала, что ее хитрость раскусят так быстро.
– Ничего особенного, – отмахнулась она. – Я хотела спросить, у всех ли джентльменов есть любовницы.
– Господи, об этом не принято говорить вообще! Каролина пожала плечами, избегая смотреть тетке в глаза.
– Я знаю. Мне просто любопытно. Например, у лорда Тэллиса есть любовница?
Миссис Хибберт ответила не сразу. Сверля племянницу изучающим взглядом, она со вздохом спросила:
– Надеюсь, ты в него не влюбилась?
Каролина промолчала и потупилась, напустив на себя несчастный вид. Развязать тетке язык и заставить выложить все сплетни можно лишь одним способом – внушить мысль, что племянница проявляет к джентльмену романтический интерес. А информация, как любит говаривать ее тетушка, – лучший способ снять шоры с глаз доверчивого человека.
