Вот нисколько не сомневался в выборе своих друзей. Трофеи — они штуки такие. Хоть пока ситуация для нас и выглядит на манер того матерого медведя, которого то ли мы поймали, то ли он нас поймал, но часики тикают, и есть очень даже неплохой шанс, что тикают они в нашу пользу. Решение о том, что мы продолжаем и дальше сидеть в темном ангаре и отражаем атаки в нашу сторону со стороны основного объема корабля, было принято единогласно.
Чем можно заниматься, находясь в условиях подобных нашим? Как оказалось довольно многим. Наш капитан, к примеру, озаботился получением информации с поля боя. Хоть шансы оказаться в числе победителей и выглядели для нас более вероятными… а если нет? Всегда нужно точно знать момент, когда придется спасать свою жизнь бегством. Так что Ли Орбело возился со створками люка. Куан Зилот, оказав необходимую помощь своему капитану на начальном этапе этих работ, сместил вектор своего внимания на имеющиеся в ангаре технические припасы. Ну, он еще тот хомяк, а всевозможного очень «вкусного» оборудования тут было очень много.
В результате мы с Реей оказались в кают-компании наедине.…Маленькая минутка любви среди бушующего вокруг яростного сражения.
Из неги ласковых, нежных обнимашек нас вырвал истошный крик Орбело. Мы же все-таки находились в боевой обстановке, поэтому, несмотря на уединенность обстановки, от общего звукового чата не отключались. Как-то резко не до любви стало. Благо, Куан Зилот к этому времени все же наладил в ангаре освещение, запросто смогли просто по экранам поглядеть на окружающее наш кораблик безобразие.
Точнее, из безобразия поначалу на тех экранах только один наш капитан отражался, большими скачками несущийся по направлению к нашей опущенной аппарели. Слышали шутку, что в военное время бегущий генерал вызывает панику? Так вот, уверяю вас, это вовсе не шутка. Даже если в роли генерала выступает всего лишь капитан относительно небольшого крейсера.
Ли успел буквально в самый последний момент. Промчался внутрь нашей «Беды» с криком:
— Искин, поднимай аппарель!..
Правда, следом за этой вполне культурной частью фразы следовало еще длинное, непечатное дополнение, но даже в такой форме искин его команду распознал и начал выполнять.
И в этот момент весь линкор содрогнулся. Какая удача, что нас, когда доставляли силовым лучом в этот ангар, разместили в самой его глубине. Боюсь, получить такой бронированной дурой себе в борт, было бы фатальной неприятностью. Но даже так ударами обломков люка и чем-то там еще сбитым и отправленным в полет в тот момент, когда бронированная туша штурмовой капсулы проламывалась со стороны космоса в наш ангар, наш корабль побило и посекло настолько, что погасло несколько обзорных экранов. Оставив принцессу в кают-компании, я поспешил к входному люку, где у нас были расположены стойки с оружием. В этой толстостенной болванке не могло помещаться очень уж много противников, некоторый шанс продержаться до подхода роботов Лии у нас был.
— Где-то тут, у Лии, был второй комплект сбруи погонщика, — суетился Ли, пытаясь отыскать в Лиином отсеке раздевалки комплект оборудования, позволяющий ментально управлять нашими абордажными роботами.
— Не замечал за тобой ментальных способностей, — отметил я, в темпе вальса решая для себя дилемму: взять гаус-винтовку и иметь большой боезаряд, но не иметь возможности отбиться от тяжело бронированного робота или вооружиться четырехзарядной переносной импульсной установкой. Всего четыре заряда, но зато способны сильно осложнить существование любому роботу.
— А у меня и нет никаких ментальных способностей, я же тебе говорил, — отозвался друг, наконец, отыскав в ворохе всевозможных запчастей и элементов вооружений нужный ему навесной ранец-агрегат.
— А как ты тогда? — Я даже приостановился от удивления. — Насколько я знаю, без способностей эта штука почти бесполезна. Ты сможешь управлять абордажниками только голосом.
— К одному я все-таки подключиться смогу, я когда-то пробовал, — отозвался Ли, пытаясь закрепить сбрую оборудования на свой скафандр.
— Лучше дай мне, — решился, наконец, я. — У меня есть кое-какие способности, хотя опыта в управлении роботов, конечно, нет.
Мы успели! К тому моменту, когда у немного остывшей штурмовой капсулы откинулся люк, и наружу полезли закованные в тяжелые штурмовые доспехи вражеские десантники, мой отряд в полтора десятка роботов уже занял ближайшие подступы к нашему кораблю. Я еще даже успел парочке моих механических бойцов добавить энергии в их силовые щиты. И нет, никаких новых проколов в N-мерность я не делал, просто расценил, что пока нашему кораблю энергия для его двигателей не очень-то и нужна.
А Орбело вооружился как раз импульсной установкой. И надо сказать, что с ней он угадал! Следом за десантниками из вражеской капсулы вылезло целых два тяжелых робота. Я бы со своими роботизированными бойцами из имеющейся у них стрелковки мог ковырять этих приземистых каракатиц довольно долго.
Глава 16
Бой с вражеским десантом на первых порах вышел примерно равным. Ну, почти. Враги шли в атаку под прикрытием своих тяжелобронированных роботов, у меня тоже в наличии было ровно две единицы бойцов, обладающих щитом, практически непробиваемым для оружия врага. Ага, я их как раз в проеме люка нашего корабля расположил, а уже из-за из спин и все прочие стрелки действовали.
А, кроме того, у меня в нашем корабле, возле входа, было складировано еще без малого четыре десятка абордажников на смену выбывающим, да и четырехстволке Орбело, пусть с некоторыми оговорками, но вражеские крепыши оказались вполне по зубам.
В общем, полчаса боя и ангар снова очистился от сил неприятеля. Единственное, наша валькирия по связи очень громко стенала и ругалась, сопровождая подобными звуковыми аккомпанементами каждого подстреленного у меня механического бойца. А что делать? Я еще ни разу не опытный погонщик роботов, а на Лию враги тоже навалились в этот момент так, что никакой для нее возможности отлучиться с занимаемых ей позиций не было.
— Все, Куан, можешь выходить, мы победили, — уведомил наш капитан Куана Зилота, достреливая из своего монструозного «обреза» еще вяло трепыхающегося вражеского тяжелого робота. Вот уж, кстати, кого совершенно не жалко. Это я о роботе, если что, наш механик — сугубо невоенный человек, на его помощь мы и не рассчитывали, точно так же, как на принцессу. Хорошо хоть сам смог спрятаться и уцелеть.
А робота не жалко, поскольку заложенную в его электронные мозги команду преданности изменить вообще невозможно. Это слуга строго одного хозяина… ну, или более близко к реальности — боец одного командира. У него даже разъемного порта, чтобы присоединиться и закачать в его дубовые мозги какую-нибудь новую информацию, не предусмотрено. За что, собственно, подобных тяжелых бойцов и ценят в качестве личных телохранителей всякие важные особы, хоть и стоят эти многолапые дуболомы просто каких-то очень негуманных денег. За стоимость этих двух, уничтоженных Орбело, при случае, на распродаже, так как бы ни плохонький эсминец уже можно приобрести.
— Как думаешь, это последняя попытка штурма, или еще следует ожидать? — Поинтересовался я у Ли, который очень споро снова принялся устанавливать прямо на краю пролома новый комплект наблюдательной аппаратуры взамен снесенного этой чертовой капсулой. И да, в установке этой самой аппаратуры я ему не помогал вовсе. А просто не в силах был, принцесса Рея, как захватила меня после окончания боя в свои цепкие объятия, так и не желала их размыкать.
— Были бы у них еще подобные штуковины, давно бы уже прилетели, — философски спокойно отозвался мой приятель, начиная вглядываться в рисуемые прибором фантомы близлежащих боевых кораблей. Точнее, останков этих самых кораблей, ведь вряд ли кто-то задался целью изначально построить корабли со столь громадными пробоинами, что их даже на космических расстояниях можно рассмотреть. Впрочем, боеспособные корабли там тоже наблюдались. Просто видно было плохо. Поле битвы, вследствие многочисленных маневров, сместилось куда-то далеко в сторону. Но так да, боевые переговоры вполне еще живых кораблей мы слышали. Еще бы понять, о чем они там болтают, но тут уж, увы и ах! Шифрование при подобных переговорах еще никто не отменял.
