бронзу, а олово он придержит для себя. Правда придется начать разработку мышьяка, но ресурсы для этого есть, а главное месторождение мышьяка известно.
Договор как в эти времена принято решено было скрепить кровным родством. В общем Рагху пришлось взять себе молодую жену. Хотели окольцевать Махавира, но он смог отбояриться от такой чести.
Но главное, что в качестве приданного для «царской» жены по требованию Махавира дали два внушительных стада верблюдов. Причем как одногорбых, так и двугорбых.
Кочевники сами засветили их использовав как вьючный транспорт прибыв на переговоры.
«Посмотрим какие лучше в качестве ездовых животных получатся», — подумал он, потому как не имел об этом ни малейшего понятия.
Так-то оба вида можно использовать под седло, но один вид вроде лучше на долгих переходах, по крайней мере в таком качестве в фильмах и на картинах всегда показан двугорбый верблюд, а другой — одногорбый, более скоростной на коротких дистанциях.
«А может и нет между ними принципиальной разницы», — засомневался Махавир в своих знаниях.
К его некоторому удивлению верблюды если и были меньше тех, что он помнил из прошлой жизни, видел в зоопарке, то ненамного. В общем не сравнить с той разницей, что имеют лошади сейчас и в будущем. Верблюды в отличие от коней вроде не подвергались целенаправленной селекции.
— Мани… ты остаешься здесь следить за исполнением договора с нашими союзниками, — сказал Махавир, не сумев сдержать кривой усмешки.
— Как прикажешь… аниш… — чуть склонив голову, выдавил из себя тот.
А в глазах… не доброе.
«Ладно, на некоторое время я от него избавился, а там посмотрим», — подумал Махавир.
И вот он вернулся в Аркаим в конце февраля. Город практически ставший родным.
«Но я тебя все равно спалю, а потом на пепелище построим настоящий город, кирпичный… с водопроводом и нормальной канализацией, а не этой сточной канавой», — невольно размечтался он.
— А где… — начала было Бханумати, встречавшая сына и, не только его.
— Мани остался присматривать за союзниками. Через месяц вернется…
— Хорошо… — чуть смутилась она от того, что дав слабину чувствам, фактически вскрыла перед сыном свою стороннюю привязанность.
Махавир шел по дощатым улицам города используя кистевые костыли и у него возникло чувство, что что-то в окружающем его мире не так, а что именно он не понимал. Вроде все так же, но… возник какой-то новый нюанс в жизни, который он все никак не мог уловить.
И лишь когда его мать сняла верхнюю одежду — шубу из волчьего меха, до него наконец дошло.
— Мама… ты… беременна? — спросил он, заметив, что Бханумати изрядно поправилась в талии.
Сильно так поправилась.
— Да, сын мой…
— А-а…
— У тебя будет сестра или брат от твоего отца…
— Ага…
И тут его взор упал на служанок матери, часть из которых так же оказались с заметно выпирающими животами.
До Махавира наконец дошло, что именно ему показалось странным. Он, схватив костыли, буквально выскочил на улицу и вновь всмотрелся в проходящих по своим делам женщин. Вот что он не заметил, когда шел в свое жилище, очень многие из них, как бы не большинство, оказались беременными, просто массивная зимняя одежда это скрыла, но если знать, на что смотреть, то все становилось очевидным.
Становилось ясно, что перед отбытием их всех обрюхатили, оставили, так сказать, подарочек напоследок. И срок у всех примерно один и тот же.
«Значит большая часть родит в течении марта», — произвел он нехитрый подсчет.
— Твою же мать… — выдохнул Махавир с тихой паникой и ужасом. — Только бы враги не узнали об этом…
Глава 12
* * *
Зилаира взяв очередную, уже почищенную от чешуи рыбину буквально с ненавистью всадила ей в брюхо нож и вспорола по всей длине, после чего стала вынимать холодные и склизкие внутренности наружу, отделяя рыбий пузырь и съедобные потроха. Этой работой она занималась с утра до ночи с того момента, как от нее отказался в качестве наложницы аниш Махавир.
До недавнего времени работать приходилось даже при свете костров, все из-за нехватки инструмента, то есть бронзовых ножей и потому производительность оставляла желать лучшего, ведь всю работу приходилось делать с помощью каменного и костяного инструмента.
Зилаира не призналась бы в этом сама себе, но ее где-то даже оскорбил отказ аниша. По крайней мере сейчас не пришлось бы заниматься чисткой ненавистной рыбы кою вытягивали сетями из-подо льда и свозили на ледовых лодках. Здесь в районе слияния Большой реки с Малой рыбы чистили и потрошили, пока она не превратилась в кусок льда, а потом везли в город.
«Может потому не взял, что вскоре надолго уехал»', — мелькнула у нее мысль.
То, что аниш уехал для добычи меди уже не было секретом, результат у нее в руках.
Она отложила нож на запачканный рыбьей кровью и ливером стол, после чего подышала на ладони. С такой работой руки быстро замерзали и их требовалось часто греть.
Вот подъехала очередная ледовая лодка управляемая одной девицей. Зилаира искоса наблюдала за тем, как она управляется с парусом. Она стала интересоваться управлением последние несколько дней.
«Ничего сложного», — сделала она вывод.
Зилаира задумала побег. Не будь этих странных и удивительных ледовых лодок стремительно скользящих по льду, то ни о каком побеге не могло быть и речи, но если захватить такой транспорт в удачный момент и помогут духи предков, то все могло сложиться.
— Иди… разгружать… — приказала ей одна из женщин.
Зилаира отправилась выполнять поручение вместе с другими пленницами.
Раньше часть работы выполняли женщины-арья, но большинство из них сейчас уже не могли выполнять неудобную и тяжелую работу из-за своего положения. Теперь на слияние рек из города ездили в основном старухи, но им тоже не до тяжелой работы.
Так что пришлось схватить корзины с выпотрошенной рыбой, чешуей и пузырями, и спешить к ледовым лодкам. Выгрузили тяжелые корзины со свежей рыбой, некоторые рыбины еще подавали признаки жизни, загрузили выпотрошенную и сырье для получения клея, после чего та, что управляла ледовой лодкой, подняла парус и покатила в сторону города постепенно набирая скорость.
Зилаира, глубоко вздохнув, бросив корзину стремительно догнала бур и вцепилась в одежду пилота. Та вскрикнула и через мгновение полетела на лед. Буер развернуло и парус захлопал на ветру.
Прежде чем арья успела что-то сделать, Зилаира схватила здоровенную щуку,
