Слишком долго спорить на тему, что же нам делать дальше, у нас не получилось.
— Открытие субпространственной воронки сверхбольшого диаметра, — разразился предупреждением наш недреманный электронный страж, — расстояние от нашего корабля до центра воронки ноль-ноль-пять элота.
Хе, а вот этого обозначения в международной системе физических величин двадцать первого века точно не значилось. По смыслу такие цифры информировали, что этот еще не проявившийся гигант готовится выйти из субпространства где-то в непосредственной близости от нас, что называется, на расстоянии плевка.
— Не беги, умрешь уставшим, — хмуро пошутил по поводу прыснувших в разные стороны корветов Ли.
В принципе, у него были все основания для подобного пессимизма. Тот монстр, если это вражеский военный корабль, а не какой-нибудь залетный гигантский рудовоз, чисто в профилактических целях превратит в пыль все вражеские суденышки в непосредственной близости от себя. Мы просто не успеем убежать, как бы не пытались за оставшиеся короткие мгновения разогнаться.
* * *
Скажу честно: было очень страшно. Вообще в воспоминаниях все, словно разделенное незримым лезвием, разделилось на до появления этого линкора и после. «До», воспринималось впоследствии даже и не боем, а так, возней в песочнице.
А вот после проявления этого гиганта сразу же стал понятен замысел флотоводца баронской Лиги. В его замыслах этот супервооруженный гигантский корабль играл роль этакого молота, который должен был разнести в мелкое крошево втянувшуюся в сражение эскадру Антареса. И откуда только бароны и смогли добыть подобное чудовище? Помните «Костолома», помноженного на ноль пушками Цербера при атаке мифинским флотом нашей столичной системы? Так вот, этот «Костолом» на фоне прибывшего линкора вообще никак бы не смотрелся. Еще хуже, чем мелкая лупоглазая тяфкалка на фоне немецкого мраморного дога.
И сразу же у меня, несмотря на нависшую над нами смертельную опасность, в голове невольно зашевелился червячок сомнений. Насколько я знал, в Земной империи существовала довольно строгая градация на доступ к системам стратегически важных вооружений. Баронам, даже с подтвержденным титулом, подобным кораблем владеть было явно не по чину. Даже флагман нашего Корварского флота, вместе с моим старшим братом, Скором, взятый на абордаж мифинцами, в своей мощи заметно ему уступал.
Но, тем не менее, несмотря на всю невозможность его появления у баронов, этот корабль был здесь. И мы с друзьями притихли, словно маленькая мышка под веником. Благо, в самый последний момент я догадался при помощи пространственного рифта отключить теоретически неотключаемый в полевых условиях наш корабельный идентификатор, а корабельный реактор на холостом ходу, в условиях энергоснабжения практически всех систем нашего крейсера при помощи прокола в иное измерение, и так работал на едва ли пять процентов от базовой мощности, фактически разве что запал тлел.
Собственно эти вот особенности нас и спасли. Линкор просто на нас первоначально внимания не обратил, посчитав уже подбитыми. А вот наши корветы приказали долго жить. Вражеский капитан не хотел оставлять даже крохотных шансов на повреждение своего могучего корабля. Мало ли, вдруг на тех корветах отыщется ядерная боеголовка или, еще того хужее, полноценный заряд антиматерии.
Но и нас в покое линкор оставлять не пожелал. Очевидно, в его ангарах отыскалось местечко, а внешне неповрежденный крейсер, хоть и одного из самых низших рангов был сочтен вполне подходящим трофеем. И наш кораблик, при помощи силового захвата, был затянут в один из ангаров этого левиафана.
— Они сейчас пожелают нас вскрыть, — уведомил нас Ли, — предупреждаю, броня нашего крейсера надолго не выдержит.
— Десять минут у нас есть? — Внезапно мне в голову пришла беспредельная по своей наглости идея. Это на космических расстояниях я не мог прицелиться с такой точностью, чтобы попасть своим рифтом точно туда, куда надо, а ведь тут фактически мы с линкором стали одним целым.
— Скорее всего, даже и двадцать минут найдется. Пока-то они доставят сюда своих хакеров, пока эти хакеры убедятся, что замок на нашем люке заперт на совсем даже не стандартную программу…. Ну, и потом еще несколько минут на вскрытие брони при помощи резака тоже потребуется.
Даже десяти минут мне не потребовалось. Воистину, смертельная нужда — наилучший стимулятор и учитель. Хакеры еще только вовсю тестировали свое оборудование, когда в ангаре, куда нас притащили, пропало вообще все освещение, даже аварийное. И нет, это я не лампочки выкрутил. Точнее, и лампочки тоже отключил, вместе с энергоснабжением корабельного искина и вообще абсолютно всего корабельного оборудования за исключением одного только генератора гравитации. Ну, с гравитацией на человеческих кораблях в открытом космосе вообще отдельная тема. За счет каких-то там особых самонаводящихся полей этот самый генератор для себя самого одновременно является и очень емким аккумулятором. За счет запасенной энергии гравитация в две трети земной на корабле еще минимум несколько недель будет присутствовать. Но, помимо гравитации, у экипажа вражеского линкора осталась лишь только та энергия, которая еще присутствовала в их аккумуляторах.
— Лия, как думаешь, у тебя хватит боевой мощи полностью захватить этот ангар, чтобы по нам, когда они разберутся в ситуации, не пальнули чем-нибудь тяжелым? — Задал я вопрос, логически продолжая начавшую успешно осуществляться задумку.
— Да я со своим увеличившимся стадом даже за весь корабль смогу потягаться, — на волне энтузиазма от неожиданно случившегося спасения ответила мне наша боевая девица.
— За весь корабль не нужно, — урезал я ее предложение, — достаточно, чтобы выкинуть всех лишних из нашего ангара, и потом отгородить баррикадой покрепче подходы к ангару для остальной команды этого линкора. Кстати, как по твоим расчетам, большая команда у этого линкора?
— Несколько тысяч, но большинство — всякие техники, пилоты истребителей и прочий обслуживающий персонал. Заслуживают внимание только абордажники. Вряд ли их тут больше сотни наберется. Правда, сколько тут у них еще отыщется роботов-абордажников, аналогичных моим, про то мне не ведомо.
— Аналогичных твоим трем, тем, что с непробиваемыми щитами, тут точно не будет, — приободрил я начавшую унывать после произведенных подсчетов нашу абордажницу.
А дальше закрутилась сумятица боя в абсолютной темноте. Точнее, это для нас, без специальных приборов в ангаре было темно, только вспышки от выстрелов время от времени давали свои кратковременные отблески. Для самой же Лии и ее роботов темноты не существовало в принципе. Ну, уже в двадцатом веке первые инфракрасные приборы ночного видения появились, с тех же пор бог его знает, сколько тысячелетий минуло, техника вовсе не стояла на месте. Так что уже буквально через несколько минут, кто смог сбежать — сбежал, большинство же врагов застыли неподвижными тушками на полу ангара.
— Что-то слишком легко как-то, — пробормотал я, услышав доклад о том, что ангар с нашей «Бедой» полностью находится под нашим контролем.
— А чего тут сложного, — отозвалась Лия, услышавшая по связи мои последние слова, — на случай проникновения вражеских абордажников тут повсюду установлены противоабордажные турели. Только у них вместе со светом энергоснабжение пропало.
— Теперь у нас два варианта действий, — продолжил я развивать свою оказавшуюся невероятно эффективной идею.
— Это, какие это? — Принялись задавать один и тот же вопрос мои сокомандники.
— Один — вылететь из этого ангара в открытый космос. Думаю, если прокинуть к нему энергию, открыть изнутри люк у нас тут непременно получится.
— А второй вариант? — Наконец обрела голос моя ненаглядная, до этого самого момента пребывавшая в каком-то заторможенном состоянии.
— А второй вариант дождаться результатов сражения оставаясь внутри своего трофея. Вроде, когда нас затянуло внутрь этого мастодонта, эскадра Антареса находилась в значительно более выигрышном положении по сравнению с оппонентами.
