что промерзла до каменного состояния и ударила ею по голове начавшей вставать пилота.
Все это конечно же не осталось без внимания на берегу. Поднялись пронзительные крики и Зилаира, забрав у поверженной арьи большой нож, быстро развернув буер, и выбросив лишний груз, вскочила на сидение и схватилась за управляющие веревки, начав ловить парусом ветер.
Буер послушно заскользил по льду.
— Помогите мне духи! — взмолилась она, глядя на стремительно бегущих к ней женщин-арья.
— Стой!
Безопасность сделала свое дело и лучницы не были готовы немедленно начать стрелять, а потом стало поздно, беглянка оказалась недосягаема для стрел.
Зилаира счастливо засмеялась, правя стремительно скользящий буер на север. Где-то там должна быть речка, впадающая в Большую реку с запада по которой можно добраться до самых гор в которые не совались арья и в которых укрылось ее племя.
Мимо пролетел еще один буер — большой, везущий не только улов, но и рыбаков. На нем заметили, что встречным малым буером управляет не арья, а одна из пленниц и раздались гневные крики.
Большой буер резко развернулся и устремился следом в погоню. Только ветер для них оказался не слишком удобен или масса велика, как бы там ни было они стали отставать.
Впрочем, погоня избавилась от лишнего груза, выбросив корзины с рыбой. Скорость большого буера возросла и он если не стал догонять, то по крайней мере и отставать перестал.
Закусив губу Зилаира в очередной раз обернулась и тут же резко вильнула в сторону, заметив как на носу большого буера пустила стрелу лучница. Стрела лишь пробила парус.
Лучница тем временем наложила на тетиву новую стрелу. Зилаира начала выписывать зигзаги. Это спасало ее от стрел, но приводило пусть к незначительной, но потери скорости.
Так же проблемой мог стать парус, точнее его свойства из-за появившихся в нем дырок. Сами стрелы оставляли незначительные отверстия, н проблема заключалась в том, что шкурки сусликов из которых был сшит парус, оказались не слишком хорошо обработаны и обладали недостаточной эластичностью, то есть стали ломкими и под воздействием ветра начали постепенно рваться. Спасало лишь то, что площадь отдельных шкурок была невелика и прорехи пока появились небольшие.
— Помогите же мне, духи! — взмолилась Зилаира.
Стрелы то и дело свистели в опасной близости, проделывая в парусе все новые пробоины либо звякали об лед.
Зилаира, сосредоточив все внимание на управлении и том, чтобы ее не подстрелили, чуть было не пропустила нужный приток, но все же смогла узнать местность и резко повернула. Очередная стрела вспорола ее одежду, чиркнув каменным наконечником по левому плечу, так что она почувствовала, как вперемешку с потом потекла горячая струйка крови.
Парус ее ледовой лодки был пробит в множестве мест, несколько шкурок лопнули, скорость из-за этого сильно снизилась, но это как ни странно сейчас стало играть ей на пользу. Дело в том, что приток на который она свернулась стал сильно изгибаться и теперь высокая скорость была ни к чему, теперь требовалась маневренность, чего явно не хватало большому буеру.
Зилаира видела, как не вписавшись в очередной поворот большой буер выскочил на берег и лучница, что сидела на носу буквально вылетела из лодки и полетела кубарем.
Перед тем как скрыться за очередным поворотом Зилаира еще раз обернулась и поняла, что проблемы у погони куда как больше вылетевшей из лодки лучницы, что похоже сломала при этом свой лук. Арья вернули свой буер на лед, в погоню почему-то пускаться не спешили.
— Поломались! — воскликнула она и счастливо засмеялась. — Благодарю вас духи! Я принесу богатые дары!
* * *
Беглянка оказалась в родных местах только в середине следующего дня вынужденно заночевав из-за быстро опустившейся темноты. Вот только встретили ее совсем не родные люди. Девушку обступила полудюжина чужих мужчин с копьями, хотя в отдалении она видела осунувшихся женщин своего племени.
Вывод получался однозначным, пока она находилась в плену ее племя кто-то захватил и насильно слил со своим.
— Кто такая? — спросил ее один из лучше всего выглядевших чужаков.
— Зилаира… дочь вождя Кайраха… Я сбежала из плена арья…
— Белоголовые… — с ненавистью произнес он. — Ненавижу белоголовых…
Зилаира была права, в ее отсутствие, в земли ее племени вторглись чужаки, причем совсем не соседи. Впрочем, не только земли ее племени подверглись захвату чужаками. Они жили по ту сторону уральских гор, но миграция абха со всеми сопутствующими бедами для встретившихся им на пути племен в виде жестокого ограбления и насилия, заставила их бросив все, сорваться с места и бежать в поисках более безопасных, а главное сытых мест для проживания.
Вот только с сытностью сильно просчитались. Местные, коих они легко покорили, сам переживали далеко не лучшие времена после налетов арья и едва могли прокормиться из-за сильно поредевшего числа охотников.
— Что это такое?
— Ледовая лодка… арья их используют для передвижения по льду, возят рыбу и руду, а также все прочее. Что с моим отцом?..
— Я сразил его, — признался чужак.
Зилаира сверкнула глазами, на что чужак только одобрительно усмехнулся.
— Он был хорошим воином и я вижу, что его дочь достойна своего отца. Я возьму тебя своей женой и нашему потомству не будет равных!
Процедура бракосочетания состоялась в тот же день, точнее вечер и заключалась лишь в том, что Инзер, так звали вождя чужаков, взял ее как женщину в землянке ее отца.
— Муж мой… — произнесла Зилаира после того, как Инзер ею насытился и сейчас валялся на шкурах в благодушном настроении.
— Что?..
— Я хочу рассказать тебе об арья…
Зилаира не воспылала к мужу теплыми чувствами, тем более что он убийца ее отца, но и ненависти большой не ощущала, вся ее жажда мести сейчас была направлена на арья. Ведь если бы не они, то и от чужаков смогли бы отбиться.
— Говори…
— Эти белоголовые на самом деле очень слабы.
— О чем ты говоришь? — удивился Инзер и даже приподнялся на локте.
Его удивление было понятно, ведь он слышал от покоренного племени совсем другое. И их незавидное положение тому свидетельство.
— Это так! Все племя ушло на юг! Зимы для них стали слишком суровы, холодны и снежны, что плохо для скота с которого они живут. От всего племени осталась лишь малая часть, что засели в одном своем городе. Большая часть — старики, что не выдержали бы дороги.
