Девчонка злобно фыркнула на вожака, но не успела огрызнуться, как Хэдек коварно натянул сестре на голову её розовый капюшон и выхватил ключи от моих пушистых кандалов.
— Какой я тебе «Джем», малявка?! И вообще…
Хэдек с ухмылкой перевёл взгляд на меня.
— Разве я разрешал тебе играть с моими вещами? Или тот дрищ успел тебя так распалить?
Нанами пристыженно скукожилась, словно едва родившийся, ещё розовый ежик, и демонстративно отвернулась, будто бы ощетинившись своими мягонькими иголочками махрового плеча.
— Что же на счёт тебя…
Джей состроил строгую гримасу и в одно движение сорвал с меня одеяло.
Я не успела даже вскрикнуть. Его глаза тотчас прошлись от моей груди до старого лака на кончиках ног, а губы растянулись в слегка удивлённой, но довольной улыбке.
— Если собралась целовать мне обувь за спасение, то можешь начинать.
Подобрав, скользнувшую к нему вместе с одеялом, огромную подушку, Джей с неохотой перевёл взгляд на Нанами и бросил мне перину.
— Игра в стесняшу ни к чему.
— Иди к чёрту!
От смущения, переходящего в ярость, до жути хотелось расплакаться, но удалось лишь поджать ноги и скрывшись за подмятой подушкой, прижаться к спинке кровати словно загнанная овечка.
— Пойду, не сомневайся…
Джей печально хмыкнул и вернув сестре ключи, уставился в окно, пока оживившаяся Нанами не вытерла с губ потёкшие слюнки и не бросила мне из шкафа пару брюк и кофточку с мишкой, соизволив даже отстегнуть наручники.
— Как раз загляну домой…
Я проследила за его взглядом и прищурилась, всё ещё не разглядев истину через похмельную дымку.
А потом до меня дошло.
— Так это и был твой дом…
Девчонка неопределённого возраста отгородила меня спиной и смешно надув щёчки, строго растопырила руки, словно оберегая, как свой лакомый кусочек.
— Да… а вот какого чёрта там делала ты?
Джей посмотрел в мою сторону, но не сдержав улыбки от девичьих потуг, не стал посягать на сестринский «десерт», пока я, в свою очередь, как можно туже не застегнула ремень поверх заправленной кофты.
— Мне отдала приглашение Айлин. Она потеряла сознание, и мы с Айрис просидела с ней до утра, а к вечеру я уже была там. Это всё, что я знаю.
— Что же… думаю, этого стоило ожидать.
Нанами плюхнулась ко мне на кровать и протянув мою чашечку с кофе, прижалась сзади к спине, словно прячась от грозного взгляда вожака.
— В конце концов тебя приняли без её указки, а значит тут без меня не обошлось. Она говорила что-то об этом?
Понемногу приходя в себя, я отхлебнула арабики и кивнула.
— Айлин сразу спросила, что нужно Хэдеку.
— И ты всё рассказала?
Я даже не стала отвечать на глупый вопрос, проигнорировав грозу всей школы, как, пожалуй, стоило бы сделать и всем остальным.
И чего все его бояться?
Хоть девчонка и прижималась ко мне чуть больше, чем хотелось бы приличной леди, но на душе стало поразительно спокойно. Арабика ласкала чувственные зоны далеко за пределами носа и языка, а тёплый флёр ванили перебивал даже отголоски моей, проедающей обувь, мазуты.
В конце концов тут был Джей…
Уголки губ сами собой приподнялись в улыбке, стоило представить его, как булочку с корицей, что лишь сверху присыпали остренькими хлопушками чили, а внутри был только сладкий «Джем».
— Только бы не очередная банальная травма детства…
— Ты о чём?
Я тотчас опомнилась и стёрла с губ убежавшую капельку, словно смахивая сам собой прорывавшийся пубертатный бред из детских книжек про любовь, где у сорванца всегда была тяжёлая судьба, закрывавшая читательницам глаза на неприкрытое скотство.
— Прости… отвлеклась.
— Так же, как во время обжимания с Вайтом?
На щеках удивительно быстро проступила малиновая заливка, а чашечка дрогнула в руке, пролив немного в расписное блюдце.
— Тебя это не касается.
— И ваш поцелуй тоже…?
По лицу Хэдека было видно, что за натянутой улыбкой скрывалась неразорвавшаяся бомба, готовая похоронить меня за любое слово, сказанное поперёк.
— Что ты…?
Я растерялась, да так сильно, что залилась малиной до уровня густого джема, но от сравнения со сладкой начинкой, лишь смутилась ещё больше. Не получив ответа, Джей едко фыркнул, стоило мне стыдливо отвести взгляд.
Пускай и не помнила ничего подобного.
— Так-так, голубки!
Голос Нанами показался неуверенным, но громким, так что мы оба обернулись на девчонку.
— Разберётесь в проблемах завтра. Вы и так обломали мне вечер, так что вызвони её брата и ей богу, Джем…
Нанами строго сжала кулачок.
— Больше так не делай.
Мелкая девчонка смешно пригрозила братцу пальчиком и улыбнулась, но её глаза отнюдь не смеялись, выразительно указывая ему на дверь.
— Уже поздно, брат. Мальчиков в номер мы не заказывали…
Я прикрыла рот, чтобы не засмеяться, стоило представить, как вышла бы из комнаты со словами: «деньги на тумбочке», но вышло так себе.
— На выход…
Стоило Хэдеку скривиться, как Нанами бросила в него подушкой и, едва доставая на носочках до его плеча, чудно упёрлась в брата ручонками, вытолкав засранца в гостиную.
— На всякий случай.
Провернув дверной замок, чернявая кроха до жути мило нахохлилась и спрятав ладошки в рукава, быстро засеменила розовыми тапочками.
— А теперь…!
Подняв с пола одеяло, Нанами состроила пошленькую гримасу и подмигнув, злобно хохоча со всей дури прыгнула ко мне в кровать.
— Какая ты тёпленькая…!
Зарывшись в одеяло, осевшее на нас, словно опустившийся снег, девчонка настырно притянула меня к себе и свернулась калачиком у меня на груди.
— Ну и семейка…
Состроив самое невозмутимое лицо на свете, я непоколебимо отпила кофе, будто не замечая, куда тянулись её развратные пальчики.
— Вот только не начинай, подруга… я же по глазам вижу, что брат тебе не безразличен.
